Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Некроманту — не достать, — улыбнулась Тея. — А больной, бедной и несчастной Воднице, которая поноет перед мэтрессой Огня, что ей скучно, тоскливо и читать нечего…

Она не закончила и лукаво мне улыбнулась, неожиданно напомнив Оллу. Проскальзывало иногда у них что-то в выражении схожее, будто у настоящих сестер. Видимо, сказывались долгие годы, проведенные вместе.

В тот раз Тее и Воздушникам все-таки пришлось поработать: деятельность Ихси вызвала подземные толчки и выбросы пепла в воздух. Ничего такого же мощного, как та черная туча, край которой отводила Игнис, но облачности добавилось изрядно. Воздушникам пришлось отводить эти облака в океан, для чего Харт и второй мужчина-Воздушник даже взлетели на своих импровизированных парапланах. Выглядело эпично, но без Игнис, способной пояснить, что именно и для чего они делают, я мало понял.

А толчки вызвали сильные волны, которые Тее пришлось отводить от соседних островов — Фроссен любезно доставила ее и Ульфи во все потенциально уязвимые пункты. Я опять же сопровождал Тею и подлечивал ее Жизнью, но был рад отметить, что в целом она держалась молодцом.

Похожие события с вариациями повторились и на второй день, и на третий Снова мэтр Ихси бил свои «огненные штольни». Снова Тее пришлось отгонять волны, а Воздушникам — пепел. Эти дни дались Тее тяжелее, чем первые дни визита Огневика, но одновременно она, кажется, повеселела, стала бодрее и оживленнее. В какой-то момент девушка заметила, что начала называть меня Эрик, и воскликнула:

— И вы не возразили на мою бесцеремонность! Что ж, тогда зовите меня Теей.

— Боюсь, на людях это невозможно, — покачал я головой.

— Конечно, — вздохнула Тея. — Но наедине?..

— Обязательно, — пообещал я.

— Как хорошо! — улыбнулась она. — А я думала, вы будете отнекиваться, как Олла.

— А она отнекивается?

— Еще как! Я ее с детства прошу звать меня просто по имени, а она — ни в какую. Ладно, когда мы жили у Нейгартов, там действительно… — Тея помялась. — Если бы она забылась и нечаянно назвала меня как-то не так при посторонних, ей светили розги, а то и плеть. Но сейчас? — она вздохнула. — Может, вы ей скажете?

— Я думаю, вы имеете на Оллу большее влияние, чем я. Просто прикажите ей, в конце концов.

Тея грустно улыбнулась.

— Да, конечно.

Я вспомнил, как мне отчаянно хотелось, чтобы меня кто-то назвал настоящим именем — и очень ей посочувствовал.

Как там они, кстати говоря, люди, которые называют меня настоящим именем? Скоро ли вернутся? Вроде должны уже.

* * *

Укротитель вулканов объявил свое изматывающее турне законченным довольно буднично. В один прекрасный день, сердито вытирая руки влажным полотенцем (полотенце держала наготове остроухая девушка-лекарь из его свиты), сообщил Фроссен:

— Ну вот. Вроде наладил. Теперь даже если тряхнет, магма пойдет новыми путями, и вашей столице ничего не угрожает. Портальный остров и самые плодородные острова тоже должны остаться целы. Может, придется эвакуировать деревеньку-другую.

— Отличные новости, мэтр! — взволнованно произнесла мэтресса Фроссен. — Что ж, быть может, вы подпишете мое ходатайство о снятии с этого мира статуса «Ошибки»?..

— Может, и подпишу, — хмыкнул Ихси в черные усы. — Но сначала мне надо убедиться, что сработало. Пожалуй, я задержусь у вас до следующего планового открытия порталов. Особенно если будете меня так же хорошо кормить.

И как раз в день планового открытия портала окончилась «командировка» Игнис и Элсина.

Мэтресса Фроссен в этот день закатила пир горой в честь Укротителя вулканов. «Гвоздем программы» стали некрохимеры — уже настоящие, реально отработавшие свой срок хищные рыбы — прыгающие прямо повару на разделочную доску.

Но я на пиру не присутствовал. Я стоял на пирсе в порту, наблюдая за швартовкой небольшого двухмачтового кораблика «Утренняя чайка» (мысленно мне тут же захотелось переделать ее в «Утренний чаек»). Находился я там, потому что химерологическая лаборатория накануне приняла химеру с посланием, что корабль прибывает, и знакомые некроманты не поленились отправить мне курьера — мол, Бьеры возвращаются.

Разумеется, Олла меня по такому поводу отпустила. На пир же меня меня больше адресно не звали, а без именного приглашения я и не стремился. Так что Тея отправилась с сопровождающими в лице капитана крепости (не путать с комендантом — это именно командир гарнизона) и одного из сержантов. То есть у меня была мысль, что моя «важная пациентка», возможно, будет настаивать на моем присутствии — но она как-то с легкой душой меня отпустила. «Конечно, Эрик, я и так слишком вас монополизировала!»

Кажется, по мне тоже скучали: Игнис перемахнула через борт и легко спрыгнула на причал еще до того, как опустили трап. И тут же облапила меня в медвежьих объятиях — как у девушки на голову ниже и в полтора раза легче меня получаются «медвежьи объятия» — вопрос из вопросов, но получаются же! Впрочем, Олла еще ниже и меньше, а силовое воздействие от нее воспринимается даже резче — неважно.

— Как я по тебе соскучилась! — воскликнула Игнис, ничуть не заботясь лишними ушами. — Месяц — это слишком долго!

— Угу, конечно, — я привычным жестом положил руку ей на голову — традиция есть традиция. — И маги Жизни на островах тоже оказались не способны… Та-ак! Погоди-ка. Мне нечего лечить, ты полностью в порядке!

— Вот именно! — закатила глаза Игнис. — То-то и оно!

Тем временем Элсин более степенно спустился по узкому трапу, без напряжения неся в руках несколько больших сумок.

— Для разнообразия в этот раз я попрошу тебя о содействии по твоему профилю, — сказал он, опуская сумки на плиты пирса.

Я заметил, что багажа у них вроде бы прибавилось.

— Та-ак… — я нахмурился. — Ты что, умудрился значимые части тела потерять и сам пришить не смог?

Бьеры оба хмыкнули, оценив шуточку.

— Нет, это потерять довольно затруднительно, да и пришить самому хотя несколько сложно, но при достаточной мотивации и системе зеркал задача вполне решаемая, — отмахнулся Элсин. — Нет, я просто наконец-то добыл достаточно крупную сову. Оказывается, они тут водятся.

— И? — я почувствовал, что теряю нить беседы.

— И — это отличный случай поработать над моими глазами. Я много лет терпел неоптимальный вариант, но недавний случай с маленькими осьминожками показал, что для серьезного исследователя зрение еще более важно, чем мне представлялось. Что если бы я их не смог разглядеть? Мы могли бы еще долго искать лекарство. Самому с собственными глазами работать сложно, даже если вынимать их по одному, так что твоя помощь будет