Четвертое королевство - Ана Эм

– Придется, – она коснулась его губ своими, и по ее коже поползли мурашки, когда его пальцы коснулись внутренней стороны ее бедер. – Если хочешь выжить.

Амора не знала, чем могло обернуться столкновение с Миревией, но вполне могла попробовать защитить его хотя бы от Ливаны с Оринфом.

– В таком случае, – задрал ей платье до самой талии. – Давай попробуем. Скажи, любимая, чего ты хочешь?

Русалка взглянула в эти синие глаза цвета моря, и обхватив его лицо двумя руками, прошептала:

– Тебя.

94

Капли дождя ударялись о стекло. Море почернело вместе с небом, а резкие порывы ветра, что гудели в деревянной оконной раме, заставили Гиву поежиться.

Она обхватила себя руками и продолжила наблюдать за хаосом в гавани. Из этой комнаты, что снял Тео, было прекрасно видно, насколько хорошо герцог держал свое обещание. Если к утру шторм стихнет, то корабли действительно отправятся путь.

Благодаря Гиве.

Забавно, но после нахождения сестры, это второе ее достижение. И в обоих случаях ей помогло…

Она прижала ладонь к груди, где билось ее сердце. Впервые за свою недолгую жизнь, она не была уверена в том, что принесет завтрашний день. Не знала, доживет ли до старости или же этот месяц станет для нее последним. И эта мысль странным образом вызывала…радость. Она словно чувствовала, что жива. Не просто знала, а именно чувствовала. Ощущала в том, как пульс учащался, стоило ей разозлиться или же подумать о том, как он произносил «mi verra». Ощущала в той боли, что вызвали слезы сестры и предательство матери.

Гива чувствовала слишком много, точно плотину прорвало, и это было похоже на тот самый момент, когда находишься под водой, но воздуха не хватает, и ты толкаешь себя к поверхности, а затем делаешь долгожданный вдох полной грудью.

Принцесса хорошо помнила этот момент, потому что именно так Королева учила их подолгу задерживать дыхание.

Гива ненавидела эти тренировки. Ненавидела каждую из них. Ненавидела проводить ночи за книгами, чтобы потом в итоге ее сестры все равно оказались в чем-то лучше, а ей в очередной раз доставалось наказание за неудачу.

Она ненавидела эти каменные стены дворца, в которых никогда не было солнца. Ненавидела постоянно приводить себя в порядок после превращения, потому что «принцессы всегда должны выглядеть идеально». Ненавидела придворную знать, которая только и ждала момента, чтобы пнуть в спину. Ненавидела ту жизнь, в которой ее существование сужалось всего лишь до одной единственной цели – умереть и стать хранительницей. Ненавидела себя за то, что на долю мгновения в глубине души обрадовалась, что медальон не выбрал ее.

В жизни Гивы оказалось так много вещей, что она презирала, но так мало того, что по-настоящему любила.

Например, иногда ей нравилось плавать на поверхности. Выныривать под солнцем и снова погружаться в воду, как делали это киты или дельфины. Однако это всегда было опасно, а потому она старалась делать это очень редко, только когда во дворце становилось по-настоящему невыносимо.

Еще она любила читать. Не учебники, а истории, написанные людьми и миревийцами с суши. Ей нравились хорошие истории.

Она любила сестер. Любила отца. Даже свою мать. Но только сейчас к ней начало приходить осознание того, что также сильно она любила и жизнь. Просто до этого момента она и не жила вовсе.

Раздался стук в дверь, и русалка поспешила смахнуть слезы с глаз.

– Да?

В комнату с подносом вошел Тео.

– Я принес тебе еды.

Улыбка сама по себе появилась на ее лице. Пират был заботливым. Убедился, что ее комната удобная и в ней достаточно тепло, теперь принес еды, хотя она и не просила. Вообще, с того момента, как они покинули особняк, она в основном молчала. Да и он тоже. Тео будто понимал, что ей было необходимо пространство. Он явно не знал для чего именно, но чувствовал, что с вопросами лучше не лезть. И за это Гива была ему очень благодарна.

– Спасибо. – тихо сказала она, когда он опустил поднос на единственный круглый столик в углу. Помимо него из мебели тут была еще широкая, хвала богам, чистая кровать, да небольшой покосившийся от времени комод.

– Не вопрос. – бросил Тео и выпрямился, избегая ее взгляда.

Пират не попросил денег за комнату, а себе снял соседнюю, что тоже было очень мило с его стороны, однако Гива почему-то почувствовала укол разочарования, когда он сообщил, что «не беспокойся, я не буду спать вместе с тобой».

– Я тогда… – кивнул в сторону двери и начал уходить, но схватившись за ручку остановился и снова обернулся. – Я только хотел сказать, что…там с герцогом… – покачал головой, словно в восхищении. – То, как ты его…В смысле, вау.

Гива моргнула, а потом ощутила улыбку на своих губах.

– Спасибо. – вырвался из нее шепот.

Тео снова кивнул и на этот раз вышел из комнаты. Русалка вновь ощутила этот неприятный укол разочарования, причину которого не могла понять, и сделала два шага в сторону двери, но тут же остановилась, не зная, что именно собиралась сделать.

Сердце в груди вдруг ускорилось, а затем раздался стук в дверь. Гива только открыла рот, чтобы разрешить войти, как Тео влетел в комнату, хлопнув за собой дверью, и за два шага оказался прямо перед ней.

– Можно я?.. – его теплые глаза искали что-то на ее лице, широкие грубые ладони обхватили ее шею нежно, почти невесомо.

– Что?.. – только успела произнесли она, как его губы накрыли ее.

Сердце с грохотом ударилось о грудную клетку, и русалка замерла, почувствовав как жар опалил ее тело изнутри. Тео мгновенно отстранился, ощутив ее напряжение.

– Прости…я… – он начал отступать, но руки Гивы сами потянулись и не дали ему даже шага сделать. Она дышала так тяжело, будто проплыла весь Оринф. Зеленые глаза уставились на его губы, а затем она привстала на носочки и вновь поцеловала его.

Тео зашевелился, опустив руки ей на бедра, и спустя мгновение мягко отстранился, полностью сбитый с толку.

– Ты никогда раньше не?..

– Нет. – покачала она головой, чувствуя жар на своих щеках. – Я никого раньше не целовала. Но если бы знала,