Призрак в доме или Сказка для упыря - Марьяша Ришелье

За все три года холод стал настолько привычен что я перестала его замечать. Сейчас же стало привычно чувствовать тепло.

— Тепло? Знаешь, это не худшее из того, что могло случиться, — выдохнул он улыбнувшись. — Давай так, через час пойдём посадим всех копаться в книгах, а пока я просто хочу отдохнуть.

Глава 38. Опять двадцать пять

Янина

— А можно хотя бы день провести без проблем и всего прочего? — недовольно бурчала ведьмочка, перелистывая страницы книги.

Ответа не последовало. В кабинете раздавался лишь шелест страниц и печальные вздохи. Но через пару минут кот на коленях ведьмочки дико захохотал, а Веренея покраснела как рак.

— Это что ещё за…? — задохнулась от возмущения она рывком отбрасывая книгу.

На раскрытых страницах книги было изображение гриба и большая надпись: «Способ увеличить твой гриб».

Яр зашелся кашлем. Князь рукой прикрыл улыбку.

— А ты запоминай Верька, вдруг твоему некроманту понадобиться, — еле выдавил из себя помирающий со смеху кот.

Покраснев ещё больше, ведьмочка сбросила кота с колен злобно прошипев: «Брысь!».

Кот пошатываясь со смеху еле выполз за дверь и расхохотался.

— Я сейчас, — подскочив следом, Яр выбежал в коридор, откуда раздался новый приступ хохота.

Верения обижено взяла другую книгу, пнув эту подальше. Вернувшийся Яр продолжил чтение, временами посмеиваясь.

Книги шли одна за другой, но ничего дельного не находилось. Пожалуй я теперь могу сказать тысячу и один способ избавиться от врагов, или как отравить весь город, но не нужный нам ответ.

Вновь отложила совершенно бесполезную книгу. В кресле напротив умирала со скуки ведьмочка. Князь лениво зевал за столом.

Стук в дверь и приглашение на ужин обрадовало всех присутствующих. Побросав надоевшие книги все вместе спустились к столу.

— Раз в этих книгах ничего нет, надо будет отправить запрос в библиотеку с конкретной темой. Тогда возможно всё найдут заранее, — внес предложение князь.

Дельное предложение. Учитывая, что в тех стопках, которые сейчас занимают кабинет Яра было всё подряд и про магию, и про расы, и про травы и отравы.

— В любом случае, что бы это тепло не значило, вреда оно не несет, — подтвердил его слова некромант.

После ужина все разошлись по своим комнатам. В одиночестве сидя на кровати и перелистывая страницы очередной бредовой книги думала. Что будет когда всё выяснится? Мне придется уехать? Или я так и останусь здесь на правах полу-гостьи, полу-садовницы?

Из вариантов куда идти если выгонят, было только напроситься вновь в ассистентки Феликса. Но он кажется что-то говорил о новой труппе, и будет ли мне рад там хоть кто-то? Или можно вернуться в приют и попросить работы там.

Вздохнув отложила книгу, выглядывая в окно. В вышине неба меж облаков мелькнуло что-то черное. Вгляделась, пытаясь понять что это. Не похоже на птицу. Вот это темное пятно быстро начало падать вниз и я чуть не вскрикнула, узнав в стремительно приближающейся к земле фигуре, человека.

Миг и, распахнув крылья, он отталкивается от воздуха приостанавливая падение и вновь взмывает вверх. Завороженно наблюдала за его полетом, задерживая дыхание на особенно крутых виражах или когда сложив крылья он падал вниз.

Но вот он скрылся в вышине облаков и, как бы не вглядывалась, найти его не получалось. Разочарованно вздохнув отошла от окна, намереваясь лечь спать.

— Ян, хочешь полетать? — раздался голос от окна.

Вздрогнув, резко обернулась, заметив стоящего на тонком подоконнике Яра. Бросилась к нему боясь, как бы он не сорвался вниз и на утро не пришлось объяснять, что лепешка из вампира у меня под окном – это только его вина. А после замерла увидев черные переливающиеся тьмой крылья.

— Ну так что? Или струсила? — на лице мелькнула издевающаяся улыбка и раскрыв руки он шагнул назад.

Бросилась к окну, проверяя не расшибся ли он.

— Давай же, — взлетев, он замер напротив окна.

Осторожно забралась на подоконник, руками придерживаясь за стену. Ноги дрожали, а падать, пусть и всего со второго этажа, не хотелось.

Внезапно нога поехала и закрыв глаза приготовилась к встречи с землей. Рывок и чувство свободного падения.

— А ты не оставляешь попыток стать настоящим приведением.

Теплые руки крепко прижимали к телу и не давали рухнуть вниз. Открыв глаза встретилась взглядом с веселящимся Яром. В алых глазах сверкали чертята, а губы расползлись в усмешку.

Перевела взгляд вниз, сдавленно пискнув.

Над ухом раздался хриплый смех Яра и, взмахнув крыльями, он взлетел вверх. Крепко обхватила его за шею и, если бы не неудобная юбка, ещё и ногами бы его обхватила. Закрыв глаза едва дышала пока мы летели навстречу ветру. Холодные порывы полностью растрепали волосы, юбка платья трепыхалась из стороны в сторону.

— Открой глаза, трусишка.

Отрицательно помотала головой.

— Ну ладно.

И он разжал руки. Вскрикнула вновь чувствуя свободное падение и, широко распахнув глаза, увидела стремительно отдаляющееся небо. Сердце ухнуло в пятки и душа успела попрощаться с жизнью.

Замечаю быстро приближающуюся темную тень и вновь оказываюсь подхвачена на руки. Возмущенно открываю и закрываю рот, пытаясь восстановить дыхание и высказать наглому упырю всё, что я про него думаю.

— А теперь смотри.

Внизу под нами темное озеро, окруженное лесом. В водной глади отражаются яркие звезды и серп луны. Сине-голубые пышные облака-зефирки замерли наверху.

Глава 39. Чудовище

Янина

— Вот, сын мой, Никодим, — представлял здоровенного детину старик.

Мужик под два метра роста, широкий в плечах, с густой бородой и огромными ручищами. При свете дня и в обычной одежде рабочего, он и то производил жуткое впечатление. Неудивительно, что ночью, закутанный в меховую шубу, он был похож на лесное чудовище.

— Здравы будьте, — неловко поклонился он.

— Никодим, вы помните эту девушку? — спросил у него князь.

Оглядев с ног до головы и остановившись на моем лице, он почесал голову.

— Не припоминаю. А в чем дело то?

— Три года назад вы эту девушку сюда принесли. Вот в чем дело, — влез Яр.

Никодим удивленно приподнял брови и лицо его приняло на удивление детское выражение растерянности.

— Не припоминаете? Зима, ночь, а на плече девушка без сознания, которая потом словно в воздухе растает.

— О…