Неординарные преступники и преступления. Книга 2 - Алексей Ракитин

Именно на таком тёмно-бордовом «Vauxhall Velox», выпущенном в 1955 году, и разъезжал Уилльям Уотт.

Через 3 дня в уголовный розыск полиции Глазго обратился некий Родерик Моррисон (Roderick Morrison), заявивший, что около 02:30 в ночь на 17 сентября он с женой стал свидетелем довольно странного и даже подозрительного инцидента. Двигаясь в автомашине по дороге от Глазго на север, он в районе озера Лох-Ломонд попал в зону плохой видимости. Автотрасса в том месте следовала по изрезанному побережью озера и описывала несколько крутых поворотов, кроме того, над озером висел туман, клочья которого мешали обзору дороги. В какой-то момент свидетель увидел впереди автомашину, двигавшуюся навстречу на большой скорости. Водитель демонстрировал неплохие навыки экстремального вождения, но сильно рисковал. В какой-то момент, уже перед самой встречей с машиной Моррисона, таинственный автомобиль исчез.

Свидетель решил, что приключилась беда, лихач потерял управление. Опасаясь двигаться вперёд в условиях плохой видимости, Моррисон съехал с дороги, поставил свой автомобиль на тормоз и вышел из салона. Жена его осталась внутри, а он в одиночку двинулся вдоль автотрассы, рассчитывая увидеть встречную машину, выброшенную в кювет. Машину он действительно увидел, но не в кювете… Она стояла у края шоссе, а её водитель сидел, опустив голову, как будто бы рассматривая нечто на коленях. Моррисон, подозревая, что человеку стало плохо и тот нуждается в помощи, стал приближаться к автомашине… её водитель зажёг спичку, закуривая, и Моррисон получил возможность хорошо рассмотреть его лицо в эти секунды… затем пламя спички погасло, и некоторое время сидевший в салоне автомашины курил. Он сделал несколько затяжек и при этом отставлял правую руку через опущенное стекло наружу, благодаря чему Моррисон мог видеть как саму кисть руки, так и тлевшую сигарету.

Так продолжалось секунд 10, может, чуть больше — всё это время Моррисон беззвучно приближался к неизвестной автомашине… Когда он подошёл совсем близко, неизвестный увидел его и как будто бы занервничал — он резко тронул машину с места и по широкой дуге объехал Моррисона, причём проделал это так сноровисто, что свидетель даже испугался. Быстро набрав скорость, странный автомобиль умчался в даль туманную — буквально туманную! — и на этом инцидент, собственно, и закончился.

Встреча на дороге оставила неприятный и немного волнующий осадок, но Моррисон быстро позабыл бы её, если бы только не увидел через пару дней фотографии Уилльяма Уотта в газетах. В них он опознал мужчину, встреченного на пустынной туманной дороге в 2:30 ночи на 17 сентября. После некоторых раздумий, посоветовавшись с женой, он принял решение рассказать полиции о странной встрече.

Это реальный Глазго второй половины 1950-х гг. Владелец мясной автолавки продаёт горожанам парное мясо. Можно сказать, сервис с доставкой к порогу дома…

Суперинтендант Хендри, узнав о заявлении Родерика Моррисона, распорядился немедленно провести официальное опознание. В здание полиции был доставлен Уилльям Уотт — причём это произошло накануне похорон его жены и дочери! — и его поставили в длинный ряд мужчин одного и ним возраста и роста. Шеренга насчитывала 20 человек — это очень много для процедур такого рода, но суперинтендант распорядился провести опознание максимально «чисто», дабы ни один адвокат не смог оспорить её результат.

Моррисон, внимательно осмотрев мужчин через одностороннее стекло, попросил всех их взять в руки сигареты. Просьба вызвала некоторое замешательство, поскольку не все курили и не у всех имелись при себе сигареты, но, в конце концов, пожелание свидетеля было выполнено. Родерик уверенно указал на Уилльяма Уотта и заявил, что опознал его не только по чертам лица, но и по тому, как тот держит сигарету… Напомним, он видел, как мужчина, сидевший за рулём автомашины, выставлял руку с сигаретой через окно!

Когда Уилльям Уотт понял, что происходит и что именно его опознал некто, о котором он ничего в ту минуту не знал [или утверждал, что не знает], с ним произошло нечто такое, что уместно назвать эмоциональным срывом. Это не была истерика в медицинском понимании этого термина, но это был яростный всплеск эмоций, хорошо понятный и очень убедительный. Уотт буквально прокричал целый монолог о том, что уголовная полиция Глазго занимается чем угодно, кроме расследования убийства близких ему людей… его расспрашивают о любовницах и устраивают опознания в то время, как у него есть надёжное alibi… его терзают накануне похорон жены и дочери… и он не позволит издеваться над собой, и всех тех полицейских чинуш, что устраивают постыдный цирк, он обязательно приведёт к судье и потребует ответа за недостойное поведение.

В этом месте важно отметить, что Уотт характеризовался всеми, знавшими его достаточно близко, как человек очень выдержанный и аккуратный в выражениях. Если рассказы о его эмоциональном взрыве правдивы — а сомневаться в этом вроде бы нет оснований — то следует признать, что в те минуты он пережил очень глубокое потрясение. Но главная проблема для следствия заключалась даже не в том, что мистер Уотт оказался 20 сентября громогласен и убедителен, а в том, что он был достаточно богат для того, чтобы нанять отличного адвоката. Согласитесь, одно дело издеваться над нищебродом Питером Мануэлем и совсем другое — над таким человеком, как Уилльям Уотт! Он пообещал отдать под суд нерадивых детективов. А кто мог дать гарантии, что он этого не сделает?! Полицейским в пору было напрячься…

Обстоятельства, однако, сложились таким образом, что в тот же день следствие получило в своё распоряжение новое доказательство виновности уважаемого предпринимателя в убийстве своих близких. Причём доказательство крайне необычное и трудновообразимое — из числа тех, что невозможно предвидеть и крайне сложно парировать.

Напомним, что жившая по соседству с убитыми 19-летняя Дина Валенте была предварительно опрошена ещё днём 17 сентября, сразу же по обнаружению факта преступления. Но её показания в тот час были неофициальны и имели единственную цель — дать правоохранительным органам ориентирующие данные для проведения расследования по горячим следам. Официальный допрос свидетельницы был проведён позже, и именно тогда девушка сообщила интересную деталь, о которой забыла рассказать 17 сентября.

Вернувшись в свой дом, Дина отнюдь не легла спать, а бодрствовала ещё некоторое время. Она слышала, как в доме Уоттов звучала песня Дорис Дэй (Doris Day) «What Will Be Will Be». Казалось бы, мелочь, но мелочь важная! Эта песня вошла в 20-у лучших по версии «Радио Люксембурга», а стало быть, она должна была прозвучать в конце трансляции. Той самой, что Дина Валенте слушала в доме Уоттов, но не дослушала и ушла домой.

По всем прикидкам детективов полиции Глазго песня, услышанная Диной Валенте, не могла прозвучать ранее 00:30 17 сентября. А теперь внимание, вопрос