«Обо мне не беспокойся…». Из переписки - Василий Семёнович Гроссман

Василий Гроссман в Крыму, вид на гору Сююрю-Кая. 1950-е

В Коктебеле. 1956

Василий Гроссман в Музее изобразительных искусств им. А. С. Пушкина на выставке картин Дрезденской галереи, вывезенных после войны из Германии. Москва, 30 мая 1955

Екатерина Заболоцкая, Семен Осипович Гроссман, Василий Гроссман и Ольга Губер. Москва, 1950-е

Москва, 1950-е

Абхазский писатель Баграт Шинкуба, Семен Липкин и Василий Гроссман. Сухуми, 1956

Шторм в Гагре. 22 ноября 1960

Василий Гроссман и Рачия Кочар на фоне Эчмиадзинского кафедрального собора. Армения, начало ноября 1961

В ущелье горной реки Жоэквара. Абхазия, 24 ноября 1960

С переводчицей Асмик Таронян и армянскими детьми.

Конец 1961

С армянскими крестьянами. Конец 1961

В горах. Армения, конец 1961

На армянской свадьбе. 24 декабря 1961

В Армении. Конец 1961

Невестка Василия Гроссмана Ирина Новикова во дворе дома на Беговой. Москва, весна 1964

Внучка Лена катается на велосипеде (на багажнике).

Москва, весна 1964

Последние фотографии Василия Гроссмана, во дворе дома на Беговой.

Москва, весна 1964

Примечания

1

Юлия Волохова и Анна Красникова работали сообща на всех этапах над составом, подготовкой текстов и научно-вспомогательным аппаратом этой книги. В тех же случаях, когда это необходимо для соблюдения академических формальностей, Юлия Волохова несет ответственность за с. 17–28, 406–779, 788–805, 815–822, 857–890, Анна Красникова – за с. 5–16, 31–405, 780–787, 806–814, 823–856.

2

Когда эта книга уже готовилась к печати, в семейном архиве мы обнаружили несколько писем матери к Гроссману. Они станут предметом отдельной публикации.

3

В архиве Гарвардского университета, где хранятся копии писем к отцу, эту коллекцию также предваряет записка Екатерины Васильевны Заболоцкой – оригинал, во многом похожий на записку, находящуюся в РГАЛИ. В нашей публикации мы не отмечаем незначительные расхождения этих текстов (разный порядок слов, замена слова синонимом и т. п.), указывая в сносках лишь существенные различия.

4

Гроссмана прооперировали в мае 1963 года.

5

Когда Екатерина Васильевна писала эту преамбулу, ей было 84 года.

6

В записке из архива Гарвардского университета вместо этого предложения стоит следующее: «Уверена, что Василий Семенович не знал, кто писал эти письма».

7

Преамбула из архива Гарварда датирована рукой Заболоцкой февралем 1991 года. После даты и подписи стоит дополнение: «Подлинники писем мною отданы на хранение в ЦГАЛИ, там с них сняли четыре ксерокопии для Е. В. Гроссман, Ф. Б. Губера, С. И. Липкина и Е. В. Заболоцкой.

Письма, с которых ксерокопии снять не смогли, в перечисленных обозначены. В ЦГАЛИ их можно прочесть в оригинале».

8

Подсчеты Заболоцкой не всегда верны (см. «От составителей», с. 10–11).

9

Дата читается неоднозначно, – возможно, письмо написано 3 декабря 1925 года.

10

Вероятно, тут, как и в некоторых других письмах к отцу студенческого периода, где Гроссман пишет о работе, речь идет об учебе. В автобиографиях Гроссман указывал, что студентом давал уроки, «работал воспитателем в трудовой коммуне для беспризорных детей». (Автобиография от 17 ноября 1947; ЦАМО. Личное дело № 0676962. Л. 10–11.) Однако, помимо автобиографий, других источников, в которых говорилось бы о подработках Гроссмана во время учебы, пока не обнаружено; не упоминается о них и в его корреспонденции. Исключение из правила – «литературные халтуры», по выражению самого Гроссмана; о них будет речь в письмах отцу конца 1920-х годов.

11

Хотя родители Гроссмана – Екатерина Савельевна (урожд. Витис; 1872–1941) и Семен Осипович (Соломон Иосифович; 1870–1956) – с первых лет после рождения сына не жили вместе, они всю жизнь поддерживали дружеские отношения и состояли в переписке. Екатерина Савельевна была слаба здоровьем и часто ездила лечиться на воды.

12

Семен Осипович Гроссман в 1925 году начал работать в Украинском институте рабочей медицины, открытом в ноябре того же года. Первым директором института стал Илья Яковлевич Штрум (Валуцина 2015: 86).

13

В тех случаях, когда установить личность человека, о котором идет речь в письме, не удалось и мы обладаем только теми сведениями, что содержатся в самой переписке, – как, например, в случае Семена Максимовича – мы не снабжаем упоминание этого человека примечанием, но помещаем его имя в аннотированном указателе. Если же личность человека установлена, мы, за редкими исключениями, помещаем примечание лишь при его первом упоминании.

14

Ср. с фрагментом из первой книги романа «Степан Кольчугин»: «Время от времени к деду заходил стволовой с Чайкинской шахты, сухой, узкоглазый, морщинистый старичок, всегда усмехающийся и очень ехидный. Обычно, входя в комнату, он с недовольным видом спрашивал:

– Что, Романенко, живешь еще? Когда же я тебе приду на пирожки?

– Постой, постой, – отвечал не очень уверенно дед Платон, – кто к кому раньше придет на пирожки…

Случилось, что старичок стволовой умер летом десятого года в холерном бараке.

– И что ж ты думаешь? – рассказывал в сотый раз дед Платон. – Я говорю: кто еще к кому придет на пирожки. Как я сказал, так и вышло, в холеру помер!» (Гроссман 1955. Т. 1: 256).

15

Ольга Семеновна Роданевич – вторая жена Семена Осиповича, врач по профессии. Каменка – город в Черкасской области Украины.

16

Личное отношение Гроссмана к Бердичеву отличается от того образа, который он пытался создать в очерке 1929 года «Бердичев не в шутку, а всерьез»: «„Просто