Мастер Начертаний 1-6 - Оливер Ло

Парень оторвал дрожащие ладони от потускневшей кладки. Стена перестала пульсировать и снова превратилась в самую обычную преграду, а Мин грузно осел на колено, прерывисто дыша и вытирая кровь с подбородка тыльной стороной руки.

— Всего один… — прохрипел Мин, недовольно разглядывая грязные пальцы. — Столько чужой ци, а пробил всего один канал. До тридцати еще пахать и пахать. Эта энергозатратность начинает действовать мне на нервы.

Внутри Чернильницы установилось пораженное молчание, поскольку Гу Лань пялился на носителя артефакта с таким видом, словно в того вселился сам Повелитель Демонов.

«Ты… ты жадный, ненасытный, бесстыдный демон! — взорвался наконец древний патриарх. Его голос звенел от возмущения, но был там и какой-то дикий восторг. — Ты зажрался! Обычному гению секты нужны месяцы уединенных медитаций и горы алхимического золота, чтобы расширить хоть один меридиан на этой стадии! Каждое новое русло после двадцати пяти требует экспоненциально больше ци! А ты просто подошел к стене, высосал из оборонительного массива энергию чужой армии, как клещ, и еще смеешь жаловаться⁈ Ты выжимаешь возвышение даже из стояния в обороне! Какое невероятное, первозданное бесстыдство!»

Вместо ответа Мин просто ухмыльнулся. Он поднялся с колен и прислушался к себе. Острая боль после прорыва быстро угасала, вытесняемая приятным гудением уплотнившейся внутренней силы.

«Законы джунглей, дед, — мысленно отозвался юноша, отряхивая халат и возвращая телу болезненную сутулость. — Кто не умеет использовать обстоятельства, тот становится перегноем на чужой грядке».

Поправив съехавшую соломенную шляпу, Мин бесшумным шагом направился обратно к баракам. Завтра ему предстояло пересечь Главные Врата Обители Серого Пика уже не на правах никчемного прислужника, а в статусе приглашенного мастера, и к неминуемой встрече со старейшиной Син Юанем требовалось подойти во всеоружии.

* * *

Гул сигнального гонга ударил по ушам и вогнал дрожь прямо в выщербленные плиты плаца, над которыми все еще очень неохотно и тяжело стлался едкий дым остывающих ночных жаровен. Просыпались здесь быстро. Время у практиков всегда измерялось лишь количеством пролитой на тренировках крови и успешно усвоенной энергией, поэтому никто из местных даже не подумал тратить драгоценные минуты на бессмысленное разглядывание пасмурного утреннего неба. Пора работать.

Мастер Обители ждал у коновязи в скрипящих после недавней чистки доспехах, сжимая толстыми пальцами перевязанный шелковым шнуром свиток с сургучной печатью командования. Выжившие за ночь провинциальные начертатели жались прямо за его спиной. Ремесленники пугливо втягивали головы в плечи при малейшем резком звуке и откровенно шарахались от сутулой фигуры приближающегося мастера Хао. Они боялись его до дрожи, поскольку слух о том, как он спас двоих начертателей и победил практиков Павильона и глазом не моргнув, распространились среди них быстро. Впрочем, в это кроме самих начертателей никто не верил.

Мин неторопливо приблизился к собравшимся и привычно закашлялся, старательно пряча лицо за краем выцветшего рукава.

— Мастер Хао, — воин Обители протянул ему свиток обеими руками с почтением, на которое обычно могли рассчитывать только седые старейшины. — Это приказ о вашем переводе. Командование западного фронта постановило немедленно отправить вас в Главную Обитель Серого Пика. Наши центральные защитные формации серьезно пострадали после… недавнего инцидента. Ваш талант слишком ценен, чтобы растрачивать его на пограничных камнях.

Двумя пальцами подцепив приказ, Мин небрежно сунул его за пазуху.

Мастер молча кивнул в сторону ожидающей парочки. Рыжий Горн с тугой повязкой на пробитом плече уже взвалил на здоровую сторону тяжеленный сундук с походным скарбом и теперь мрачно сверлил начертателя исподлобья. Дэ Шен просто застыл рядом с каменным лицом. Парням совершенно не хотелось возиться с этим наглым приезжим хлыщом, но приказы руководства здесь никто обсуждать бы не осмелился.

— Они головой отвечают за вашу безопасность в пути, — отрезал Мастер Обители. — Эти ремесленники, — он кивнул на еще пятерых мужчин, — отправятся с вами. В качестве подмастерьев и чернорабочих. Удачи на пути, мастер Хао.

* * *

Вся дорога до Серого Пика слилась для них в сплошной монотонный стук кованых колес по жесткой породе, пока Мин откровенно валялся внутри крытой повозки и усиленно делал вид, что пытается справиться с жесточайшим приступом лихорадки. На самом деле парень гнал густую энергию по двадцати шести каналам ради качественного уплотнения своей первой ступени Формирования Потока. Караван успел нырнуть под прикрытие гигантского горного массива лишь ближе к сумеркам.

Массивные каменные пилоны Первых Врат выросли прямо по курсу монолитной преградой, возле которой закованные в серую броню дозорные немедленно принялись прощупывать прибывших направленными формациями поиска. Мин даже ухом не повел, когда по его груди прошла Ци проверяющего артефакта. Надежно укоренившаяся в меридианах Каменная Маска Лицедея сожрала это вмешательство без единого сбоя и тут же выплюнула стражникам обратно фонящий слепок пересохшей ауры больного двадцатилетнего ученого, едва наскребающего крохи ци на жалком третьем уровне Пробуждения.

Телеги поползли по мощеной территории дальше. Едва сапоги юноши снова ступили на стертые поколениями практиков внутренние лестницы, под ребрами у него ожидаемо кольнуло ностальгией. В памяти слишком живо стоял тот день, когда он впервые таращился на эти расписанные рунами пролеты будучи обычным худым мальчишкой всего с шестью глухими каналами, который искренне радовался возможности мыть чужие кисти за право получить жидкую пресную кашу.

«И вот ты вернулся, — язвительно выдал из-под рубахи Гу Лань. — Прямо в пасть к бешеному старейшине Ядра, который спит и видит, как намотает твои кишки на свой кулак. Поистине, твоя тяга к самоубийству заслуживает отдельной строфы в исторических хрониках!»

«Не скули, дед. Истинный дракон не прячется от грозы, он заставляет её работать на себя», — мысленно отсек Мин.

Обоз мучительно долго полз вверх мимо тренировочных ярусов. Возле ведущей к садам развилки Мин чуть приотстал от идущих телег ради того, чтобы лучше осмотреться, когда его ухо внезапно уловило подозрительный стон вместе с отчетливым хрустом сухих досок.

На самой верхней ступени затяжного пролета топтался донельзя сгорбленный человек. Это был Дед Лао.

Старик, много лет назад променявший битвы на мирную тяпку, волок на собственной спине откровенно неподъемную деревянную клеть. Она была под завязку заставлена здоровенными глиняными горшками с молодой рассадой. Мокрый камень блестел от недавно прошедшего ливня. Нога старика внезапно поскользнулась на этом мерзком подъеме, колено с хрустом просело, и деревянный каркас угрожающе накренился. Переплетенная веревка ослабла, так что самый верхний горшок, за который любой местный лавочник охотно отдал бы пару серебряных, вылетел из пазов и полетел прямиком на гранит.

Зрачки Мина моментально сузились, и