Двойня от чужого мужа - Мила Гейбатова

Я так отвык от проявления столь простых и светлых чувств, Ольга всегда смотрела на мир с превосходством, что завис на секунду и невольно начал любоваться Настей. Тут уже моим вниманием завладела ее тоненькая фигурка, длинные блестящие волосы и милое личико.

И тогда я вдруг заговорил с ней. Неожиданно даже для самого себя, ведь я не собирался так вскоре после развода вспоминать, что женщины, в общем–то, бывают разные, не все из них, как Ольга.

Наши случайные–неслучайные встречи с Анастасией стали регулярными, мне было интересно с ней, я отдыхал душой и телом. Наверное, со временем я бы позвал Настю на полноценное свидание, но едва ли слишком скоро. Все же я нуждался в некоем сеансе психотерапии, а не в начале новых серьезных отношений. На один раз с этой девушкой не хотелось.

Наша встреча в офисе была странной. Не скажу, что радостной, но что–то во мне взыграло, заставило поставить на место муженька сестрицы.

Черт, я ведь даже не хотел выполнять просьбу Снежаны, но почему–то согласился. У нас с сестрой нет точек соприкосновения. Отец давно живет с ее матерью, а я мальчик взрослый, мне нет дела до них, как и им до меня. Но Снежана умеет вцепиться, как клещ.

Прямо как ее инфантильный муж. Тот так же, как клещ, как низменный паразит, держал за руку нежную Настю.

«Алексей, почему ты держишь за руку мою женщину? Объяснись, будь добр», – всплывают у меня в памяти мои же слова.

Оттолкнуть Власова было правильным, мужским поступком, но прижать к себе Настю было моим личным желанием, не продиктованным воспитанием и моралью. Просто что–то щелкнуло в голове, и я понял, что мне делать с Настей и Ольгой заодно.

Анастасию удивила моя вера в знаки, но я считаю, что любому человеку, начинающему свое дело, нужно прокачивать чутье до уровня интуитивного экстрасенса. Иначе ничего не выйдет.

А с Настей мне хочется, чтобы вышло. Не знаю, почему. Тянет.

Может быть, тот же Власов, висящий дамокловым мечом над ней, дополнительно привлекает, заставляет взыграть мои давно забытые рыцарские порывы.

– Но где эти двое в самом деле?! – восклицаю вслух, выныривая из своих мыслей. – А если он там снова руки распускает?

Я имею ввиду, конечно, Власова. Что их связывает с Настей я лишь догадываюсь, не хочется вступать в дурно пахнущий любовный треугольник, но что–то мужское упорно требует не отступать. Да и как начальник я жду свою подчиненную и никак не дождусь!

– Почему она не отвечает по рабочему телефону?! – недовольно восклицаю и решительно выхожу из кабинета.

Глава 35

Настя

Слова Власова буквально пригвоздили меня к месту. Я не ожидала такой прыти, я вообще не ожидала интереса к детям. Он самовлюбленный павиан, с чего вдруг он захотел узнать наверняка, не от него ли двойняшки?

Я была уверена, что все его вопросы, все попытки узнать про отца моих детей продиктованы отвратительным характером, заставляющим исторгать из себя дурно пахнущую жидкость. И еще, возможно, задетое самолюбие. У него есть дети от Снежаны, он в состоянии примерно определить возраст Тимошки и Леночки. И должен был понять, что я их нагуляла вскоре после отношений с ним.

Почему–то я наивно полагала, что Власов примет мой аборт за аксиому. Так ему самому будет спокойнее! Не знаешь об ответственности, так и не надо ее брать!

Но я ошиблась по всем фронтам.

Резко захлопываю дверь обратно и поворачиваюсь к Алексею. Хорошо, сегодня со мной нет двойняшек. Я бы не хотела, чтобы они узнали об отце при таких обстоятельствах. Мне и без того пришлось упрощенно объяснить, почему злой дядя хватал маму. А если еще и этот дядя оказался бы их папой…

Даже думать не хочу. Я не должна позволить этому случиться.

– И что ты предлагаешь, Алексей? – смотрю в его наглые глаза. – Ты вообще для чего сделал тест? На кой он тебе сдался? Побежишь в суд восстанавливать себе родительские права? Так я там не буду молчать, все подробно расскажу, про действия твоей ненормальной жены в первую очередь, – придвигаюсь ближе к Власову и угрожающе заканчиваю. – Твоя лаборатория тебя обманула. Если она вообще была. У тебя двое детей от Снежаны, больше нет. И не суйся к нам!

Я решительно открываю дверь и нос к носу сталкиваюсь с Сережей.

– Сергей… Викторович, – мое самообладание дает трещину, – а я как раз собиралась к тебе, к вам.

Сережа переводит с меня на Власова нечитаемый взгляд и только потом произносит.

– Почему не отвечаете по рабочему телефону, Анастасия?

«Он все слышал, – внутри меня все обрывается, – по крайней мере, последнее точно. Суть уловил, не дурак. Он не захочет связываться с той, у кого дети от мужа его сестры».

– Потому что он не работает. Заявку оставляла, но на нее не реагируют. Несколько раз оставляла, – уточняю, – я не сидела сложа руки.

Теперь мне остается только за работу держаться. Если позволят.

– Я разберусь, – кивает. – И раз уж я сам до вас дошел, поговорим в вашем кабинете, – он решительно входит внутрь, заставляя меня посторониться. – Алексей, тебя ждет работа, не задерживаю.

Власов бросает на меня злобный взгляд, намекающий на продолжение разговора позже, и выходит из кабинета. Видать, его здорово прижало, раз безропотно выполняет свою роль помощника. Странно мне видеть его таким, странно и отрадно. Появляются силы с ним бороться.

– То есть он отец твоих детей, да, Настя? – Дверь захлопывается, а Сергей переходит сразу к делу. – Я вызывал тебя по рабочему вопросу, но он подождет.

«Хм, подождет или зависит от моего ответа?» – мелькает в голове флегматичная мысль.

– Да, – тяжело вздыхаю и возвращаюсь за стол, тело требует физического отдыха для продолжения нервных разговоров, – и я этим не горжусь. Я не знала, что он женат на твоей сестре, – поднимаю глаза на Сергея. – Ты можешь мне не верить, думать, что я себя обеляю, но это так. Я с ним встречалась год, считая его свободным. Дура, да. Но какая есть. И я забеременела. Виноват он, но именно я решила сохранить беременность. Я не планировала никого шантажировать, требовать алименты или что–то еще. Я собиралась растить детей сама, что и делаю. Я не хотела и не хочу, чтобы они знали, кто их биологический отец. Моя психика определила Власова в доноры спермы, не более. И уж тем более я не могла знать, что все мы здесь с вами соберемся. Я