И-цзин. Канон Перемен - Автор Неизвестен

В начале сильная черта. Украсить эти пальцы на ногах. Оставь колесницу и иди [пешком].

2

Украшение не оказывает дурного действия, если оно не поглощает человека целиком, если он может относится к нему с полной отрешенностью. Вторая черта данной гексаграммы – слабая, или в терминологии «Книги Перемен» «пустая». Эта пустота символизирует здесь необходимую отрешенность, благодаря которой допустимы украшения. При этом человек не относит украшения к самому себе, а лишь к своему окружению. Если лицо есть наиболее индивидуализированное выражение личности, то баки, усы и борода лишь обрамляют лицо и символизируют не самого человека, а его ближайшее окружение. Принимая это во внимание, можно понять текст:

Слабая черта на втором месте. Украсишь эти бороду и усы.

3

Кризис этого отрицательного процесса выражается в том, что здесь он действует не столь интенсивно, и даже наибольшая пышность убранства не является здесь опасной. Однако это лишь ослабление отрицательного влияния данной ситуации, но не его исчезновение. Поэтому здесь все же необходимо активное сохранение стойкого отношения к, может быть, и соблазнительной красоте наряда – для достижения счастливого исхода всего процесса. Вот почему в тексте мы читаем:

Сильная черта на третьем месте. Разубранность. Разукрашенность. Вечная стойкость – к счастью.

4

Хотя данная позиция – это позиция самоотрешения, пустое стремление к украшению уже успевает возрасти настолько, что здесь оно оказывает на самоотрешение свое сильное влияние, лишая его даже сущности и превращая его лишь украшение. Эта позиция, правда, восприимчива к благотворным воздействиям остальных позиций данной гексаграммы, которые по отношению к ней символизируют (по мнению Вань И) просветленных учителей и добрых друзей, но здесь достижимо познание значения белого цвета («белый конь»), понимаемого как противопоставление чистой самоотрешенности пестроте украшений. Этот «брак» здесь невозможен из-за действия «разбойника» указанного выше стремления к украшению, отнимающего действительность даже у самоотрешения. «Разбойник» этот появляется здесь, по мнению Вань И, из-за недоверия к себе, свойственного человеку в таком жизненном положении, какое описывается на данной позиции. Текст облекает это в следующие образы:

Слабая черта на четвертом месте. Разубранность. Белизна. Белый конь точно крылат. Если бы не разбойник, был бы брак.

5

Сама по себе пятая позиция благоприятна, но здесь она представлена слабой чертой, имеющей перед собой препятствие (верхнюю сильную черту). Поэтому она символизирует такого человека, который в процесса отказа от внешнего блеска во имя существенного, несмотря на свое положение, не развил достаточных сил для привлечения к себе помощи от более развитого человека. Хотя он и может раздавать дары (парча) – но дары его скудны и убоги. Поэтому его ожидает сожаление. Однако уже само стремление хотя бы такими дарами призвать себе помощь не оказывается бесплодным и рано или поздно приводит к счастью, как об этом говорит и текст:

Слабая черта на пятом месте. Украшение в саду на холме. Связки [подносимой] парчи – убожество. Сожаление. В конце концов – счастье.

6

Полное затмение мишуры украшений чем-либо по существу ценным невозможно в ситуации, описываемой в данной гексаграмме. Самой большое, что возможно здесь во время, когда заканчивается данная ситуация, – это подлинный отказ от пестроты украшений и допущение украшений белого цвета, символизирующих чистоту и непорочность. Текст лаконично выражает это так:

Наверху сильная черта. Хулы не будет. Белое украшение.

№ 23. «Бо». Разрушение

_______

___ ___

___ ___

___ ___

___ ___

___ ___

Если в предыдущем рассматривалась ситуация, которая называется Убранство, то в ней имелось в виду убранство лишь как внешнее украшение, при котором и речи нет о самой сущности. Естественно, что в периоды, когда все внимание сосредоточенно на чем-то внешнем, все, связанное с самою сущностью, отступает на задний план, приходит к упадку. Начало же всякого упадка – это разрушение существенного. Наиболее общий случай такого разрушения символически выражен в самой гексаграмме. В символике гексаграмм верхняя триграмма считается «уходящей», отходящей в прошлое, а нижняя триграмма – «приходящей», наступающей. Это движение снизу вверх сохраняет свое значение даже в пределах отдельных триграмм, где верхняя черта – отход в прошлое, а нижняя – представляет наступающий момент ситуации. В данной гексаграмме «наступает» триграмма «исполнение», состоящая только из черт тьмы. Единственная черта света – верхняя в верхней триграмме – и в пределах этой последней, и в контексте всей гексаграммы отходит в прошлое, а надвигается только тьма. И надвигается она изнутри, из самой сущности. К чему бы ни была применена картина, изображенная данной гексаграммой, она остается в силе. Так и в практической деятельности она обозначает то положение, когда существенное повергается во мрак и упадок, ибо на предыдущей ступени все внимание было обращено лишь на мишуру внешнего убранства. И в познании дело обстоит так же. Однако было бы ошибочно думать, что невозможность действовать в такой ситуации должна приводить к полной пассивности и отдаче себя произволу случайностей на все будущее время. Ситуация разрушения – лишь необходимый временный этап в общем развитии. Но это, как все остальные этапы, – лишь временный этап. Не пассивная отдача себя условиям времени требует здесь, а активное и напряженно-выжидательное воздержание от деятельности. Только об этом говорит текст:

Разрушение. Неблагоприятно иметь куда выступить.

1

Перед лицом надвигающегося разрушения особенно надо иметь в виду то, что, хотя оно и готово вырвать всякую почву из-под ног, лишить человека его спокойного «ложа», однако это процесс, развивающийся во времени последовательно, как и иные процессы, отмеченные в Книге. Поэтому, пока данный процесс еще не получил достаточного укрепления, ему еще возможно противостоять со всей стойкостью. Ею на данной ступени отнюдь не следует пренебрегать, даже если разрушение и не сильно, если оно лишь начинается. Ложе – образ спокойствия человека. Здесь этот образ применен в тексте с целью показать, что в самой основе спокойного существования человека началось разрушение. Оно касается лишь «ножек ложа». Но и это уже начало процесса разрушения, от которого пока еще не может сохранить стойкость. Поэтому и текст предостерегает:

В начале слабая черта. У ложа разрушены ножки. Если пренебречь стойкостью, будет несчастье.

2

Процесс движется в том же направлении дальше. «Ножки ложа» уже разрушены. Разрушение достигает уже перекладин, каркаса самого ложа. Еще раз напоминает текст о внимании и стойкости, без которой невозможно сопротивляться нарастающему процессу разрушения. Это последняя ступень, на которой такая стойкость может