Ученик Белого Дьявола 7 - Джон Голд

— М-музей! — едва не заикаясь от счастья, произнёс Пиклон. — Я открою здесь Музей Тела-Сокровища, а эта ледяная конструкция и рисунки станут главными экспонатами. М-м-маркус! Да к нам со всего Директората… Да какой там! Со всего материка будут приезжать, чтобы посмотреть на ЭТО.

Эльф трясущимися руками прикоснулся к льдине.

— Трёхмерная карта энергоканалов Тела-Сокровища! Это невероятно, Маркус. Я такого ещё нигде не видел. Ты даже толщину меридиан смог отобразить. Сложность разветвлений поистине невероятна!

Махнув рукой, указываю на дверь.

— Слушай, я пойду. Меня сегодня ещё дела ждут.

— М-музей! — радостно повторил Пиклон, вообще меня не замечая. — Надо только у Лорда разрешение получить. К нам теперь будут приезжать не только ради кратера от Треволнения, но и чтобы взглянуть на ЭТО.

…

Создание карты Тела-Сокровища и льдин заняло всё утро и весь день. Время уже приближалось к вечеру.

Я хотел найти Колуна, но решил пока не трогать здоровяка. Вчера после новости о том, что я на год-два покину Поднебесье, орк, недовольно рыча, вышел из больницы. Бяка остался сторожить снаружи. Спать внутри домов индус до сих пор боится.

Утром стражники говорили о Колуне. Мол, «здоровяк сам напросился в ночной рейд в Болото Сильфов». Сегодня он вернулся в город. С самим телохранителем всё в порядке. Орк хотел с кем-нибудь подраться и выпустить пар, но не сложилось. Своей аурой Зарождения Души он перепугал всех тварей на болотах. Теперь бродит по Невервинтеру, рыча: «Орки должны держаться вместе».

[Надо подождать.] — Киваю своим мыслям. — [Пусть проспится после рейда. Вот тогда и поговорим.]

Закончив с Пиклоном, я направился в недавно открытую кондитерскую «Сонная Лощина». Это заведение не абы кого, а Вивьен Тадлер!

Пару дней назад Номер Семь ушла из числа помощников Обенеля и начала обустраивать здесь свою пекарню с залом для клиентов. Сам Лорд одобрил эту затею.

Дело в том, что в Поднебесье беда со сладким и десертами. А у Номера Семь, как выяснилось, есть к этому задатки. Вкусовые рецепторы девушки работают раза в три-четыре лучше, чем у большинства людей.

Кондитерскую лавку «Сонная Лощина» я нашёл довольно быстро. Стоило открыть дверь и шагнуть внутрь, как сверху брякнул колокольчик. Его звон оповещал хозяйку о появлении гостя.

— Десертов нет! — донеслось с кухни. — Сейчас выйду. Мы сегодня уже всё распродали… О, Маркус!

Показавшись из кухни в фартуке, Виви сразу повернула голову и сказала кому-то:

— Да знаю я, кто это! И что он был занят. — Её взгляд чуть сместился в сторону. — Да, он лечил того странного типа… И что с того?..

Номер Семь обратилась к третьему невидимому собеседнику:

— … Нет, я не хотела беспокоить Маркуса. Он с тем пациентом десять дней подряд сидел за закрытой дверью. Никого не слышал, ничего не говорил.

Прикрыв за собой дверь, я подошёл к прилавку. Витрины пустовали, однако крошки на подносах говорили о многом. Виви и впрямь распродала сегодня всё, что успела приготовить.

— Упс! — Вивьен, улыбаясь, развела руками. — Сегодня ничем порадовать не смогу. Лорд выделил мне пару работников со своей кухни. Хочет, чтобы я их обучила. Взамен он обеспечит мне стабильные поставки ингредиентов из столицы. Духи говорят, что из-за хаоса на материке многое стало сложно достать. Тот же сахар откуда-то с юга караванами возили.

— Я с этим к тебе и пришёл.

Сказав это, я вытащил из своей сумки миксер. Не новомодную поделку из пластика с дешёвеньким мотором, а здоровенную бандуру с ручным приводом-крутилкой, какие делали в семидесятых. Массивный стеклянный корпус, жестяные ручки. Это настоящее оружие домохозяйки, а не жалкая подделка!

При виде этого чудовища Виви пискнула от счастья.

— Это же он, да⁈ Настоящий миксер. О Небо-Небо-Небо… Дай его сюда!.. ОТДАЙ МНЕ ЭТО! — вдруг произнесла она не своим голосом и тут же цыкнула: — А ну, цыц! Не лезьте в мою голову, придурки.

Улыбаясь, девушка вырвала миксер из моих рук.

— Это мне? Д-да, да! Точно мне.

Малость опешив от такого напора, я ответил:

— Считай, что это подарок на открытие.

[Когда ещё представится возможность увидеть, как в девушке пробуждается дух домохозяйки⁈ Пусть берёт.]

Я рассказал Вивьен, как на одном из первых испытаний Турнира Континента попал в пространственно-временную петлю. Кусочек мира из Пограничной Зоны застрял в шестидесятых. Пригород в Штатах, частные дома и день рождения детворы. Я тогда собрал вещи и продукты с кухонь из ближайших домов.

Оглядев зал для гостей при кондитерской лавке, я понял, что места вполне хватит. Затем достал из сумки здоровенную тележку с машиной для автоматического изготовления попкорна.

— Кья-я-я-я!

Виви выскочила из-за прилавка и буквально носилась вокруг этой махины.

— Она в рабочем состоянии, — произнёс я и указал на шкафчик снизу. — Там подача газа и полки с запасом кукурузы. Сахар у тебя вроде есть. И вот ещё кое-что.

Как величайшее сокровище я достал из своей сумки шоколад, завёрнутый в крафтовую бумагу. Затем три килограмма обжаренного кофе в зёрнах. Знакомый аромат сразу стал разноситься по магазину.

Следом показались жестяные банки, как из-под сгущёнки. Только в этих находилось консервированное молоко. В Штатах в шестидесятых годах его хранили в домах «на всякий случай». Мало ли⁈ Вдруг коммунисты нападут, и придётся жить в бункере под домом. Срок хранения у этих консервов исчисляется десятками лет.

Со звоном на прилавок легли ложки, вилки и ножи из нержавейки. Я выложил на витрины вообще все трофеи, добытые в пространственно-временной петле.

Когда места уже не осталось, я огляделся и только тогда заметил, что Виви таращится на меня с подозрением.

— Ты же не умираешь?

— Нет. Полностью здоров.

Глаза девушки прищурились.

— Знаешь… Мне в девятом классе один парень подарил игровой аккаунт с кучей шмоток. Потом пропал бесследно. Оказывается, в другой штат переехал, но смелости признаться в чувствах ко мне у него так и не хватило… Что-то мне подсказывает, что ты тоже уезжаешь. Да, точно…

Виви повернула голову в сторону и у кого-то спросила:

— Что значит «орки должны держаться вместе»? А-а-а… Так говорит тот здоровяк?

Глаза Виви сузились, и она уставилась на меня.

— Надолго?

— Год или два. Мне с собой ничего брать нельзя, — произнёс я спокойно. — Подумал, что ты