Эльд - Борис Белокуров (Усов)

class="v">Пусть идёт. Мне дела нет до этого.

Я прошёл сквозь грозы в пятый класс.

Сигареты, нож, кассета Летова

В сумке с маркировкой Adidas —

В мир бутылок, ампул, бритв и капельниц

Отпускай, Империя, меня.

Лучшая из всех преподавательниц

Знает: я вселенский свет огня

Я влюблён в учительницу пения

Презираю прочий персонал

Чёрный контур будущего гения —

Пьяница, поэт и маргинал —

Мне при Ней мерещится отчётливо,

Словно клякса на черновике.

А Она, прищурившись заботливо,

Мне пятёрку ставит в дневнике.

Ноты, как и сны, полны симметрии…

Встретиться бы мне вне школы с Ней

Ольга Леонидовна – по метрике

Джекки – я назвал Её во сне,

Отрицая имена Совдепии

Как никчёмный бесполезный вздор.

Что, к примеру, может быть нелепее,

Чем банальный школьный коридор?

Но когда Она, моя красавица,

По нему летит, как лунный свет,

Школьный коридор перемещается

В будущее на десяток лет.

Там шкала другая, семибалльная

Три семёрки – розовый портвейн

Реки крови и вина печальные:

Ориноко, Амазонка, Рейн

Омывают нас волною ласковой

Там, где человек не одинок

Джекки, мы отправимся туда с тобой

Джекки, Джекки… Прозвенел звонок.

Мымры тихо шепчутся в учительской.

Жалобно глотают пустоту.

Снять бы школьной формы китель свой

И нырнуть в неясную мечту —

В мир бутылок, ампул, бритв и капельниц

Отпускай, Империя, меня!

ЛУЧШАЯ ИЗ ВСЕХ ПРЕПОДАВАТЕЛЬНИЦ

ЗНАЕТ – Я ВСЕЛЕНСКИЙ СВЕТ ОГНЯ.

8.03.2000

Облава на мирового зверя

Совы не носят траур. Совы не верят пожарам

Совы пикируют вниз на нейтральные города,

Где Юлька не любит Ромео, Каракса зовут не Лео,

Где не расцветает подснежник – там всё на свете не навсегда

Но совы не так наивны. Совы зимуют в Риме,

Чтобы потом вернуться и расставить весь мир по местам

И стрелки часов – Символ веры. Все лифты идут в Кордильеры

И снежные танцы Валькирий противопоставляются льдам

Вспыхнет звезда-полынь как последний Omen

Грустно смотреть на баньши в беспечном доме

       (и мы провозглашаем)

Облаву на мирового зверя.

Наши сидят, как мыши. Все по крысиным норам

Мардонотавры по клеткам, ждут прихода богатых гостей

И радио «Логово Зверя» транслирует приговоры,

Замедляя тревеллинг счастья до улиточных скоростей

И о чём говорить, если даже усталый Космос

Круглый год заплетает косы из шерсти ОЗМа?

         (и мы продолжаем)

Облаву на мирового зверя.

Зверь мировой бессмертен. Это зверь неспящий и хитрый

А мы – горстка сгоревшего пепла, это всё, что осталось от нас

Но перед решающей битвой в мелодии «Рио-Риты»

Вспыхнет, закружится в дымчатом небе алхимический вальс

Над нами поют говорящие океаны

Наши дороги переплетены, как лианы

        (и это)

Облава на мирового зверя.

И если когда-нибудь

Зверь мировой притворится мной,

Чтобы завлечь тебя

В некий замкнутый контур

Земной

То я надеюсь, что ты

Будешь выше нашей любви

Сколько раз ты увидишь его,

Столько раз объяви —

Облаву на мирового зверя.

Апрель 2000

Романтика (Дольше века длился день)

Сбежали наши звери. Уснули наши розы

И звёзды не шевелятся в своём анабиозе

А та одна, рождённая для вечного скитанья,

Укрылась в сердце мира и иглой без ожиданья…

Галактики закружатся в печальной дымке вальса,

Не зная остановки и не оставляя шанса.

Почтовые открытки. Холодные просторы

Смотри на маргаритки на руинах Эльсинора

Дольше века длился день…

На подходе в город Эн

Романтика последнего полёта

По городу гуляет воплощенье идеала

И я люблю её. Она любит сериалы

Прекрасными побегами отравленных растений

Украсится обложка демо-трека отношений

Мелькнёт моя тревога отражением в витрине

Судьба напоминает королеву в паланкине

Снежинки как магниты. Города как сталактиты

Всё та же красота и те же стены из гранита

Я знаю – образ жизни не подвержен переменам

И яхта «Аталанта» уплывёт на юг по венам

В серебряную даль, где небеса как амальгама

Тюлени в красных волнах тихо скажут: «Мелодрама»

Потомок ухмыльнётся. И пожмёт плечами предок

Домохозяйки в сторону отложат Айрис Мердок

Промолвят: «Парень спился и пошел по беспределу»

Но это ведь то самое, чего ты так хотела!

Май 2000

Сердце Йети. Песня для Азии Ардженто

Мою мамку убили, когда мне было двенадцать

Её съели черти, пока я бегала на дискотеку

А когда я вернулась, приехали папарацци

И унесли её тело для съёмок в видеотеку

И папаня погиб в тот же год у себя на заводе

Там взорвался котёл, где он плавил свой алюминий

Я не плакала, хоть и была всё время на взводе

И в глазах вместо слёз серебрился серебряный иней

Ведь только в Тибете в сердце у Йети

Ещё остались какие-то чувства

Только в Тибете в сердце у Йети…

А вы говорите – искусство!

У меня был приятель, матрос баржи «Луизитаник»

В отношениях наших сквозил сплошной промежуток

Иногда мне казалось, что всё-таки он – классный парень

Но взгляд его был так не по-здешнему жуток

И тогда я пошла прямиком к капитану

И сказала: «Мой друг прячет в трюме баржи наркотик!»

И теперь он в тюрьме. Я его дожидаться не стану

И гуляю по жизни, мурлыча, как маленький котик

Я смотрела ящик. Кушала TV-ужин,

Пока все подруги отрывались на карнавале

Они там встречали тех, кто им вовсе не нужен

И сейчас же как