Хроника - Салимбене де Адам

шаги его. Нет тьмы, ни тени смертной, где могли бы укрыться делающие беззаконие”. Поэтому заблуждался тот, о ком говорится, Сир. 23, 24–29: “Человек, который согрешает против своего ложа, говорит в душе своей: “кто видит меня? Вокруг меня тьма, и стены закрывают меня, и никто не видит меня: чего мне бояться? Всевышний не воспомянет грехов моих”. Страх его – только глаза человеческие, и не знает он того, что очи Господа в десять тысяч крат светлее солнца и взирают на все пути человеческие, и проникают в места сокровенные. Ему известно было все прежде, нежели сотворено было, равно как и по совершении”. Об этом Даниил говорит, 2, 22: “Он открывает глубокое и сокровенное, знает, что во мраке, и свет обитает с Ним”. Поэтому грозит Господь, Наум. 3, 5–6: “И подниму на лице твое края одежды твоей и покажу народам наготу твою и царствам срамоту твою. И забросаю тебя мерзостями, сделаю тебя презренною и выставлю тебя на позор”. Что открылось в Давиде, который, как мог, старался скрыть /f. 382a/ свое прелюбодеяние. Но было ему сказано Господом, 2 Цар. 12, 12: “Ты сделал тайно, а Я сделаю это пред всем Израилем и пред солнцем”. Также Прем. 17, 3: “Думая укрыться в тайных грехах, они, под темным покровом забвения, рассеялись”. Ибо, как грозит Господь, Ам. 9, 3: “Хотя бы сокрылись от очей Моих на дне моря, и там повелю морскому змею уязвить их”. Также Евр. 4, 13: “И нет твари, сокровенной от Него, но все обнажено и открыто перед очами Его: Ему дадим отчет”. Итак, никому не удастся согрешить, утаив это от Бога, так как “скрывающий свои преступления не будет иметь успеха” (Притч. 28, 13). Ведь скажут однажды грешники, когда “один слух о нем (о всепоражающем биче. – Прим. пер.) будет внушать ужас”: “Ты положил беззакония наши пред Тобою” (Ис. 28, 19; Пс. 89, 8). Тогда, как говорит Иеремия, 20, 11: “Сильно посрамятся, потому что поступали неразумно; посрамление будет вечное, никогда не забудется”. Поэтому разумный совет дает сын Сирахов, 5, 5–9: “При мысли об умилостивлении не будь бесстрашен, чтобы прилагать грех ко грехам, и не говори: “милосердие Его велико, Он простит множество грехов моих”; ибо милосердие и гнев у Него, и на грешниках пребывает ярость Его. Не медли обратиться к Господу, и не откладывай со дня на день: ибо внезапно найдет гнев Господа, и ты погибнешь во время отмщения”. Поэтому говорит Он, Иер. 17, 10: “Я, Господь, проникаю сердце и испытываю внутренности, чтобы воздать каждому по пути его и по плодам дел его”. Следовательно: “А кто сознается и оставляет их, тот будет помилован” (Притч. 28, 13). Это было явлено на примере Давида; когда он сказал, 2 Цар. 12, 13: “Согрешил я пред Господом”, – то тотчас услышал: “Господь снял с тебя грех твой; ты не умрешь”. Это было явлено также на примере Езекии, который сказал, Ис. 38, 15: “Тихо буду проводить все годы жизни моей, помня горесть /f. 382b/ души моей”. И тотчас добавляется, Ис. 38, 17: “Ты избавил душу мою от рва погибели, бросил все грехи мои за хребет Свой”.

Другой рассказ, грустный

Я был знаком с неким братом Умиле из Милана[1963], который был кустодом в Пармской кустодии. Он, когда жил в обители братьев-миноритов в Фанано, во время Великого поста усердно проповедовал и выслушивал исповеди. Услышав об этом, люди с Альп, мужчины и женщины, послали к нему гонцов с просьбой, чтобы ради любви к Богу и спасения их душ он удостоил их своим посещением, так как они хотели ему исповедаться. И, взяв с собой товарища, он пришел к ним и в течение многих дней читал проповеди и выслушивал исповеди, и сделал много добра, давая им спасительные советы. В один из дней пришла к нему какая-то женщина, желавшая исповедаться, и сказала: “Горе мне, отче! ‘Я – жена, скорбящая духом’ (1 Цар. 1, 15)”. А брат ей: “Скажи прежде о своих бедах и ‘говори ты, чтоб оправдаться’ (Ис. 43, 26). Итак, во всех своих грехах считай виновной себя и тогда, получив отпущение грехов, впоследствии будешь счастлива”. И сказала она: “Как-то, когда шла я одна по дороге, встретил меня некий человек и насильно овладел мною и познал меня. Я отправилась к одному из священников, желая исповедаться. Он же повел меня за алтарь и, узнав о моем грехе, там же насильно овладел мною и познал меня, не трепеща перед священным местом, не чтя Бога и не обращая внимания на мои слезные мольбы. То же повторилось у меня и со вторым, и с третьим священником, так как каждый познавал меня и грешил со мной за алтарем рядом с Телом Господним, в то время как я надеялась исповедаться им”. После того как она искренне призналась во всех своих грехах, брат отпустил ей их и сказал: “Что означает этот нож, который ты держишь в руке, и чему он служит в это время и в этот час?” И она сказала ему: /f. 382c/ “Отче, по правде, я думала заколоть себя и умереть в своем отчаянии, если бы вы стали склонять меня ко греху, как это сделали другие священники”. Брат сказал ей: «Не склонил и не буду склонять, а скорее я склоняю тебя к радостям рая, которые даст тебе Господь, если ты возлюбишь Его, раскаявшись. ‘Иди с миром’, возлюбленная дщерь, ‘и впредь не греши!’[1964]” Итак, на этом брате исполнилось то, что блаженный Иов говорит о себе, Иов. 29, 13: “И сердцу вдовы доставлял я радость”. А на тех священниках исполнилось то, о чем сказал Господь через Иезекииля, Иез. 22, 26: “Священники ее нарушают закон Мой и оскверняют святыни Мои, не отделяют святаго от несвятаго и не указывают различия между чистым и нечистым”. Поэтому Он говорит, Ос. 9, 15: “За злые дела их изгоню их из дома Моего, не буду больше любить их”.

О том, что братья-минориты, по воле римских понтификов, могут свободно проповедовать и исповедовать

Итак, в эти дни исполнилось то, о чем говорится в Ис. 24, 2 и Ос. 4, 9: “И что будет с народом, то и со священником”; и правильно поступил папа Мартин IV, который дал ордену братьев-миноритов наилучшую привилегию[1965], благодаря которой они могут свободно проповедовать и исповедовать, не вступая в противоречие с