Застенчивый монстр - Натали Рик

— Сав... - мой голос дрожит. — Ты... ты в среду свободен вечером?

— Среда — среда, — задумчиво стучит пальцами по столешнице, прикусывая уголок губы. — Среда — это двадцать первое, — он виновато улыбается. — Я же говорил, у нас важный зачет по защите информации, буду в универе до ночи практически, А что?

— Да так... ничего. Просто спросила.

— 28 —

Вторник встречает меня серой дымкой и липким чувством тревоги, которое не смыть даже самым крепким эспрессо. Вчерашнее письмо от анонима жжёт сознание сильнее, чем татуировка под лопаткой. В среду, в полночь, «Яма».

— Хрена тебе лысого, — яростно шепчу я своему отражению, замазывая синяки под глазами. — Я просто не приду. Пусть этот QR-код сгниет в моей почте.

В университете я стараюсь вести себя как обычно, но каждый раз, когда мы пересекаемся с Савелием в коридорах, я ловлю себя на том, что сканирую его. Вот он — смеется над шуткой однокурсника, поправляет челку, выглядит таким... нормальным. Но стоит ему подойти и обнять меня со спины, как я чувствую ту самую властную хватку.

— Ты сегодня словно натянутая струна, — шепчет он мне в затылок после последней пары, провожая до кофейни. — Ночная смена?

— Да, — выдыхаю я, млея и наслаждаясь теплом его тела. — Немного мандражирую. Последняя ночная смена у Аньки прошла не очень хорошо…

— Я буду на связи, — он целует меня в висок, и его рука на секунду сжимает мое запястье, прямо поверх того самого золотого браслета-колючки. — Если кто-то посмотрит на тебя не так — просто напиши. Знаешь, я, оказывается, очень ревнивый собственник…

Его взгляд на мгновение становится темным и тяжелым, будто июльское грозовое небо, и у меня по спине пробегает холодный электрический разряд.

Ночная смена начинается вяло. За окном моросит дождь, превращая город в размытую неоновую картину. Кофейня пуста, только мерный гул холодильников и запах зерен.

Около полуночи колокольчик над дверью надрывно звенит. В зал заходит мужчина в длинном черном пальто, мокром от дождя. Он садится за дальний столик, не снимая капюшона. Я подхожу принять заказ, и внутри всё сжимается: из-под рукава его пальто я вижу край татуировки — такой же витиеватый узор, как на пригласительных в клуб.

— Двойной американо. Без сахара, — его голос сухой, как шелест бумаги. — И передайте вашему... «Пьеро», что время не ждет. Ставки на завтра уже приняты.

Я замираю с блокнотом в руках.

— О чем вы? Я не понимаю...

Мужчина поднимает голову, и я вижу его глаза — холодные, пустые. Он медленно достает из кармана черную фишку из казино с изображением Арлекина и кладет её на стол.

Делаю вид, что совершенно не понимаю, что тут происходит, (а я, действительно, не понимаю), и иду варить кофе. Руки трясутся от гнева, и я понимаю, что даже уже не испытываю страх. Только испепеляющую злость на всё происходящее. Поворачиваюсь через несколько минут с чашкой в руках, но человек уже исчез, оставив на столе только фишку и лужу воды. Меня трясет. Я хватаю телефон, чтобы набрать Савелия, но экран уже светится от входящего сообщения.

Савелий (00:24): «Малышка, я представляю, как ты сейчас стоишь за стойкой. В этом коротком фартуке... Ты ведь знаешь, как он подчеркивает твои изгибы? Я хочу, чтобы ты знала: я вижу тебя даже тогда, когда меня нет рядом».

Я сглатываю. Это не просто милое СМС. В нем другой тон.

Я (00:26): «Савва, тут был странный человек... Мне страшно».

Савелий (00:28): «Не бойся. Твой страх — это лишь топливо для моего желания. Мне нравится, когда ты беззащитна. Это заставляет меня хотеть взять всё под контроль. Ты ведь любишь, когда решают за тебя? Когда сжимают твои руки чуть сильнее, чем нужно, заставляют подчиняться...»

Я читаю это, и мои щеки вспыхивают. Совсем не похоже на того Савелия, который дарит цветы, но так похоже на того, кто ласкал меня в кинозале.

Савелий (00:31): «Я хочу, чтобы завтра ты была готова. К полной покорности. Я представляю, как надеваю на тебя ошейник. И ты будешь чувствовать каждый рывок цепи, зная, что ты — моя вещь. Ты хочешь этого, Мила? Скажи мне, что ты хочешь принадлежать мне без остатка. На коленях».

У меня перехватывает дыхание. Мурашки табуном несутся по коже, концентрируясь там, под левой лопаткой, где «П» начинает буквально гореть. Его слова это БДСМ в чистом виде, властное и эротичное давление, которое находит во мне неоднозначный отклик...

Я смотрю на фишку Арлекина на столе, потом на экран с сообщениями Савелия. Всё переплетается в один тугой узел.

Я (00:35): «Савва... ты меня пугаешь. Что с тобой сегодня?»

Ответное сообщение прилетает моментально. Но не в мессенджере, а в популярной социальной сети.

Савелий: «Маленькая, у тебя всё хорошо? Я по-ходу телефон потерял. Или оставил в универе…».

— 29 —

Холодный пот мгновенно прошибает кожу. Я смотрю на экран, где высветилось это невинное сообщение в соцсети, и мои пальцы начинают мелко дрожать. Если телефон Савелия у кого-то другого, значит, всё это время со мной переписывался… Кто, мать твою?!

— Савва, — от чего-то шепчу я, нажимая на кнопку видеовызова. — Пожалуйста, ответь.

Секунды ожидания кажутся вечностью. Наконец, экран мигает, и я вижу его. Савелий сидит в своем привычном компьютерном кресле. На нем обычная домашняя майка, крепкие мышцы натянуты на плечах, волосы взъерошены, а за его спиной — то самое панно из старых компакт-дисков, которое он когда-то показывал мне на фото. Он выглядит… совершенно обычным. Ничего подозрительного. Ну, всё, меня точно настигла паранойя…

— Мила? Малышка, что случилось? Ты чего такая взвинченная, — его голос звучит обеспокоенно. Он всматривается в экран, и кристально — чистые серые глаза полны пытливого внимания.

— Да… ничего, — я судорожно сглатываю, пытаясь переварить информацию. Мозг буксует. — Просто… какой-то дурачок, видимо, нашел твой телефон. Мне начали приходить странные сообщения. Какая-то чушь, Сав, — нервно хихикаю, прикидывая в уме, как бы корректнее объяснить.

— Что именно он пишет? — Савелий мгновенно напрягается, подаваясь вперед к камере. Его лицо становится серьезным, даже суровым, а выразительные прямые брови сходятся на переносице.

— Да так… всякий бред. Ну, там… непристойности всякие, — я стараюсь говорить вкратце, боясь, что если начну цитировать те эротические приказы, то просто расплачусь от нервного перенапряжения. — Я подумала, что это ты… ну, в смысле, что ты так шутишь.

— Я бы не против конечно… Но это не я, — коротко отрезает он. — Успокойся.