Юрист с Рублёвки. Том 2 - Дмитрий Лим

«Эм… чего?»

— Пятьдесят второй, ворот сорок один, — ответил я машинально и тут же осёкся. Почему я ей это сказал?

Она коротко кивнула, набрала какой-то номер, прижала телефон к уху, и свободной рукой, начала собирать рогалики с асфальта.

— Лёша? Это Софья. Мне нужна рубашка, пятьдесят второй, ворот сорок один, белая, из тех, что для персонала. Да, сейчас. Курьером, к подъезду номер три, ЖК «Парковый квартал». Скажешь Толику, пусть бежит, я добавлю к зарплате. Пятнадцать минут? Двенадцать. Давай.

Она убрала телефон и посмотрела на меня.

— Курьер будет через двенадцать минут. Рубашка свежая, из кофейни. Химчистку тоже оплачу — дайте номер, куда скинуть деньги. Или давайте чек из химчистки, я переведу.

Я смотрел на неё и… не знаю, почему, но поражался.

В общем, ей было примерно столько же, сколько и мне, а может, чуть-чуть помладше. У неё были тёмные волосы, которые были собраны в пучок, «пирсинг-гвоздик» в крыле носа. Одета была в джинсы, кроссовки и вязаный кардиган поверх чёрной футболки. Никакого строгого или яркого макияжа, кроме туши. Она пахла корицей и жареным кофе, и этот запах смешивался с запахом разлитого на мне латте, создавая нелепый, густой коктейль.

— Вы живёте в этом доме? — спросил я, потому что первым делом, как ни странно, мне хотелось понять, откуда она взялась.

— Да, — коротко ответила она и, взяв паузу, продолжила: — Я Софья Миронова. Владелица кофейни на первом этаже. Ну, той, что в коммерческом помещении…

— Как называется?

— «В гостях у Принцессы», — она нахмурилась. — Ну-у-у, это рабочее название, не спрашивайте, почему оно такое. Знаю, что нелепое.

— Алексей Смирнов, — представился я. — Ваша первая утренняя жертва.

Она не улыбнулась и вместо этого протянула мне второй стаканчик — тот, что уцелел.

— Держите, Смирнов. Стаканчик целый, сами видите.

Я взял стаканчик, удивился, конечно, такому жесту, но от кофе не отказался. Отхлебнул и…

Боже, это было вкусно! Нормальный кофе, с правильной плотностью, чуть с ореховой ноткой…

— Курьер будет через… — она посмотрела на телефон, — десять минут. Подождёте? Я пока принесу вам салфетки…

Она скрылась в подъезде, а я стоял на крыльце, с мокрой папкой в одной руке и стаканчиком кофе в другой, и пытался понять, что только что произошло. Рубашка была испорчена, время поджимало, но… было кое-что занятное! Меня не трясло от злобы! Да, ситуация неприятная, да, это сильно давило мне по времени, но…

Меня реально всё это не раздражало!

Почему? Может, потому что последние недели, я только и делал, что смотрел на людей, которые при любой проблеме начинают орать, ругаться, а то и что-то похуже?

Да, скорее всего именно из-за этого. А эта самая Софья, просто торопилась по своим делам, и то что случилось — было не специально.

Через восемь минут из-за угла дома выбежал парнишка в чёрном фартуке, с пакетом в руках. Направлялся он именно ко мне.

— Вам рубашку? От Софьи? Вот!

Я забрал пакет. Внутри — белая рубашка, размера пятьдесят два, ворот сорок один. Свежевыглаженная, на картонке, с булавкой в воротнике. А ещё на кармашке была маленькая вышивка: корона с надписью «Принцесса» и логотип кофейни.

— Передайте Софье спасибо, — сказал я курьеру.

— Ага! Она просила ещё салфетки вам дать. — Он сунул мне в руки пачку бумажных салфеток и убежал обратно.

Я зашёл в подъезд, стянул испорченную рубашку, быстро обтёрся салфетками, натянул новую. Села хорошо. Рукава были чуть длинноваты, но это ничего, под пиджаком не заметно. Пиджак отряхнул — на нём кофе почти не осталось, только мелкие брызги, которые можно было списать на дождь. Галстук пострадал минимально: одна капля, которую я стёр салфеткой.

С документами было куда лучше, они и вовсе, не пострадали. Выдохнув, я посмотрел на часы в телефоне. Было восемь двенадцать. До встречи — час восемнадцать. Дорога до Профсоюзной — минут сорок… в лучшем случае, так что у меня оставалось примерно тридцать минут запаса, которые, очень быстро растворялись…

Такси я поймал через пять минут и к тому моменту, как мы выехали, я понимал кое-что неизбежное… я опаздывал! Таксистом оказался очень неприятный персонаж, который выбрал не самый лучший путь, до нужной точки. И из-за этого настроение было испорчено. Не из-за кофе — из-за дурацкого опоздания, которое теперь казалось неизбежным. Я ненавидел опаздывать. Громов никогда не опаздывал. Смирнов тоже не должен.

В девять двадцать пять такси остановилось у бизнес-центра на Профсоюзной. Пять минут на парковку, две минуты на поиск нужного офиса, и я вошёл в приёмную компании «МедСервис Групп», которую возглавлял Михаил Воронин.

Меня встретила секретарь, которая, оценив мой наряд, приветливо улыбнулась:

— Доброе утро. Вы по записи к Михаилу Юрьевичу?

— Да. Смирнов.

«А внешний вид многое решает, — подумал я про себя. — Вспомнить, как на меня до этого смотрели…»

— Минуту, пожалуйста. Михаил Юрьевич сейчас подойдёт.

Я сел в кресло, положил папку на колени и осмотрелся. Приёмная была обставлена стандартно: чёрный кожаный диван, стеклянный столик, ваза с конфетами. На стене висели дипломы и сертификаты в рамках. Всё было — типично и привычно.

Через пять минут дверь кабинета открылась, и вышел Воронин.

— Алексей Дмитриевич, — он протянул руку, — рад, что вы нашли время.

— Доброе утро, Михаил Юрьевич, — я пожал руку. — Прошу прощения за…

Я хотел сказать «за опоздание», но он меня перебил:

— Да-да, проходите. У меня, к сожалению, времени немного. В десять тридцать — совещание с главврачами.

Я зашёл в просторный кабинет, с большим окном. Воронин сел за стол, указал мне на стул напротив. Я сел, раскрыл папку и тут он посмотрел на меня внимательно. Взгляд его задержался на рубашке, точнее — на кармашке, который при движении пиджака открыл маленькую вышитую корону и надпись «Принцесса».

— Это что? — спросил он, ткнув пальцем.

— Кофе, — ответил я. — В общем, рубашку мне испортили, и одолжили запасную…

— Кофе, — повторил Воронин. И по его тону я понял: он воспринял это иначе. — Вы опоздали и пришли… в детской рубашке! Алексей Дмитриевич, я, возможно, неточно выразился на аукционе. Мне нужен человек, который…

— Михаил Юрьевич, — я перебил его, говоря спокойным тоном, — я понимаю ваше впечатление, но давайте ближе к делу. У вас не так уж и много времени, и я не хочу тратить его на обсуждение моего гардероба.

Воронин приоткрыл рот, но промолчал. Он не привык, чтобы его перебивали. Я продолжил:

— Вы говорили, что ваш партнёр провёл внеочередное собрание и увеличил уставный капитал.