Личный аптекарь императора. Том 11 - Егор Золотарев

Исследование эфира крови не дало ответ, откуда внезапно появилась растительность. Если раньше я бы долго думал и пытался понять, что это может быть, то теперь почти был уверен, что это дело рук ведьмаков. Кто знает, в какую ловушку угодил маг, когда мы боролись с османами. Однако пугать его я не хотел и сказал, что подумаю, как всё исправить.

Вернувшись в свой дом, я разложил всё, что было в чемоданах, в поисках эфиров, которые могут помочь бедняге с шерстью. Судя по тому, что пятно так быстро появилось, и шерсть так сильно разрастается, через пару дней маг весь будет покрыт ею. Неизвестно, какие ещё проблемы у него могут возникнуть.

Обнюхав все пробирки и раскрыв все коробки и бутыльки, я понял, что у меня с собой нет ничего, что помогло бы справиться с неизвестной болезнью. То, что это ведьмино проклятье, я верил с трудом. Зачем на кого-то насылать волосатость? Чего добивался ведьмак, который решил таким образом наказать нападающих? Странная история.

Порывшись в своей внутренней лаборатории, я составил рецепт средства, которое приведёт к облысению. К сожалению, мужчина потеряет все волосы на своём теле, а не только на ягодице, но ведь это лучше, чем ходитьм как обезьяна. Однако с собой у меня не было нужных эфиров, поэтому ему придётся потерпеть до отъезда в Москву.

Перед сном я ещё раз показал Орлову на карте, куда упали дирижабли. Он до сих пор находился под большим впечатлением от моего рассказа и даже велел кормить дракона за его счёт. Сказал, что готов купить стадо коров или целый свинарник, чтобы прокормить такого полезного питомца.

У меня же появилась другая идея. Но сам решить я такой вопрос не могу, поэтому как только вернусь в Москву, свяжусь с князем Савельевым. Самым лучшим местом обитания для дракона будет анобласть. Там он будет под куполом, поэтому никуда без моего ведома не улетит. Там же он сможет сам себя кормить, ведь Тверская аномалия довольно богатая. и маназверей в ней было огромное количество.

Когда легли спать, я долго не мог уснуть. До сих пор перед глазами стояла битва с дирижаблями. Несколько раз я прощался с жизнью, когда очередной снаряд пролетал мимо меня или вонзался в тело дракона. Одновременно с этим я был в таком восторге, что дух захватывало. Давно я не испытывал таких противоречивых чувств.

А ещё я чувствовал эмоции своего питомца. Калифрон находился в таком азарте, что двигался с огромной скоростью и не реагировал на шрапнель, впивающуюся в его тело.

Мощная струя пламени, клацающие зубы, острые когти и погибающие в мучениях враги — всё так и мелькало у меня перед глазами, поэтому заснуть я смог лишь под утро.

Когда проснулся, оказалось, что в доме уже никого нет. Все приступили к своим обязанностям, ожидая приезда бойцов из Москвы.

За завтраком узнал, что ночью привезли раненных, поэтому, наскоро проглотив яичницу, двинулся в госпиталь. Раненным уже оказали первую помощь, но прямо сейчас шли две операции. Одного бойца сильно посекло осколками, которые в большом количестве остались в его теле. Второго османы взяли в плен и сильно избили, переломав кости.

Пленного отбили, но теперь он находился в тяжёлом состоянии. Чтобы помочь ему выкарабкаться, после окончания операции, я подошёл к нему и напоил своими зельями. Почти мгновенно состояние стабилизировалось, и раны начали заживать. Если бы я мог, то выпускал бы зелье «Исцеления» большими партиями, но, к сожалению, это невозможно. Свои зелья я создаю только с помощью своей способности алхимика и знаниям, полученными в прошлой жизни. Если просто смешать те же ингредиенты в тех же количествах, ничего не получится. Только усиливая или блокируя некоторые свойства и наполняя зелье своей маной, я могу получить желаемое средство.

Когда я убедился, что жизни раненных ничего не угрожает, то снял халат и двинулся к выходу, намереваясь пойти в штаб, но тут услышал из большой палаты какие-то крики. Забежал внутрь и непроизвольно отпрянул.

— Это ещё что за хрень? — вырвалось у меня.

Глава 12

В дальнем углу палаты происходила какая-то возня. Больные, из тех, что уже могут передвигаться, схватив подушки, палки от капельниц и неизвестно откуда взявшуюся кочергу, полукругом наступали на кого-то. Слышался рык и скулёж, между людьми мелькал какой-то зверь. Довольно крупный зверь. Но как он попал в госпиталь?

— Окружай его!

— Слева подходи!

— Только не убивайте!

Я остановил медсестру, которая прибежала со шприцом в руках, на ходу набирая жидкость из бутылька.

— Что происходит?

— Больной из изолятора вырвался.

— Больной? — недоверчиво посмотрел на неё.

Женщина махнула мне, чтобы опустил к ней голову, и прошептала.

— У нас оборотень. Сами в шоке. Хотели сегодня отправить его в Москву, пусть сами с ним мучаются. А как сказали об этом, так он с ума сошел. На людей начал бросаться. Вот, успокоительное хочу вколоть, — она показала на шприц в руках.

Вдвоем мы двинулись к столпившимся магам, который обступили скулящее существо.

— Дайте пройти! — скомандовала медсестра. — Не опасен он, сам всего боится.

Маги расступились, пропуская нас. Я увидел того самого мага. Он стоял на четвереньках и тихонько скулил. Единственное, что не заросло мехом — лицо. Шея, руки и ноги покрывала та самая густая жесткая коричневая шерсть, которую я уже видел.

Увидев меня, он воспрял духом, улыбнулся и поскуливая пополз к моим ногам.

— Будьте осторожны, господин Филатов, вдруг набросится, — шепнул мне кто-то за спиной.

— Нет, не набросится, — ответил я, увидев совершенно ясный, осознанный взгляд.

Когда мужчина подполз ко мне, я опустился перед ним на корточки и протянул руку.

— Здравствуй. Как самочувствие?

Он протянул мохнатую руку, и мы обменялись рукопожатиями.

— Уи-уи-и-и-и, — заскулил он и испуганно закрыл рот.

— Ты не можешь говорить, — догадался я.

Он энергично закивал. Ну что ж, знакомо. Помнится, именно после встречи с маназверем ученые начали превращаться в животных. Их привезли в лечебницу Коганов. Тогда я и познакомился с главой рода Коганов — Давидом Елизаровичем.

— Ну что ж, посмотрим, что с тобой творится, — я приложил руку к шее мужчины и окунулся в его внутренний мир эфиров.

Сначала ничего необычного не заметил: еда, лекарства, работа внутренних органов, гормональных фон. Но потом все же кое-что нашел. В его организме присутствовали