Ставка на невинность. В руках Азара - Ольга Медная

Он подошел к бару. Налил себе виски, выпил залпом.

— С этого дня твоя охрана удваивается. И если я еще раз увижу, что ты улыбаешься кому-то, кроме меня — я уничтожу «Спектр-Групп» вместе со всеми твоими амбициями. Ты поняла?

Мила села на диване, кутаясь в обрывки шелка. Она смотрела на его мощную спину и понимала: Москва действительно изменила их. Ставки выросли. Азар больше не просто владел её телом — он воевал за её душу. И в этой войне пленных не брали.

— Поняла, хозяин, — тихо ответила она.

Но в её глазах, скрытых полумраком, вспыхнул огонек, который Азар не заметил. Она поняла правила игры. Если он хочет войны — он её получит. Но теперь Мила знала, как использовать его одержимость против него самого.

Глава 18

ПРИЗРАКИ ПРОШЛОГО

Утро после «воспитательной» ночи Азара началось с головной боли и ледяного спокойствия. Мила сидела в своем кабинете на тридцатом этаже башни «Москва-Сити». Азар сдержал слово: Седой отобрал её личный телефон, заменив его на аппарат с единственным активным номером — его собственным. Но он недооценил одно: Мила Белова уже давно перестала играть по правилам «хорошей девочки». В ящике её стола, под фальшпанелью, лежал второй смартфон, о котором не знал даже вездесущий начальник охраны.

Она смотрела в панорамное окно на затянутую смогом столицу. Вчерашний секс оставил на её теле новые отметины, а в душе — горький осадок. Азар душил её своей опекой, превращая её жизнь в позолоченный склеп.

— Мила Алексеевна, к вам посетитель, — голос секретарши в селекторе звучал натянуто. — Настаивает на личной встрече. Представился адвокатом Тагира Вахидовича.

Мила замерла. Тагир. Сибирский шакал, которого они, как ей казалось, оставили гнить в прошлом.

— Впусти, — холодно бросила она, поправляя воротник строгого жакета, скрывающего багровый след на шее.

В кабинет вошел человек, похожий на стервятника: узкое лицо, бесцветные глаза и безупречный, но слишком официальный костюм. В руках он держал тонкую кожаную папку.

— Госпожа Белова, — он слегка склонил голову, присаживаясь в кресло без приглашения. — Меня зовут Марк Леви. Я представляю интересы господина Тагира.

— У вашего клиента не осталось интересов в Москве, — отрезала Мила. — Азар ясно дал понять, что любое появление людей Тагира на этой территории карается… радикально.

— Именно поэтому я здесь, пока Азара Борисовича нет в здании, — Леви тонко улыбнулся, раскрывая папку. — Мой клиент — человек старой закалки. Он не любит проигрывать. И он собрал… коллекцию. Посмотрите.

Он пододвинул к ней несколько листов. Мила мельком взглянула на них, и сердце пропустило удар. Это были не просто документы. Это были выписки из офшорных счетов, привязанные к личным фондам Азара, и — что гораздо хуже — записи переговоров по зачистке северного терминала. С датами, фамилиями и четким голосом Азара, отдающим приказы на ликвидацию.

В наше время, когда цифровая слежка стала тотальной, эти файлы были смертным приговором. Один клик — и СК РФ вместе с Интерполом разнесут империю Азара в щепки.

— Тагир хочет свои порты обратно, — вкрадчиво произнес адвокат. — И пятьдесят процентов акций «Спектр-Групп». Взамен эти файлы… исчезнут. У вас есть двадцать четыре часа, чтобы убедить своего… хозяина подписать бумаги. Или вы оба отправитесь в «Матросскую тишину». Азар — на пожизненное, а вы — как соучастница.

— Выход там, — Мила указала на дверь, её голос не дрогнул, хотя внутри всё леденело. — Я рассмотрю ваше предложение.

Когда дверь за Леви закрылась, Мила рухнула в кресло. Она понимала: если Азар узнает об этом, он не будет вести переговоры. Он найдет Леви, найдет Тагира и зальет Москву кровью. Но Соболев только и ждет повода, чтобы сдать Азара силовикам. Это ловушка.

Она должна решить это сама. Не как игрушка. Как партнер.

Мила достала «секретный» телефон и набрала номер Сокольского — того самого силовика, который пытался «подкатить» к ней на приеме.

— Генерал? Это Мила Белова. Нам нужно встретиться. Конфиденциально. У меня есть товар, который может вас заинтересовать.

Глава 19

ЗОЛОТАЯ КЛЕТКА

Утро в московском пентхаусе на Остоженке пахло не праздником, а ледяным металлом и озоном. Мила проснулась от того, что её запястья онемели. Азар не просто привязал её к изголовью кровати своими шелковыми галстуками — он сделал это с той пугающей аккуратностью, которая выдавала в нем расчетливого хищника. Узлы были затянуты ровно настолько, чтобы лишить воли, но не оставить багровых рубцов, которые могли бы испортить её «товарный вид».

Он сидел напротив, в глубоком кресле из черной кожи. На коленях — ноутбук, в руке — стакан виски, несмотря на ранний час. В свете зимнего солнца, пробивающегося сквозь панорамные окна, его лицо казалось высеченным из серого гранита. На столике рядом лежало её колье из черных бриллиантов — вчера он сорвал его с такой яростью, что одна из цепочек лопнула.

— Проснулась, куколка? — голос Азара был тихим, вкрадчивым, и от этого по коже Милы пробежал мороз. — Я полночи листал твои логи в облаке. Знаешь, что я нашел? Ничего. Ты вычистила всё, Белова. Ты научилась заметать следы лучше моих айтишников. Но Седой видел, как ты садилась в такси до Арбата. К «Генералу».

Мила попыталась дернуться, но шелк только сильнее впился в нежную кожу. Она чувствовала себя абсолютно нагой и беззащитной под его тяжелым, сканирующим взглядом.

— Азар, отпусти. Это больно. У меня руки затекли.

— Больно? — он резко закрыл ноутбук и в один прыжок оказался рядом, нависая над ней. Его лицо было в паре сантиметров от её, она чувствовала запах табака и спиртного. — Больно — это когда я узнаю, что моя женщина трется по подвалам с силовиками. Что ты ему пообещала, Мила? Своё тело? Или мой хребет на блюде?

— Я решала проблему с Тагиром! — выкрикнула она, глядя ему прямо в глаза, преодолевая парализующий страх. — У него был компромат на тебя! Записи из сибири, счета, списки «подснежников»… Если бы я не договорилась с Сокольским, тебя бы сегодня уже паковали в Лефортово! Ты хоть понимаешь, что ты для Москвы — просто заносчивый выскочка, которого все хотят сожрать?

Азар замер. Его зрачки расширились, затапливая радужку чернотой. Он медленно протянул руку и схватил её за горло, не сжимая, но лишая возможности