Эмпаты - Мэтт Каулиц

голос матери звенел от ярости. – Сегодня в шесть в моем кабинете. Специалист здесь я. И твое мнение учитываю лишь потому, что ты мой муж в первую очередь, и только во вторую – спонсор исследований.

– Отлично! – отец в ярости отшвырнул Кая в сторону матери. От сильного толчка тот споткнулся и упал на колени, не пройдя и двух шагов. – Давай, позволь эмоциям все испортить!

Кай опять сидел на полу, борясь с желанием зажать уши. Но при родителях этого делать было нельзя. Он должен казаться нормальным.

Крики Николауса затихли в подъезде, и мать зло захлопнула дверь. Прохладная рука легла на его лоб, и звенящую тишину затопил тихий шепот пополам с дискретным воздействием:

– Все хорошо, малыш. Ты болеешь. Ты болеешь и мы тебя вылечим.

***

Взрослый Кай отчаянно пытался не задохнуться, кашляя в кустах у дома. Желудок выворачивался наизнанку, легкие бесполезно пытались набрать воздух. Как он вылетел из квартиры – он даже не помнил. Только ключ, все еще зажатый в руке, доказывал, что это был не ночной кошмар.

– Истеричка, – пробормотал эмпат, с ненавистью глядя на свои руки. – Это просто квартира, а ты уже развел сопли.

Подняв голову, он посмотрел на темные окна квартиры. Эмоции внутри замедлялись, тонули в ледном киселе, пока он не почувствовал сплошную мерзлую пустоту.

Скрывать эмоции даже от самого себя – в этом он был мастер.

Через полчаса он бездумно брел по ночному городу. Ветер, казалось бы, прохладный, на влажной коже казался пронизывающими иглами льда. Тонкая кофта, которую он напялил едва выйдя из душа, промокла насквозь, ведь полотенца в коробках он не нашел. Да и поисками это назвать было сложно: вскрыть картон, схватить первую попавшуюся тряпку, наскоро облиться кипятком и рвануть наружу.

Мышцы мелко и беспрестанно дрожали, но от холода или нервов – Кай понять не мог, поэтому смело делал ставку на оба варианта. Сил героически ночевать в парке у него не осталось, поэтому он все больше забирал в сторону общежития инсайдеров.

Когда он наконец добрел до цели – на улицах наступила глубокая ночь. Кай без особой надежды дернул дверь и пошатнулся от неожиданности, когда та поддалась. Вахтерша мирно дремала в своей кабинке, даже не шевельнувшись, когда эмпат споткнулся на пороге. Добравшись до уже облюбованной гостиной, Кай жадно напился воды прямо из-под крана, запивая горечь таблеток и дешевого шоколадного батончика, который он раздобыл на заправке по дороге. Тошнота от такого перекуса только усилилась.

«Черт бы побрал эти таблетки, эти побочки и всех инсайдеров.»

Без капюшона ему было неуютно, но природная брезгливость вынудила бросить любимую, но слишком потасканную толстовку в квартире. Прикрыв лицо локтем, он умостился на том же кресле, что и прошлый раз, и почти сразу отключился.

***

Даже в домашних тапочках и камуфляжной рубашке на два размера больше Лейла смотрелась поразительно элегантно. Волосы потемнели от влаги, и она небрежно накинула на них полотенце, чтоб не капать на одежду. В руках у нее остывала чашка растворимого кофе, вторую такую она поставила перед Каем, сонно протирающим глаза.

– Почему ты спишь здесь?

«Потому что больше негде.»

– Почему тебя это интересует? – спросонья эмпат не был расположен к задушевным беседам, хотя пару баллов дружелюбия одногруппница заслужила хотя бы в благодарность за кофе.

Пожав плечами, Лейла села на диван, поджав под себя ноги. Допытываться она не собиралась, и Кай почувствовал запоздалый укол совести.

– В общежитии не оказалось свободных комнат.

– Тебе больше негде жить?

Вспомнив мамину квартиру эмпат ощутил, как по спине пробежали мурашки.

– В парке сейчас холодно.

Лейла сделала глоток кофе и, с трудом сдержав гримасу, отставила чашку в сторону. Кай был менее привередливый, и с удовольствием выпил сразу половину. Кофе был горячий, а он за ночь в кресле успел не только заработать боль в спине, но и замерзнуть даже несмотря на закрытые окна.

– Я тоже не живу в общежитии. Ночевала сегодня у Иринэ. Пришлось одолжить ее одежду, – она скептически подняла руку, демонстрируя повисший, словно парус, рукав.

Эмпат невнятно промычал нечто неопределенное. Спрашивать о причинах ночевки ему показалось неприличным, учитывая, что он пока не понял их статус отношений.

– Я решила не ехать домой, чтоб не объясняться с родителями.

Кай вопросительно поднял голову, с сожалением отрываясь от последнего глотка кофе.

– Журналисточка поднатужилась и выдала материал уже вчера вечером. Лови!

Дорогой телефон полетел к Каю, и он словил его скорее из паники, что тот разобьется, чем желая ознакомиться с очередным шедевром желтой прессы.

В этот раз помимо сенсационного заявления, что наследник Мёрфи оказался инсайдером, статья содержала еще и короткую сводку о его команде. Его рука дрогнула, когда он наткнулся на краткую выжимку о своей группе.

«Лейла Барлоу – визуалка, дочь владельцев крупной торговой сети.» – его собеседница получила весьма подробное описание.

«Иринэ Джоджуа – кинестетница, дочь грузинских иммигрантов.»

«Джиён Шин – дискрет, сын корейского посла и британской подданной.»

«Мика Ярвинен – эмпат, имеет финское гражданство.»

«Себастьян Форд – аудиал.»

Последнему из компании Джиёна и вовсе уделили оскорбительно мало внимания. Впрочем, Кай и сам почти его не запомнил, тот вел себя относительно тихо. Роли в группе окончательно определились, вот только вряд ли они будут рады такой огласке.

Эмпат виновато прикусил губу и протянул Лейле телефон.

– Мне жаль, что я втянул вас в это.

– Веришь, мне плевать. Это еще самое приличное, что обо мне писали, – пожала плечами та. – Я скорее тебя предупреждаю. Не все будут рады.

Она легко вскочила с дивана, подхватила чашку Кая и отправилась к умывальнику. Шум воды выиграл для него немного времени, но когда визуалка закрыла кран слова так и не нашлись.

– М-м… спасибо, – наконец пробормотал он.

Лейла отмахнулась, расставляя чашки по строго определенным местам. Отсюда Кай заметил номер на донышке – вероятно, комнаты, которой они принадлежали. Притормозив у самого входа она обернулась, с сомнением разглядывая нежданного сокурсника.

– Мы с группой устраиваем небольшую тусовку в честь того, что нам терпеть друг друга еще четыре года. В пятницу после пар. Присоединяйся.

– Я не любитель тусовок.

– Это не ради тусовки. Ты не понимаешь, что такое групповое воздействие. Лучше решить все сейчас, – добавила Лейла на последок и скрылась в коридоре.

Эмпат неопределенно передернул плечами. Мысли о практике, которая должна была начаться через три месяца, вызывали смесь отвращения и паники. Подсознательно он все еще надеялся, что его учеба в институте ошибка. Но безопасных для него и репутации инсайдеров