Часовщик - 5 - Константин Вайт

было настоящего друга. Я не очень представляю, что значит дружить по-настоящему, — он поднял на меня заинтересованный взгляд, — а ещё мне психолог на днях посоветовал принять этот мир как родной. И людей, которые меня окружают, тоже принять. Не относиться к ним, как к мимолётным приятелям. Я к этому готов. Теперь ход за тобой. Примешь ли ты тот факт, что мне на самом деле не шестнадцать лет? Поэтому то, чего я достиг, это частично следствие моего настоящего возраста. Ты тоже не маленький мальчик. Думай, я тебя не тороплю и из дома не гоню. И… поговори с Аглаей. Мне кажется, это пойдёт на пользу вам обоим.

Я поднялся из-за стола. Было уже довольно поздно.

— Вернёмся к этому разговору через неделю, — кивнул я молчаливо сидевшему Адику так и не услышав от него ответа.

Утром в школе ко мне подсел княжич Виктор. Пока преподаватель рассказывал нам об очередном этапе истории Российской империи, Виктор делился новостями:

— Клуб для твоего праздника я нашёл вполне приличный. Единственное, со свободными датами проблема. Получится только через пару недель. Нам же лучше пятницу?

— Наверное, — согласился я. Устраивать вечеринку посередине недели будет неправильно.

— Вот с пятницами проблема. Ближайшая свободная только в начале февраля. Восьмое число.

— Нет, — я помотал головой, вовремя вспомнив о награждении, которое состоится как раз в этих числах, — давай тогда на пятнадцатое. Седьмого и восьмого я буду в Москве.

— Понял, — кивнул Виктор и сделал пометку в тетради, — а как у тебя с деньгами? — немного смущённо поинтересовался он. — Извини за такой вопрос, но мероприятие получается недешёвым.

— Сколько?

— От десяти до двенадцати тысяч. Это при условии, что гостей будет не больше ста человек.

— Нормально, — спокойно ответил я. Такие деньги у меня были. Причём их я сам заработал, даже наследство можно было не трогать.

Виктор с уважением посмотрел на меня. Думаю, для его семьи это не такие уж и большие деньги. Как ни крути, княжеский род. Но вот лично для княжича сумма точно немаленькая.

— Тогда договорились. Ещё приглашения надо напечатать и разослать, но этим займётся Полина. Завтра принесёт образцы. Заодно список подготовит. Посмотришь, добавишь еще кого-нибудь.

— Ты прям серьёзно взялся за это дело, — улыбнулся я Виктору.

— Конечно! Это моё первое самостоятельное дело. Спасибо, что дал мне шанс!

Удивил он меня своей фразой. Я дал ему шанс проявить себя, доверил организацию важного мероприятия. Можно и так смотреть на это дело. Для меня же это выглядело так, будто я свалил свои проблемы на чужие плечи. Есть расхожая фраза, что инициатива имеет инициатора. Я примерно так к этому относился. Не буду разочаровывать княжича. Мне вообще казалось, что организация праздника — дело не для княжеского наследника. Но, похоже, я ещё не слишком хорошо разобрался в этом мире и многих вещей просто не понимаю.

После уроков я вернулся домой и набрал Зотова. Мы уже с ним общались, пока я ехал из Москвы. Мастер меня успокоил, что всё хорошо, и он в порядке. Сейчас же я хотел поговорить на тему продолжения сотрудничества.

— Всеволод, — перешёл я к делу после дежурных приветствий, — ты с Марией Ильиничной говорил? Что насчёт твоей лаборатории и фабрики?

— Нет. Секретарь не соединяет. К телефону она не подходит.

— Жаль. Тогда есть предложение самим организовать лабораторию. Мне тут наследство перепало. Кое-какие деньги есть. Имеет смысл?

Зотов задумался. Он мне уже объяснял, что сама по себе лаборатория небольшая проблема, были бы деньги. Тут важно в первую очередь имя, а Всеволод в научной среде не слишком известен. Точнее в Российской империи он имеет некую известность, а вот в мировой науке его имя никто не знает. Да и внутри страны у него слишком спорная репутация, от которой будет не так уж и легко отталкиваться.

— Максим, спасибо за предложение и за то, что веришь в меня, но скажу честно: без поддержки руководства гильдии магии мы на прибыль выйдем не раньше, чем через пять лет. Если вообще выйдем. К тому же, я больше учёный, чем руководитель, и организацию такого сложного процесса не потяну, — он тяжело вздохнул, — мне бы сначала опыта набраться.

— Благодарю за честность. Я буду в Москве седьмого февраля и постараюсь встретиться с Марией Ильиничной. Буду решать вопрос с ней, так что пока не расстраивайся. Ещё не всё потеряно, — утешил я артефактора.

После разговора с Зотовым я набрал Марию Ильиничну, но она не ответила. Не хочет говорить? В принципе, я её понимаю. Видел я предложение, которое ей сделал Удович при нашей встрече. Мария не решилась ему возразить и готова была принять предложенное. Ей полагались тридцать процентов от предприятия по производству накопителей. Хорошее предложение. Только основанное на предательстве меня и Зотова. Всего-то надо было закрыть глаза на принесение нами клятвы на крови. С неё подобной клятвы не требовали. Она и так оказывалась повязанной с князем.

И это я был готов ей простить. Не то чтобы я стал слишком добрым. Но я прекрасно понимаю, что выбора у Марии Ильиничны особого не было в тот момент. К тому же, организатор она хороший, с этим трудно спорить. В моем окружении подобных людей нет. Я, конечно, присматриваюсь к ученикам в школе, но там всё плохо. Дворяне вряд ли будут со мной работать, а простолюдины на нашем курсе в большинстве своём не имеют перспектив. Многих устроит работа на заводе за тысячу рублей, учитывая, что обычные люди редко зарабатывают больше пятисот. А выше подняться они и не стремятся. Предпочитая стабильность.

К тому же, Марию Ильиничну наверняка грызёт чувство вины перед нами. Будь я прожжённым дельцом, это можно было бы использовать. Но я вряд ли так поступлю. Разве что совсем немного!

Я широко улыбнулся своим мыслям и набрал номер Колычева. У меня были готовы несколько артефактов, которые хотелось бы продать. Да и пообщаться и посоветоваться с мастером не мешало бы. Мы не виделись почти две недели. Всё-таки Матвей Фёдорович опытный аристократ, который много знает.

— Рад тебя видеть и поздравляю, — Колычев сегодня принимал меня в своём кабинете. Матвей Фёдорович был искренне рад встрече и тепло обнял меня.

— Благодарю, — я слегка поклонился.

— Чувствую, у тебя накопилось много вопросов? — В проницательности учителю не