Заклинания и памперсы. Хроники выживания в садике N13 - Аллу Сант

деле, он что, серьёзно считал, что я не попрошу его об этом? Я что, по его мнению, совсем желторотик? Без печати доказать, что именно он написал это признание, будет не только долго, но и очень муторно.

И тем не менее, причитая о том, как сильно его не ценят и о том, что «лепрекона вообще может обидеть каждый», мистер Врут все-таки скрепил печатью свое признание.

С этого момента стоит мне только покинуть офис, и мое время пойдет на минуты. Мерзкий лепрекон точно тут же побежит к матери, а так — к вдовствующей королеве. Этому надо было как-то воспрепятствовать.

То, что я узнал сегодня, стало последней каплей. Я больше не собирался мириться с самоуправством матери, которая решила, что это королевство словно ателье ее модистки, и она имеет право распоряжаться чужими жизнями, так словно это были не живые люди, а кнопки на ее платье. В идеале мне бы хотелось поквитаться с ней и поставить на место, но я также отчетливо понимал, что цели надо ставить реалистичные. Тем более что призвать мать к ответственности будет не так уж и просто. Да и если выбирать между вернуть имя и диплом Марианне или отомстить матери, то что я выберу?

Ответ был совершенно очевиден. Разумеется, я выберу Марианну. Вне сомнений. На этом стоит и сосредоточиться. Тем более история будет плохо выглядеть, если в ней будет чувствоваться моя личная заинтересованность.

Я посмотрел на лепрекона и хищно улыбнулся, а по лицу секретаря прошла нервная судорога — его идеальная интуиция почувствовала надвигающиеся неприятности.

Помнится, еще во времена моего обучения в академии в ней была такая миленькая кладовка, на которую все постоянно жаловались, что дверь захлопывалась, и ее потом было невозможно открыть, как ни старайся, а зачарована она была так, что даже боевым заклинанием ее не вынести.

У нас была не одна и даже не две попытки это сделать, но тогда это ни у кого не получилось. Каковы шансы, что эта самая кладовка так и не была исправлена и сейчас может мне помочь?

Я предполагал, что весьма большие, потому что именно мистер Врут фактически содержал все подпольные тотализаторы в академии, а дверь была приличным источником дохода. Каждый год находилось парочка умников, которые были уверены, что они сильнее всех.

Я совершенно беспардонно подхватил под мышки маленького секретаря, который тут же принялся орать и возмущаться подобному обращению, но кто его сейчас услышит? В академии же почти никого нет?

Пять минут, и истеричные вопли секретаря доносятся из-за двери, которую уже много лет можно открыть только снаружи. Вот она — справедливость.

Для верности я прикрепил к двери табличку, что запер там секретаря, и, спокойно насвистывая, отправился к королю. Мистера Врута не шибко любили, так что я точно организовал себе немного времени для того, чтобы уладить дела.

Глава 15. Война в детском саду

Марианна дель Мур

Более-менее успокоить детей мне удалось только ближе к вечеру. Но самым поганым было даже не поведение мальчишек — его я еще как-то могла понять. Больше всего меня удивляла Мария. Девчонка оказалась только по внешности ангелочком, а вот внутри — настоящий маг Смерти. Ей очень понравилось быть в центре внимания. Более того, она тут же начала уточнять у меня, на самом ли деле Матиас сын герцога и на ней женится.

Я честно не знала, что и отвечать на подобные вопросы. У меня был свой опыт общения с семьей дель Гельд, вот только я сильно сомневалась в том, что им стоит делиться с маленьким ребенком. Лучше от этого точно не станет.

К тому же далеко не факт, что в случае с Марией все будет так, как со мной. Все же Эндрю не его мамаша, у него есть разум — это раз. А во-вторых, как бы мне это ни было больно признавать, Мария была потенциально кратно ценнее, чем я. На такой запросто мог жениться и принц, и король. Магия ведь дороже золота, потому что встречается реже, и развить, и потерять ее сложнее.

Так что сейчас мне предстояла весьма непростая задача — придумать, каким образом подружить двух сорванцов, которые не поделили красивую девочку.

Но я решила подумать об этом чуть позже, а сначала заняться оформлением патентов на слизь. Тем более, что количество писем и сообщений по этому поводу показывало явную заинтересованность разведки и армии в такой разработке.

Я не сдержалась и усмехнулась. Спросите меня, чем занимается заведующая детского сада по вечерам? Она оформляет патенты и выгодно перепродает оружие, изобретенное детишками!

Это было бы даже забавно, если бы не было столь грустно.

Но я сосредоточилась на работе и оформила сразу несколько патентов на имя Гарри, а затем написала семье ребенка для того, чтобы уточнить их реквизиты. Если все пойдет так, как надо, то первые деньги им начнут поступать уже на следующей неделе, так что и им станет немного полегче.

Оставалось только придумать, что может объединить этих сорванцов. Что-то, на фоне чего борьба за Марию станет маловажной.

Для этого я достала личные дела и характеристики обоих и принялась за чтение в надежде на то, что на меня снизойдет озарение.

На дворе уже стояла глубокая ночь, когда я была вынуждена признать, что мне в голову не приходит ничего разумного, кроме мыслей о том, что мать Матиаса — натуральная дура.

Нет, я понимаю, что так думать о мёртвых нельзя, но как же можно было так нелепо умереть? Неудивительно, что у ребёнка проблемы.

Вот только сегодня я их определённо решить не могла, а потому поступила единственно правильным путём. Просто отправилась спать, надеясь на то, что утро окажется вечера мудренее и я проснусь с криками "Эврика".

Вот только просыпалась я несколько раз за ночь совсем не от волшебного озарения, а от воспоминаний о том, какими сладкими были поцелуи и прикосновения Эндрю, как весело я смеялась над его шутками и какими романтичными были свидания, которые он нам устраивал.

Стоит ли говорить о том, что встала я в дурном настроении, всклокоченная и категорически невыспавшаяся.

Посмотрела на себя в зеркало и грязно выругалась. Так как не положено ругаться ни аристократке, ни заведующей.

А всё потому, что я не вспомнила вчера о той неприятности, которая произошла с моими волосами, а поэтому сейчас на меня из зеркала неутешительно смотрели последствия моей непредусмотрительности.

Ну почему я не помылась?