Орден Осириса - Аргус

— Вот это совсем другое дело! А почему Гордеева? — обрадовался юноша.

— Это фамилия ее матери, — ответил Магистр, — нам пора.

Он отключил генератор помех и все покинули помещение древнего корабля. На лифте они поднялись в кабинете Главы Ордена. Когда панель на стене закрылась, отец девушки отошел в угол и нажал на другую панель. Она отъехала и все увидели снова дверь уже другого лифта. Снова прошла процедура идентификации и двери открылись. Мужчина и молодые люди вошли в кабину и она поехала, но на тот раз наверх. Пусть был недолгим и когда лифт остановился и двери открылись они покинули его и вышли в небольшой пустой ангар.

Виктор и Тейя с недоумением стали осматривать пустое помещение. Вдоль стен стояли пыльные стеллажи, горящие лампы давали тусклый свет. Магистр улыбаясь вытащил из кармана пиджака какой-то брелок и нажал на кнопку.

Пространство в глубине ангара изменилось в полной, звенящей тишине. Между старыми стеллажами воздух вдруг стал плотным и вязким, словно прозрачный гель. Очертания дальней стены задрожали, пошли маслянистыми волнами, и свет ламп начал неестественно преломляться, размывая границы реальности.

Ни звука, ни единого щелчка реле. Лишь волоски на коже поднялись от внезапного прилива статического электричества.

Затем по невидимому контуру скользнула едва заметная рябь — как по воде от брошенного камня. Граница между пустотой и металлом обозначилась тонкой, тающей линией жидкого света. Иллюзия не исчезла мгновенно, она стекала с корпуса беззвучными, прозрачными каплями, обнажая скрытое.

Там, где секунду назад ничего не было, материализовался корабль. Матовый, угольно-черный корпус поглощал свет ламп, не давая бликов. Аппарат парил в полуметре от бетонного пола в абсолютной, неестественной неподвижности. Ни вибрации, ни теплого выхлопа дюз — только тяжелое вытеснение воздуха, которое заставило скопившуюся на полу пыль плавно, беззвучно разлететься в стороны, словно от невидимого всплеска. Невидимость была сброшена, как сбрасывают одежду. Корабль висел в пустоте ангара как застывшее во времени изваяние, идеальное и пугающе тихое.

— Что это? — шепотом спросил потрясенный Виктор.

— Это последний уцелевший разведчик с нашего крейсера, — вздохнул Магистр, — Этот двадцати пяти метровый корабль сочетает в себе черты хорошо вооруженного хищника и высоко технологичного механизма. Его облик подчинен двум целям: идеальной маскировке и мгновенному сбору данных. Видите корпус имеет форму капли. Корпус лишен острых углов, швов и заклепок. Он выглядит литым, напоминая вытянутую каплю темного стекла или наконечник копья. При длине в двадцать пять метров он достаточно приземист — не выше трех-четырех метров в средней части. Обшивка выполнена из матового углеродно-титанового сплава сложной текстуры. При падении света на броне проступает едва заметный чешуйчатый рисунок. Этот материал не отражает свет, а словно впитывает его, делая корабль трудноразличимым в полумраке ангара. Традиционной кабины с окнами нет. Вместо нее носовую часть огибает узкая, монолитная полоса из темного полимера — под ней скрыты фасеточные сенсоры кругового обзора, которые потом будут транслировать изображение на панели мониторов внутри корпуса.

Видите по бокам и на брюхе корабля видны узкие, заподлицо утопленные прорези. Это не орудийные порты, а гнезда сканеров, выдвижных радаров и анализаторов атмосферы. На корме нет привычного сопла двигателя — вместо него расположены тонкие элероны-стабилизаторы, похожие на плавники ската. Это корабль разведчик предназначенный для сбора информации об окружающей среде. Корабль парит над полом без видимых опор, реактивных струй или теплового излучения. Гравитационные подушки работают бесшумно, не создавая даже малейшего движения воздуха под днищем. Он кажется неестественно легким, застывшим в пространстве, вопреки законам физики.

— У него нет вооружения? — удивился юноша.

— Ну как сказать, — усмехнулся пришелец, — на нем установлен геологический лазер для бурения породы и получения образцов из ее глубины. Но он может быть использован и как оружие. Давайте подойдем ближе.

Когда они приблизились то почувствовали, что температура воздух вокруг разведчика на несколько градусов ниже, чем в остальном ангаре. Замкнутые контуры охлаждения поглощают любое тепловое излучение, чтобы корабль нельзя было засечь тепловизорами. На расстоянии шага кожа начала ощущать легкое покалывание — это действовало остаточное статическое поле от выключенной маскировки, которое заставляло волоски на руках подниматься.

— А что служит источником энергии для этого корабля, да всего Города в целом? — спросил зумер.

— Источником энергии на наших кораблях и планете был, как у вас его называют, эфир, — пояснил Магистр, нажимая другую кнопку. Сбоку корабля открылась дверь и в виде лестницы опустилась на базальтовый пол. Мужчина пригласил молодых людей пройти на корабль.

— Так ведь идея эфира считается антинаучной, — возразил зумер, — светоносный эфир — это гипотетическая всепроникающая среда, которую физики в восемнадцатом — девятнадцатом веках считали переносчиком световых волн и электромагнитного взаимодействия. В начале двадцатого века физика отказалась от этой концепции после экспериментов Майкельсона — Морли и создания теории относительности Альберта Эйнштейна.

— Это что за эксперимент? — спросила девушка, когда все сели в корабль.

— Эксперимент Майкельсона — Морли в тысяча восемьсот восемьдесят седьмом году (называют самым знаменитым «неудачным» опытом в истории науки, поскольку он не обнаружил того, что искали ученые, и тем самым разрушил концепцию светоносного эфира, — стал рассказывать Виктор, с подачи своего отца, — В девятнадцатом веке физики считали, что свет — это волна. Но любой волне (звуковой, морской) нужна среда для распространения. Ученые предположили, что вселенная заполнена эфиром — неподвижным, прозрачным и сверхпрочным веществом, в котором «плывет» свет.

Если эфир неподвижен, а Земля летит сквозь него вокруг Солнца со скоростью около тридцати километров в секунду, то на поверхности Земли должен возникать встречный «эфирный ветер». Скорость света, пущенного навстречу этому «ветру», должна отличаться от скорости света, пущенного перпендикулярно ему.

Альберт Майкельсон и Эдвард Морли создали сверхточный прибор — интерферометр. Принцип его работы был такой.

Луч света из источника попадал на полупрозрачное зеркало и делился на два перпендикулярных луча (А и Б).Лучи проходили одинаковое расстояние, отражались от дальних зеркал и возвращались обратно.На экране они соединялись, образуя узор из светлых и темных полос (интерференционную картину).

Если бы «эфирный ветер» существовал, один из лучей из-за сопротивления среды задерживался бы сильнее другого. При повороте прибора картинка на экране должна была заметно смещаться. Прибор поворачивали в разные стороны, проводили измерения днем, ночью, летом и зимой (когда Земля движется в разные стороны по орбите).

Результат всегда был нулевым. Картинка не менялась. Скорость света оставалась абсолютно одинаковой во всех направлениях, независимо от