Реванш - Талли Шэрон

– А кто… Ну, пинает мяч? Какая команда?

Потянувшись к чашке с кофе, я спрятал свой вздох за глотком уже остывшего напитка. Если бы подобным образом я вдалбливал кому-то другому правила футбола, я бы давно швырнул Википедию в лицо своего ученика и развернулся на сто восемьдесят градусов, намеренный больше никогда не заниматься подобной ерундой.

Но это ведь был не кто-то другой, а Бэмби, чёрт её дери..

– Капитаны команд в самом начале выходят на жеребьевку, – я взял из рук Харпер карандаш и начал тезисно расписывать основные моменты, – победитель жеребьевки выбирает либо сделать этот кикофф, либо же его возврат. Лично мы выбираем возврат, так как это гарантирует играть первыми в нападении, – объяснил я, продолжая зигзагами рисовать в её блокноте, после чего поднял голову к лицу Бэмби, – поняла?

Она кивнула. Я незаметно выдохнул.

Это будет тяжелее, чем я предполагал, но я знал, на что соглашался, когда вторгался на радиостанцию с тем самым заявлением.

– Хорошо, а если, – Харпер принялась теребить в руках конец светлой косы, – мяч, допустим, вылетит за пределы поля? Вдруг.

– Такое бывает, и очень часто, – я отметил этот пункт на листе бумаги, рисуя крест на разлинованном поле, – в этом случае игра начинается на отметке двадцати ярдов.

Она снова кивнула, как робот, внимательно рассматривая то место, где двигалась моя рука. Я не мог оторвать взгляд от её уставшего вида, от морщинки между бровей, говорящей о её концентрации.

Эта девчонка действовала мне на нервы.

Не в том смысле, что она меня раздражала. А в том, как она воздействовала на мои рефлексы, затормаживая их. Как действовала на мое внимание, постоянно привлекая его к себе.

– Хорошо, – Бэмби переняла из моих рук карандаш, задев пальцами ладонь, на что я незаметно дернул кадыком, и перевернула на следующую страницу, – мы можем…

Звонок телефона прервал её речь.

– Извини, – пробормотала она, роясь в содержимом своего рюкзака, и вынула оттуда мигающий смартфон, – скоро вернусь.

Поднявшись над столом, Харпер двинулась в сторону уборной, принимая звонок и отвечая своим нарочито спокойным голосом это ничего не значащее «ало».

Звонил ли ей какой-нибудь пристающий парень? Или подруга? Или родители? Лучше бы быть второму и третьему варианту, а иначе…

Ничего. Я бы не смог ничего сделать, если бы ей звонил парень. Разве что подпортить им отношения своей болтовней.

– Ага, – ответил я, провожая взглядом Бэмби.

Кафе уже практически опустело, оставив в заведении лишь парочку студентов, переговаривающихся между собой. Я огляделся вокруг, замечая пристальное внимание со стороны обслуживающей нас Хелен, и натянуто улыбнулся её кокетливой манере флирта со мной. Она глядела на меня с такой жадностью, что год назад я бы уже как час доставлял ей удовольствие, создав очередь в уборной и заставляя ту кричать мое имя. Но ничего привлекательного в Хелен больше не было. Не было светлых волос, голубых глаз, дерзкого язычка и вечно хмурого лба при моем появлении.

Были только я, мои фантазии и правая рука.

Охренеть какие лучшие друзья.

Это не входило в мои планы – уйти в целибат, но так оно и случилось, мать вашу. Я перестал жить одним сексом на ночь, развлекаясь с девушками и не думая о последствиях, и перенаправил энергию в другое русло – в футбол. Да, это здорово помогло после того, как мы весной лишились половины своих задрифтованных игроков и я постарался над тем, чтобы оставшиеся даже не подумали забыть о тренировках на летних каникулах, но большую часть времени я стал раздражаться по всякой мелочи.

И моя команда это заметила одна из первых, сославшись на то, что у меня очень опасный диагноз – недотрах.

Я не отрывал взгляда от Хелен, разрешая в голове возникшую дилемму – воспользоваться представшей возможностью или придти домой и снова подрочить. И я практически склонился к первому варианту, когда на горизонте появилась Бэмби и лишила меня право выбора одним своим присутствием.

Мастурбация – мой лимит на сегодня.

– Извини, но, – Харпер принялась собирать свой рюкзак, захлопывая блокнот, и облизала губы, глядя на меня. Я сдержался от того, чтобы не застонать при виде этого движения, – мне пора в сестринство. Э-э, я там срочно нужна.

Я кивнул, подзывая к столику официантку.

Слава Богу, это закончилось.

При всём уважении и восхищении девушкой передо мной, я больше не мог быть ходячей спортивной энциклопедией для той, чей один вид вызывал катаклизмы в груди.

– Всё нормально? – я не отрывал глаз от Бэмби.

– Да, всё окей. Когда наше следующее занятие?

– Я напишу, – ответил я, кладя деньги на стол.

Харпер сделала то же самое, сбивая меня с толку.

– Раздельный счёт? – Хелен практически взяла только что положенные купюры, как я перехватил ладонь официантки.

– Нет.

– Да, – одновременно со мной ответила Бэмби.

О, ну да, я иногда забывал, с кем имел дело. Испепеляющий взгляд блондинки застал меня врасплох, но я не собирался сейчас идти на попятную и брать деньги с девушки за ромашковый чай и лимонный пирог, насколько бы хреновым не был её выбор.

Хелен поняла все без слов, мигом потускнев, и взяла мои деньги, исчезая с горизонта.

– Э, – Харпер часто захлопала ресницами, смотря вслед ушедшей официантки, и поджала губы, – все люди в кампусе беспрекословно тебе подчиняются?

Я поднялся с места, притворно оскорбляясь.

– За кого ты меня принимаешь, детка?

– За Карлайла Шервуда, – фыркнула блондинка, сгребая со стола деньги и уверенно шагая ко мне.

Остановившись возле меня, она запрокинула голову, глядя в мое лицо снизу вверх, и с невозмутимой уверенностью засунула деньги в карман джинс.

Я успел перехватить хрупкую ладонь, задерживая её прямиком над правой паховой связкой. Бэмби на секунду затаила дыхание, часто моргая, и я наклонился ближе к её лицу, понижая голос.

– Не нужно ставить под сомнения мои решения, оленёнок, – улыбка невольно появилась на моих губах, – я захотел, а значит я сделал.

– Шервуд…

– Я не обеднею от того, что оплатил тебе гребанный десерт. Если бы речь шла о личном джете, я бы подумал.

И с вероятностью где-то в девяносто девять процентов все равно бы выписал чек на эту немыслимую сумму.

Господи, эта девушка действительно имела огромное влияние на меня и на здравый смысл.

С минуту Бэмби смотрела в лицо, щуря глаза, а затем вырвала свое запястье из моих рук вместе с деньгами, которые не успела запихнуть в карман.

Я довольно улыбнулся, разворачивая её в сторону выхода из кафе, запросто преодолел расстояние от кафе