Леденящая Боль - Анна Рудненко

— Наверное, капучино и какой-нибудь десерт… — отвечаю я неуверенно.

Ксюша смеется:

— Неужели ты можешь устоять перед шоколадным муссом?

Я кидаю взгляд на красивую, искристую чашку, а в голове всплывают воспоминания о прошлом. Мякоть счастья опять нарастает, и я решаюсь.

— Однозначно нет, — отвечаю, подмигивая.

Шоколадный мусс слишком аппетитно выглядит, чтобы тянуть время. Моя ложка пробирается сквозь бархатистую текстуру десерта. Его темный цвет словно манит, обещая мгновение наслаждения. Я медленно подношу кусочек к губам и, вдыхая нежный шоколадный аромат, позволяю дразнящему ожиданию наполнить каждый миг.

— Это божественно! — чувствую, как мусс тает на языке. Нежный вкус шоколада окутывает меня.

— Смотрю на тебя и думаю, кто из нас двоих беременна ты, или я, — произнесла она с легкой улыбкой.

— Отстань, лучше скажи, что такого-то случилось, что ты готова всех вокруг убивать, — ответила с легким сарказмом.

— Ничего, всего лишь гормоны, хотелось отдыхать, вот и пошла на манипуляцию, — смиренно объяснила Ксюша, вздыхая.

— Очень хитро, Ксюш. — наслаждаюсь вкусом шоколада.

— О, какие мы философы! — усмехнулась Ксюша, пробуя свой торт, укрытый нежной глазурью. — Ну и что, Ира, я просто мыслю гибко! — смеюсь. — А ты, между прочим, сама говорила, что кофе — это важный ритуал. Нельзя пренебрегать! Ммм, это не просто десерт; это миг счастья. Ты знаешь, всегда думала, что десерт — это просто способ утолить голод, а сегодня поняла, что это целая философия, — задумчиво произнесла Ксюша, откусывая кусочек своего торта.

— Это беременность, а, кстати, Алина забирает Антона к себе до вечера. Нужно что-то вкусненькое купить и передать детям.

Ксюша наклонилась ближе, словно делилась секретом.

— А знаешь, в жизни тоже есть такие моменты, которые, на первый взгляд, кажутся мелочами, а на самом деле создают целый мир наслаждения. Вот, например, сейчас скажи, что тебе очень приятно, что Алина так уделяет внимание твоему сыну.

— Словами не передать, Ксюш, — кивнула я.

Ксюша улыбнулась, её глаза засияли от понимания. На столе оживает телефон, я одной рукой держу кофе, другой отвечаю на звонок.

— Да, Андрей… хорошо, выходим.

Из кондитерской я купила разные аппетитные пирожные, аромат просто волшебный. Это не просто десерт, а настоящее волшебство.

Когда я открываю коробку, аромат мгновенно окутывает всё вокруг. С комбинированием разных вкусов кондитеры тоже не перестают удивлять.

Выходим на улицу с Ксюшей.

— Я как-то не хочу кушать, — говорю Ксюше, осматривая парковку. С правой стороны от здания идёт Андрей с сыном и Алиной. Смотрю на них и чувствую себя виноватой. Мысленно обещаю себе, что дам им ещё немного времени привыкнуть к друг другу. И потом скажу. Пусть Андрей научится, пусть он побудет рядом с Антоном как с особенным человеком и научится понимать его.

— Ир, как твой Антон похож на Андрея! Смотри, походки одинаковые. Мда, надо же такое. Кстати, я заметила, что у Антона глаза такие же, как у Андрея. Красивые, — Ксюша что-то ещё тараторит, но я этого не слышу.

Боже.

У меня такое ощущение, что кровь убежала с моего лица, и я сейчас грохнусь тут.

— Ира? Ир, эта…

— Не сейчас Ксюша, пожалуйста. — В груди застряло что-то тяжелое, и каждое дыхание отдавалось резкой болью.

— Но как, Господь… — спросила она тихо, словно боялась верить в это. — Ира, ты понимаешь?

Я отводила глаза, не зная, как объяснить то, что ощущала внутри.

— Прошу. Сама себя запутала в этой паутине лжи. Я тебе потом всё скажу, — умоляющим голосом прошептала она, стоя в полном шоке. Андрей приближается, держа Антона за руку. Сын светится счастьем. Гнетёт мой обман.

— Сказал ему, что идём гулять, так он самый счастливый, — к нам подходит Андрей с сестрой и сыном. — Ира, ты в порядке? Ты бледная какая-то, — спросил Андрей, подойдя ближе. Его глаза были обеспокоены, и мне вдруг стало стыдно перед ним.

Я закрыла глаза на мгновение, чувствуя, как тепло наполняет моё сердце, когда я вижу их вместе.

— Да, всё нормально, просто… — я старалась говорить уверенно, но голос предательски дрожал. Ксюша всё ещё стояла рядом, её взгляд был полон недоумения и сомнений. Я знала, что если она хоть немного углубится в свои мысли, то рано или поздно сопоставит факты. — Ладно, пойдёмте. Антошка, милый, кушать хочешь?

— Да, ням-ням. (Дорогие читатели, ребёнок в реальной жизни так и ведёт себя, он говорит разные отдельные слова, у него уникальная память. Я вам в процессе расскажу, как развивается ребёнок. Сегодня ему девять лет, и скажу, чудеса случаются не только в книгах, но и в жизни.)

— Проголодался он, и я тоже, — усмехается Андрей. Смотрит долгим взглядом, и я думаю, что он не только про еду сейчас говорит.

Озабоченный!

Это был первый выход сына вместе с отцом. Я была приятно удивлена, как у них складывается отношение. Сын сидит рядом со мной и с интересом слушает отца, а тот старательно вовлекает его в общение. Самое главное, что Андрей ведет себя с сыном как с понимающим ребенком. Иногда он повторяет свои слова по два-три раза.

* * *

В офисе мы вернулись с опозданием. Алина с Антоном поехали за ребятами в школу, а я с Андреем вернулась в его кабинет. Мы снова прошли по договору, ну как прошлись, попытались. Кажется, Андрей решил наверстать все восемь лет разлуки. При каждой возможности он пытается целовать, гладить…

— Андрей, перестань.

— Поцелуй так, как только ты умеешь, — шепотом просит Андрей.

Кровь ускоряется по венам, делаю медленный выдох. Не тороплюсь, обнимаю его шею руками, даю себе возможность прильнуть ближе в его объятиях. Люблю быть рядом с ним. Раньше я только могла мечтать об этом. И то боялась поддаваться таким мечтам, от этого была только одна боль. Сейчас чувствую его тело, слишком горячее. Чтобы ни происходило в наших отношениях сейчас, мне это нравится, и медленно схожу с ума от этих эмоций.

Улыбнувшись, легко и дразняще коснулась его губами.

— И, скорее всего, навсегда такой останусь. Но ты все равно меня любишь.

— Разве?! — Он иронично изогнул бровь, в его глазах читался откровенный вызов.

— Андрей!!

Он неисправим!

Полная невозмутимость. Даже бровью не повел.

Андрей рассмеялся и крепко прижал меня к себе.

— Никогда не сомневайся в этом, Ирина, никогда! Ты моя и навеки останешься моей, согласишься с этим или нет.

— О, я с радостью соглашусь со всем, сказанным тобой. Но чуть позже, нам пора в конференц-зал, — прошептала я, не веря своему счастью.

— Сама спровоцировала, и сейчас оставляешь