Шпионки. 12 женщин, рискнувших всем - Мария Васильевна Юданова

ведущие сотрудники которых страдали антисемитскими предрассудками, шовинизмом и расизмом. Несмотря на элитарность УСО в ее рядах было очень непросто служить, особенно таким, как Вера Аткинс, не только женщине, но еще и еврейке по происхождению. Ни ее талант, ни заслуги перед Британией не могли искупить историю ее рождения и пол в глазах отстраненных от власти мужчин-англичан. На протяжении всей ее службы Веру Аткинс пытались дискредитировать множество раз, особо упирая на то, что она румынская еврейка, иностранка из вражеской страны.

На мнения ее «внутренних» врагов не влияло ничто — ни ее достижения, ни таланты, ни ее «необходимость» для страны, ни ее семья, братья и мать, которые были подданными Соединенного Королевства по рождению. К тому же в начале своей службы в УСО Вера Аткинс еще не была официально гражданкой Британии, она только подала документы на гражданство, но ей без видимых причин и объяснений было категорически отказано. А по английским законам она была не вправе служить в разведке, являясь гражданкой другой страны, еще и союзной фашисткой Германии. Вильям Стефенсон отыскал свидетельства того, что отказ был связан с еврейским происхождением Веры, о чем и доложил непосредственному начальнику Аткинс, полковнику Морису Букмастеру, который антисемитов не жаловал. Но Вера Аткинс проработала «неофициально» в УСО до начала 1943 года, когда начальник попросил ее вторично подать просьбу о предоставлении гражданства и одновременно проинформировал Черчилля, что если ей откажут вторично, то он обязан будет уволить одного из лучших сотрудников, что нанесет непоправимый удар деятельности всей английской разведки. Именно в это время начинал разрабатываться план по вторжению в оккупированную гитлеровцами Францию. С помощью премьер-министра вопрос был решен.

Главную свою роль агенты Веры Аткинс сыграли летом 1944 года, когда экспедиционный корпус союзников высадился во Франции, а немцы стали перебрасывать резервы из других районов страны. Агенты УСО совместно с силами французского Сопротивления взрывали мосты и тоннели, пускали под откос немецкие воинские эшелоны, уничтожали линии связи, освобождали арестованных из гестапо, а каждый шаг немцев сразу становился известным союзным войскам.

В послевоенных книгах и документальных фильмах часто звучит утверждение командующего экспедиционными силами генерала Дуайта Эйзенхауэра, впоследствии президента США, о том, что «деятельность сектора Ф1 сократила по меньшей мере на полгода войну в Европе, а ее эффективность была не меньшей, чем пятнадцати пехотных дивизий». К сожалению, ни одна из других спецслужб Британии не могла похвастаться такими успехами. Истинно английские джентльмены, руководители МИ–6 и МИ–5 упорно распространяли факты об огромных потерях в рядах УСО и особенно в секторе Ф1, пытаясь из зависти дискредитировать деятельность спецотдела премьер-министра. Ими активно внедрялась в общество мысль о том, что диверсионная деятельность не в благородных традициях такой демократической страны, как Британия.

Но кроме Дуайта Эйзенхауэра, союзника-генерала, Гитлер, главный враг Англии, не скрывая злобы, говорил о деятельности УСО. В опубликованных после войны застольных речах Гитлера можно отыскать такую фразу: «Я не уверен, кого я должен повесить первым — Черчилля или его человека Букмастера, когда я захвачу Лондон». Это была самая высокая оценка деятельности УСО и ее сектора Ф1, так как именно этого Черчилль и его спецслужба добивались — достать врага «до печенок». И это Гитлер еще не знал, что Ф1 фактически руководит еврейка!

Действительно, смертность в рядах УСО была огромной, соответственно, и в секторе Ф1 тоже. Но шла война, а разведчики — это люди, находящиеся всегда в опасности, особенно если они работают глубоко в тылу врага. За период работы УСО сектор Ф1 отправил на задания 480 агентов, которые были заброшены на территорию Франции, многие из них не единожды. Из этого числа агентов 130 попали в руки врага, из них 117 подвергались ужасным пыткам, а затем были зверски убиты (в том числе 39 женщин, 13 из которых еврейского происхождения). 118 человек пропали без вести. Один оказался предателем.

Вера Аткинс после войны самостоятельно, по словам Вильяма Стивенсона, «прочесала» все лагеря и тюрьмы для военнопленных, где содержались в том числе и пособники фашистов на оккупированных территориях. Массовые перемещения людей во время и после окончания войны исключительно осложнили задачу Аткинс. Она добилась разрешения (это уже было равносильно подвигу!) на посещение лагерей перемещенных лиц и немецких военнопленных, тюрем, где содержались военные преступники из служащих бывших концентрационных лагерей. Она лично присутствовала при допросах бывшего коменданта Освенцима Гесса, с ухмылкой заявлявшего, что только при его командовании лагерем было уничтожено свыше миллиона евреев. Вера Аткинс выполнила свою задачу — она нашла всех, кто предавал ее агентов или участвовал в их гибели. Также она отыскала практически все следы гибели своих людей и большую часть мест захоронений пропавших без вести. Но в первую очередь она нашла одного предателя, который оказался в числе ее агентов. Также ей удалось посадить на скамью подсудимых ряд скрывавшихся немецких военных преступников.

Но вернемся к началу службы Веры Аткинс в рядах УСО. Секции Управления Уинстон Черчилль распорядился разместить в ряде зданий на Бейкер-стрит в Лондоне, на улице, где в конце XIX века жил и вел свои расследования конан-дойлевский Шерлок Холмс. В доме № 62 по этой улице размещался сектор Ф1. Первоначально Вера Аткинс занималась обеспечением безопасности и секретности деятельности сектора, но вскоре она становится главным действующим лицом, фактически руководя всей работой. Полковник Букмастер, руководитель сектора и ее непосредственный начальник, доверял ей полностью.

Одной из самых сложных задач была подборка агентов. Естественно, что на первых порах использовали французов, знающих язык и умеющих ориентироваться во французских реалиях. Это были по большей части профессиональные агенты, разделяющие идеи Французского национального комитета свободной Франции (ФКНО, или иначе «Свободная Франция»), который возглавлял генерал де Голль.

Но вскоре у де Голля возникли предубеждения по отношению к политике англичан, он не хотел, чтобы французы и на территории Франции служили под командованием англичан, и генерал запретил своим подчиненным поступать на службу в УСО. Сектору Ф1 и возглавлявшему его полковнику Букмастеру пришлось пройти через жестокую борьбу с ФКНО. Эти две организации, Ф1 и ФКНО, стали отчаянными конкурентами не только в вербовке агентов, но и в ряде политически принципиальных вопросов. Генерал де Голль потребовал, а затем и получил заверения Черчилля, что все французы будут привлекаться к работе только им. Но на практике, особенно в первый год работы Ф1, многие французы, в основном выходцы из колоний, стали агентами УСО.

Может возникнуть вопрос: почему же генерал де Голль так настаивал на участии французов только в работе ФКНО? Почему французские агенты, выполняющие одно дело