Три шага до края - Амалия Мо

Привычная тишина встретила меня, как всегда, без слов и без ожиданий. Просто была рядом, как фон, ставший частью жизни.

Кинув ключи на полку, я прошёл по коридору в спальню, не включая свет, и скинул куртку прямо на пол. Бросил взгляд на кровать: чёрные простыни, идеально натянутые, будто тут никто не спал. Собственно, так и было. Последний раз я по-настоящему спал… давно. Очень давно. Всё остальное – короткие отключки, попытки выключить мозг хоть на пару часов.

Не позволяя себе думать, я включил воду в душевой, разделся и шагнул в кабину. Температура становилась выше, позволяя телу хотя бы на мгновение расслабиться. Я провёл рукой по влажным волосам, выдавил шампунь и растёр его на коже головы.

Парадокс, что место, которое должно было давать защиту – стало самым ненавистным в мире. Я бы предпочёл не возвращаться сюда, но сколько бы квартир не менял, правда в том, что дело не в обстановке, а во мне.

Выключив кран, я натянул спортивные штаны даже не думая вытереться полотенцем.

Наполовину опустошённая бутылка виски ждала на том самом месте, где я её оставил. Плеснув немного в стакан, я прошёл к дивану и опустился. Спина тут же сжалась от непривычной мягкости.

В квартире было слишком тихо. Из окна открывался вид на город, подсвеченный ночными лампами и огнями рекламных щитов. Дома, офисы, чужие жизни – всё это мигало, дышало, двигалось, но меня не касалось.

Я давно не думал, что живу один. Скорее, живу внутри себя. Будто моё тело ходило по квартире, выполняло команды, необходимые для существования. А всё остальное: стены, мебель, вещи – просто антураж. Не дом, не жизнь. Декорации для кого-то, кто однажды исчез.

Разговоры? Только рабочие. Люди? Вокруг были, но внутри никого. Своих чувств я не обсуждал, о чужих предпочитал не спрашивать. Семья? Мы знали о демонах друг друга, но предпочитали не лезть, понимая, что легче никому не станет.

У Калеба вот получилось выбраться… Благодаря донору. Мы же с Лидией продолжали тонуть, делая вид, что жизнь продолжается.

Я сделал глоток виски и зажмурился. Память подбросила образ, который я навсегда хотел стереть из памяти, но не мог. Девушка с длинными тёмными волосами в белом развивающемся на ветру платье…

Она смеялась, говорила глупости и была в тот момент такой живой… настоящей. Но из-за меня её больше нет. Я вообразил, что смею быть любимым и она поплатилась за мою ошибку.

Ида Берроуз навсегда останется в моей памяти, как клеймо, выжженное раскалённой кочергой. Каждый раз после её смерти, позволяя себе хоть малейшую мысль о том, что могу быть счастлив, оно начинало зудеть, напоминая, что я не создан для любви. Нашёптывая, что я уже полюбил однажды и дорого заплатил за это.

Хотелось бы провести вот так остаток дня до самого утра: с закрытыми глазами, с обжигающим виски в горле и иллюзией, что я уснул. Но не получилось.

Память, упрямая сука, не захотела останавливаться на Иде. Она сместила фокус. Перемотала плёнку и выдала другой образ, такой же чёткий, такой же невыносимо живой.

Взгляд, наполненный злостью. Рыжие волосы, уложенные в беспорядке. Бледная кожа с веснушками, как разбросанные наугад точки. И губы, которые не дрожали, даже когда я прижал её к капоту. Даже когда приказывал раскрыть рот.

Чёртова, упрямая, вредная Смит…

Сжав стакан сильнее, я ощутил, что стекло треснуло под пальцами. Виски растёкся по ладони, капая на обивку.

Почему именно она всплывала сразу после Иды? Почему именно её я вспоминал не как раздражение, а как вызов, который принял? Я не имел права даже думать о ней. И всё же…

Подниматься, чтобы убрать осколки, я не стал. Отшвырнул то, что осталось от стакана в сторону и улёгся прямо на диван. Я заслужил худшей жизни, но предпочитал бы сдохнуть где-нибудь… Жаль, возможности пока не представилось.

11

Удивительно, но после разговора с Морвелем я не сгорала от желания придушить его голыми руками. Возможно, потому что увидела его слабую сторону, которая даже позабавила. Упырь хотел полного подчинения.

Растянув губы в улыбке, я вошла в трейлер, но замерла в коридоре, увидев Сиарда, уснувшего на моём диване в обнимку с Громом. Пёс открыл глаза, но шумно выдохнул, показывая, что ему лень подниматься с места, чтобы встречать меня.

Новая работа на время заблокировала то, что произошло… Мой провал, напрасные старания и глупые мысли, поселившиеся в голове.

Я и Сиард?

Покачав головой, я невесело усмехнулась и стянула куртку, повесив её на крючок. Стараясь не шуметь, я осторожно поплелась в спальню, чтобы поскорее стянуть дурацкое платье, которое, кажется, раздражало не только меня. Вон, упырь едва не слюной брызгал, когда прицепился к нему.

– Мег?

Рука почти дотронулась до дверного косяка, но голос напарника заставил обернуться.

– Привет… – неуверенно произнесла я, хотя надо бы спросить, что он тут забыл.

– Я занёс тебе форму… Спасибо за лазанью.

– Пожалуйста, надеюсь, вам понравилось.

– Мег… – напарник чуть скривился, наверняка собираясь оправдаться. Но зачем?

– Спасибо, что побыл с Громом. Он не любит оставаться один, – не понимая, что несу, выдала я.

За один короткий миг я смогла ощутить пропасть между мной и Сиардом. Зря я вообще надумала себе эти глупости про отношения. Очевидно, что ничем хорошим это не закончится.

Синие глаза Нокса скользнули вниз и слегка расширились от понимания, что я в платье. В том самом, которое он выбрал и купил специально для меня.

Выброшу его, как только стяну с себя. Слишком много проблем от него. Когда я стояла в кабинете Морвеля, не испытывала такого смущения, как сейчас.

– У меня мало неформальной одежды, а упырь сказал не приходить в форме ИКВИ.

На хрена я вообще оправдываюсь?!

– Тебе идёт, – едва шевельнув губами, отозвался Сиард.

– Не думаю… Я пойду, мне завтра рано вставать.

– Мег, – рука Нокса, схватившая меня за плечо, заставила остановиться.

Оборачиваться я не собиралась. Всё как-то неловко, и самое отвратительное – я не знала, как вернуть наши отношения на тот этап, где мы были просто добрыми приятелями.

– Люси и я… Это недоразумение.