Лея Леса - Галина Дмитриевна Гончарова

За лекарства, останавливающие старение? За яды, которые нельзя обнаружить? И это еще далеко не полный список!

Представьте себе — просто милая кисонька, которая ночью может перегрызть горло своему хозяину. Ей приказали, и она выполнит приказ.

Любой несчастный случай…

Невероятные возможности, и это у дикарей, которые бормочут чушь про какой-то там путь развития!

Да тьфу на них!

Командор обязательно справится, и Дараэ станет служить ему. Нужно время, совсем немного времени. И он получит свое поместье. А там и эскадра, и еще одна, а потом — кто знает? Место в Совете?

А пока…

Еще вина? И плевать на Рея! Пусть хоть кому пишет — время у Командора еще есть! После победы эти письма можно будет все отправить в архив… хотя нет! Командор оставит их себе. И будет перечитывать под настроение.

И Дарс Кет потянулся за бутылкой. Эх, бокал разбил, зря. Ладно, мы и так, по-простому. Все равно вино — великолепное.

Глава 5

Воскресенье?

День, когда можно отдохнуть и отоспаться?

Даже не рассчитывайте! Если у вас есть собака… если это собака ротвейлер… ладно еще чихуа можно послать на пеленку, он там сделает свои дела, а если пеленка в другой комнате, то и вонять не будет.

Но ротвейлер? Только свободный выгул. Только чистое поле.

Таня проснулась привычно — пять утра. Рассвет…

Гном сидел у кровати и смотрел нежным взглядом, бабушка возилась на кухне и что-то напевала.

— Танюша, ничего не болит, — весело сообщила она. — Вообще…

— Совсем-совсем?

— Чисто конкретно в натуре блин зуб даю, — расхохоталась бабушка. Выглядела она сегодня на десять лет моложе. Лучший рецепт от старости — ночь без болячек.

— Ну если даешь…

— Зубы, кстати, новые вырастут. Будет чесаться — не переживайте, — сообщила Салея, появляясь в дверях.

— Ой, — схватилась за щеку бабушка. — А старые?

— Выпадут.

— Бедные мои пломбы… сколько я с ними мучилась! Знала бы, так и не начинала, — бабушка состроила капризную гримаску и перевернула оладью. Она словно пьяная была от счастья, от свалившихся с плеч недугов… — Давайте, девочки, просыпайтесь! Танюш, погуляешь с Гномом?

— А можно мне с Таней? — уточнила Лея. — Я же у вас почти сама ничего не видела…

Таня прекрасно поняла подтекст.

А осталось мне не так и много…

— Давай! Сейчас умываемся — и идем. Хорошо, что будем гулять вместе. Гном кого угодно умотает!

— Вот и отлично, вернетесь — позавтракаете. Лея, детка, тебе нравится абрикосовое варенье?

— Не пробовала. Аб-ри-кос?

— Может, у вас они называются иначе. Попробуешь…

И Людмила Владимировна принялась снимать оладьи со сковородки.

Девушки переглянулись — и вышли из кухни.

* * *

— Лея, милая, спасибо тебе.

Таня крепко обняла… подругу? Уже считай, почти сестру.

— Мне несложно, — пожала плечами Лея. — Даэрте вообще связаны с Лесом…

— Как дриады? У нас была легенда о девушках, которые живут в стволах деревьев. Срубишь дерево — убьешь дриаду.

— Может быть, даэрте бывали и у вас, кто знает?

— У вас ведь не так?

— Нет, конечно. И живем мы не вечность, а лет двести-триста, но да. Все мы связаны с деревьями. У даэрте… у одного даэрте таких деревьев может быть до пятидесяти штук.

— А они умирают, когда погибает даэрте?

— Нет, конечно!

— Просто живут?

— Сколько им отпущено. Деревья часто живут дольше даэрте.

Девушки шли рядом, Таня вела на поводке Гнома. Ротвейлер деловито обнюхивал оставленные другими собаками метки.

Потом присел в кустах и задумался о жизни. Девушки деликатно отвели глаза в сторону — сложный момент для собаки, нечего его смущать.

— Ходят тут всякие, гадят!

Салея подняла брови — тут так принято?

Таня только рукой махнула. Эту тетку она знала, характер такой. И боевой вылет у нее каждое утро. Надо облаять собачников, поругаться с кем-нибудь, доскрестись до души… вот надо — и все тут! Вон она какая вся… Таня пригляделась.

Показалось ей — или вокруг женщины словно марево какое-то? Желтоватое, с грязными разводами? Нет, не понять… солнце, наверное.

Девушка отвела глаза от хамки, достала целлофановый пакетик, совок, быстро собрала отходы жизнедеятельности и выкинула в ближайшую урну.

Не получив ответа на свое хамство и оставшись без энергетической подзарядки, женщина уперла руки в боки.

— Ишь ты! Поназаводили тут монстров всяких! ЛюдЯм кушать нечего, а они таких тварей развели! Тьфу!

Таня обычно равнодушно проходила мимо.

Салея хамство спускать не стала. Вот и кустик подходящий, они как раз прошли мимо, вслед за ними тащится и гундит вредная тетка…

Когда куст внезапно встопорщился всеми ветками, и плотно обхватил ее…

Наверное, это был первый случай в истории, чтобы Раиса Максимовна замолчала. Сразу и без дискуссий. А потом завизжала так, что с куста чуть все листья не попадали.

Девушки успели уйти достаточно далеко. Так что догонять она их не стала. И обвинять тоже — в том, что ее куст схватил? А вдруг… еще что-то схватит? Или упадет? Выбралась — и стартовала по аллее в обратную сторону… из парка! И подальше!

Нет уж… лучше она сегодня в другом месте повампирит! К примеру, в рыбном магазине. Там замороженные караси еще не атакуют.

Таня тихонечко фыркала от смеха.

— Лея, а что это было?

— А это я попросила можжевельник ее придержать. Ненадолго, на пару минут.*

*- автор не опечаталась. У можжевельника действительно листья. Только игловидные. Прим. авт.

— Класс!

— Ты тоже так сможешь. Не сразу, конечно…

Таня кивнула, и решила уточнить кое-что из вчерашнего опыта.

— Лея, а вот там, в лесу…. Зачем я понадобилась? Ты же не только свою кровь дала медведю, но и мою? И мне кажется, вполне обдуманно?

Салея кивнула.

— Да. Прости, пожалуйста. Но я решила, если ты согласишься, это будет полезно для ритуала. А если не согласишься… ты теперь в вашем лесу — своя. Тебя не обидят ни зверь, ни птица, ты не заблудишься, ты будешь чувствовать направление, пройдешь по любому болоту, легко найдешь пищу…

— На овцах в июле поехать! — ахнула Таня. — Лей, это… это здорово! За что ты извиняешься? Я кучу людей знаю, которые за такие возможности душу бы заложили.*

— Я делала это и для себя тоже. И не спросила, — вздохнула Салея. — А при чем тут овцы?

Таня смутилась.

— Ну…

А вот так тебе. Но глядя в наивные глаза Салеи, поневоле пришлось ответить.

— Замена матюгов. У бабушки был знакомый, вот он пожил какое-то время в Португалии.

— И что?

— Я