ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

Сначала общаться приходилось в основном с командиром группы полковником Геннадием Николаевичем Зайцевым, который обладал железной волей, был грамотным, требовательным, но справедливым – не прощал малейших нарушений в службе и при этом в обиду никого не давал.

Он избирательно и осторожно знакомил Виктора с деятельностью группы, но было заметно, что к большой откровенности он не расположен, что тоже было естественно. Он присматривался к контрразведчику, которому было поручено контролировать его деятельность, и ему нужно было понять, что можно ожидать от Виктора – помощи или подножки.

Ситуация у Виктора была сложной со всех сторон. Сотрудники 3-го Главка видели, что на службу он приходит в гражданской одежде, о новой работе ничего не рассказывает, жена тоже ничего не знала о его занятиях, но чувствовала, что характер работы у него изменился и ему очень трудно. К тому же в это время Виктор учился на заочном отделении Высшей школы КГБ, где по письму генерал-полковника Душина ему было разрешено сдавать экзамены по индивидуальному плану. Каждый раз, когда Виктор приезжал на сессию, оценки против его фамилии уже стояли.

В «Альфе» для установления контактов с офицерами ему пришлось участвовать во всех занятиях и тренировках. Это было тяжело, но приходилось терпеть. Особенно доставалось ему на занятиях по рукопашному бою и в других контактных видах спорта. Здесь его никто не щадил. В юности Виктор играл в футбольной команде, ставшей чемпионом Алтайского края, потом за команду военного училища, которая заняла второе место в Киевском военном округе. И везде игра была по-мужскому жесткой, иногда можно было получить удар не по мячу, а то и по ногам.

В «Альфе» тоже играли в футбол на хоккейной площадке, огороженной металлической сеткой. Это было для Виктора ареной боев с гладиаторами. Все удары по ногам в кость доставались только ему, а также случайные припечатывания лицом в сетку. Но доставалось и всем, по правилам за каждый пропущенный гол команда отжималась на кулаках по двадцать раз, а за игру забивали по тридцать и больше голов. Виктор месяцами ходил в синяках и царапинах, но терпел.

Вскоре он сменил тактику – одел форму «Альфы» и стал ездить с группой на полигон, где проходили тренировки по стрельбе. Мишени были на расстоянии в 100 и 200 метров, стрельба стоя и в движении. После первой стрельбы альфовцы взглянули на него с нескрываемым удивлением, но отличную стрельбу посчитали случайностью.

На втором упражнении – бег, преодоление стены и стрельба из пистолета с расстояния 50 метров – только трое альфовцев, в том числе Виктор, смогли поразить мишень всеми тремя пулями. На преодолении полосы препятствий Виктор вообще был первым. Альфовцы были удивлены и некоторые даже одобрительно похлопали его по плечу. Они не знали, что военная контрразведка не случайно направила в «Альфу» Виктора, он был кандидатом в мастера спорта по военному троеборью.

После этого никакого высокомерия со стороны сотрудников и руководства группы капитан Остроухов уже не чувствовал. К нему стали относиться как к товарищу и даже как к заместителю командира группы. Общие тренировки и выезды в командировки сблизили его с этими неординарными людьми, а с некоторыми даже установились дружеские отношения. Первым, с кем подружился Виктор, стал заместитель командира группы майор Карпухин, в то время первый и единственный в подразделении Герой Советского Союза.

Карпухин начинал службу в КГБ в пограничных войсках. Это был высокоэрудированный, смелый и мужественный офицер и прекрасный организатор. Сказывалась закалка и традиции погранвойск.

Ретроспектива

Во время трагических событий в августе 1991 года командир «Группы А» генерал-майор Карпухин был заподозрен командой Ельцина в подготовке к штурму Белого дома, за что был им уволен из органов государственной безопасности. Эта несправедливость была черной неблагодарностью за его двадцатилетнюю безупречную службу в элитной «Альфе», явилась для него серьезным потрясением и нанесла тяжелейшую травму здоровью, что в итоге стало одной из причин преждевременной смерти этого легендарного человека.

В 1991–1992 годах он руководитель службы безопасности президента Казахстана Назарбаева. Потом, с 1993 года, Карпухин работал в частном детективном бизнесе и одновременно был председателем правления Ассоциации ветеранов войны в Афганистане и членом Комитета Торгово-промышленной палаты по безопасности предпринимательской деятельности. Возглавлял крупную некоммерческую структуру «Росфонд». Скончался в ночь с 23 на 24 марта 2003 года в поезде «Минск – Москва».

Виктор все больше вливался в коллектив. Он решил посоветоваться с руководством 3-го Главка, надо ли ему участвовать в парашютно-десантной подготовке. Начальники ответили, что он является оперативным сотрудником и ему не обязательно проходить полную программу подготовки в «Альфе», но разрешили действовать по своему усмотрению. Особенно запомнился первый прыжок с вышки, за которым последовали три прыжка, один из которых ночью. Окончание прыжков сотрудники «Альфы» отметили по-мужски.

Хотя отношения Виктора в группе наладились, но не в этом состояла его основная задача. Он должен был глубоко знать реальное положение дел, а для этого иметь в «Альфе» агентуру. Первый блин не всегда бывает комом. Виктор наметил для вербовки одного из офицеров и пригласил его на встречу в городе.

Тот пришел, но сразу сказал, что только для разговора, но не для вербовки. Виктор слегка растерялся, но решил не давить и сказал, что согласен с ним. Вербовка не обязательна. После этого они поговорили по душам, и Виктор постарался объяснить коллеге, что всё равно завербует несколько агентов в группе, которые будут давать информацию, в том числе на него:

– Отношение контрразведки к людям простое, кто с нами – помогаем и продвигаем, кто против – при малейшем промахе спасать не будем. Думай! – Это было грубо, топорно, но доходчиво.

И коллега обещал подумать. На следующий день, когда Виктор поднимался по лестнице на второй этаж, где находился его кабинет, мимо него вниз пробежал этот офицер и сунул ему в карман конверт. В кабинете Виктор вскрыл конверт – как он и ожидал, это была подписка о сотрудничестве с уже избранным псевдонимом. Сотрудники «Альфы» были достаточно подготовлены в оперативном отношении. А дальше, как говорится, процесс пошел…

Раз в полугодие Виктору предстояло писать отчет на имя председателя КГБ о состоянии дел в «Альфе». Документ писался лично от руки. Первый вариант доклада Виктор написал на 22 страницах, его забраковали и заставили сократить, он написал на 6, его снова забраковали и потребовали – на 1 странице! Этот опыт потом пригодился ему в работе.

После Остроухова новым контрразведчиком в «Альфе» должен был стать Юрий Мальцев, который успешно прошел проверку и испытания, но, проработав несколько месяцев, был отозван в центральный аппарат, где его ждала совсем другая карьера, а потом