Тайна спящих детей - Марина Исайр

Книга упала возле кровати, несколько страниц смялись, но никто не обратил внимания на звук. Эстерия смотрела перед собой широко раскрытыми глазами, а по её щекам уже текли слёзы.

— Посмотрите на меня, — попросил Дамиан, опускаясь перед ней на одно колено и крепко удерживая её ладони. — Эстерия, дышите медленнее. Вы слышите меня?

Она попыталась вдохнуть, однако воздух вырвался коротким болезненным всхлипом.

— Кто сделал с ним такое? — выговорила Эстерия, задыхаясь и не отрывая взгляда от пустого места. — Кто не даёт ему уйти? Значит, мой мальчик всё ещё здесь? Все девять лет? Я думала, он давно перестал страдать, а он оставался там один…

— Эстерия, тише, — попросил Дамиан, пересаживаясь на край кресла и прижимая её к себе. — Вы пугаете себя ещё сильнее. Мы пока не знаем, сколько времени Лиам находится рядом с Гранью и почему смог появиться сейчас.

— Не говорите мне успокоиться! — Она резко отстранилась, но Дамиан не позволил подняться. — Вы сами не понимаете, что говорите. Мой ребёнок умер у меня на руках. Я похоронила его, каждый день заставляла себя жить дальше, а теперь узнаю, что он всё ещё бродит по тому корпусу и зовёт меня. Кто посмел вернуть его туда?

Лиам сжался возле кресла, и в его лице появилось прежнее испуганное выражение. Он больше не пытался дотронуться до матери, только смотрел на неё снизу вверх, будто боялся, что снова сделал что-то неправильно. Мне пришлось подойти ближе и присесть между ним и кроватью Норы.

— Не кричите, пожалуйста, — сказала я, стараясь говорить мягко, но достаточно отчётливо, чтобы Эстерия услышала сквозь собственные всхлипы. — Лиам пугается. Он видит Вас.

Слова подействовали лучше уговоров Дамиана. Эстерия сразу закрыла рот ладонью, заставляя себя сдержать новый рыдающий вдох, а потом снова посмотрела туда, куда был направлен мой взгляд.

— Он боится меня? — спросила она едва слышно. — Почему? Я никогда не причинила бы ему вреда.

— Он почти ничего не помнил, когда мы встретились в старом корпусе, — ответила я после короткой паузы. — Даже собственного имени. Сейчас Лиам узнал Вас, но воспоминания возвращаются не сразу. Он очень устал и не понимает, почему его продолжают удерживать возле Грани.

Эстерия снова заплакала, уже тише. Дамиан притянул её к себе, и она уткнулась лицом в его плечо, сжимая ткань пиджака так сильно, что пальцы побелели. Он гладил её по спине медленными движениями и ничего не говорил, понимая, что любые слова сейчас прозвучат слишком слабо.

Тем временем я заметила, что вокруг запястий Норы проступили тонкие серебряные нити. Они медленно потянулись поверх пледа, обвили серо-голубую ткань и исчезли возле вышитой буквы. Я сразу узнала холодное сияние, которое видела на руках мальчика в старом корпусе.

— У Норы появились нити, — сказала я, подходя ближе к кровати. — Такие же, как у Лиама.

Рей остановился по другую сторону кровати и посмотрел туда, куда указывала я. Для него над пледом оставался только дрожащий воздух, а защитный знак над дверью постепенно терял свет.

— Куда они ведут? — спросил он.

— В плед, — ответила я, осторожно отводя руку Норы в сторону, но не касаясь ткани. — Нити не просто лежат поверх него. Они сходятся возле вышивки и уходят внутрь.

Рей сразу повернулся к дежурной лекарке, всё это время стоявшей в дверях и наблюдавшей за происходящим с растущей тревогой.

— Переведите Нору в соседнюю палату и восстановите защиту вокруг кровати, — распорядился он, снимая перчатки и передавая их одному из стражей. — К пледу никто не прикасается. Вызовите специалиста по ритуальной магии и подготовьте защитный контейнер.

Эстерия услышала приказ и резко подняла голову с плеча Дамиана. Слёзы продолжали стекать по её лицу, однако растерянность уступила месту страху.

— Плед принадлежал Лиаму, — произнесла она, прижимая ладонь к груди. — Его укрывали им в последние месяцы. Почему нити ведут к нему?

— Мы хотим выяснить именно это, — ответил Рей, повернувшись к ней. Голос оставался спокойным, но прежняя мягкость исчезла. — Когда Вы принесли плед в лечебницу?

— Несколько дней назад. Норе всё время становилось холодно, хотя лекари не находили причины. Я решила, что шерсть согреет лучше больничного одеяла.

— Плед всё время находился у Вас?

Эстерия растерянно посмотрела на ткань, словно впервые увидела в знакомой вещи возможную угрозу.

— После смерти Лиама я хранила его дома. Иногда приносила сюда, когда ребёнок оставался один или плохо переносил ночь. Он мягкий, тёплый, многие дети под ним успокаивались. Ничего странного никогда не происходило.

— Кто ещё мог брать его без Вашего ведома?

— Дома никто. — Она покачала головой, а пальцы снова сжались на рукаве Дамиана. — Плед лежал в сундуке в моей спальне. Ключ всегда находился у меня.

Рей не прокомментировал ответ. По его лицу невозможно было понять, усилило признание подозрения или пока осталось одной из многих деталей. Он дождался, пока лекарка вместе с помощницей осторожно перенесёт Нору на соседнюю кровать, а специалист Управления накроет плед защитной оболочкой и поместит в плотный контейнер. Серебряные нити вытянулись вслед за тканью, но у порога дрогнули и рассыпались короткими искрами. Лиам тоже стал бледнее, однако не исчез и продолжал стоять возле матери.

Когда палата немного опустела, Рей закрыл дверь и пододвинул к Эстерии свободный стул. Дамиан остался рядом с ней, всё ещё удерживая одну ладонь в своих руках.

— Госпожа Блант, мне придётся задать Вам несколько вопросов, — сказал Рей, садясь напротив. — Я понимаю, насколько тяжело Вам сейчас говорить о сыне, но трое живых детей связаны с ритуалом, который удерживает Лиама возле Грани. Если Вы хотите помочь ему, ничего не скрывайте.

— Я ничего не знаю о ритуале, — ответила Эстерия, вытирая щёки дрожащими пальцами. — До сегодняшнего вечера я не знала, что душу Лиама можно увидеть.

— Вы бывали в старом корпусе после его закрытия?

Вопрос заставил её замолчать. Дамиан слегка повернул голову, внимательно наблюдая за ней, а Рей не отвёл взгляда и не попытался облегчить паузу новым объяснением.

— Бывала, — призналась Эстерия наконец. — Первые годы часто, потом всё реже. Я приходила в палату Лиама, сидела возле окна и разговаривала с ним.

— Как Вы попадали внутрь закрытого здания?

— Через служебную калитку возле прачечной. После закрытия корпус долго охранял старый сторож, который