Ловушка для мастера - Александра Лисина

уже числилось мое имя. Потом внимательно сверила мою физиономию с имеющимся в базе фото. Так же внимательно изучила мой пропуск, просветила меня самого на определителе ауры и только тогда подтвердила, что мне позволено пройти дальше.

Дверь они, кстати, открыли сами, и лэн Корхо сказал, что поскольку я — лишь гость, то спецпропуск на территорию экспериментального отдела мне не дадут. Поэтому в каждый свой приход я, чтобы попасть внутрь, должен буду заново проходить процедуру идентификации личности.

Ах да, еще на посту мне торжественно вручили длинный белый халат и бахилы, чтобы я не топал по экспериментальному отделу в уличной обуви. А на будущее и вовсе попросили приносить с собой сменку.

Я прямо родную школу вспомнил, когда об этом услышал, но — везде свои правила, поэтому протестовать не стал и просто молча проследовал за куратором на место своей будущей стажировки.

Пройдя через длинный коридор, полный множества дверей с электронными замками, лэн Корхо свернул за угол и через некоторое время остановился возле кабинета, рядом с которым висела табличка: «Начальник научно-экспериментального отдела».

Деликатно постучав, но не услышав ответа, он нахмурился. Потом аккуратно подергал ручку — дверь оказалась заперта. После чего озадаченно поскреб затылок, немного подумал, потоптался на месте, но потом махнул рукой и повел меня дальше.

Самое же интересное, что по дороге нам так никто и не встретился. Научно-экспериментальный отдел будто вымер. Ну или же собрался всем коллективом на планерке.

В итоге мы добрались до самого конца коридора, где виднелась открытая нараспашку дверь. Табличка рядом с ней имела порядковый номер тридцать два и гласила, что перед нами лаборатория.

Лэн Корхо, осторожно высунувшись из-за угла, еще осторожнее в нее заглянул. А потом поманил меня пальцем и тихо-тихо, буквально на цыпочках, просочился внутрь, знаком показав, чтобы я не отсвечивал.

Когда я следом за ним зашел в лабораторию, то увидел большую комнату, в которой и правда собралось достаточно много народу. Человек пятьдесят навскидку. Мужчины, женщины… все в халатах, некоторые даже в костюмах типа медицинских. Большинство присутствующих сидело за столами. Те, кому не хватило места, тихонечко стояли вдоль стен. А у противоположной стены нервно расхаживал и достаточно эмоционально отчитывал собравшийся коллектив невысокого роста полноватый и лысоватый старикан, при виде которого я изумленно замер.

Некрасивое лицо, большие «совиные» глаза, всклокоченные седые лохмы…

Да ну, не может быть!

Это оказался не кто иной как лэн Лиен Дэсхэ! Видный ученый, профессор, весьма известный и достаточно эксцентричный человек, а также великолепный теоретик, прекрасный маготехник, маг почти с таким же Талантом, как у меня, и вечный оппонент тана Альнбара Расхэ, которого я не так давно видел по родовой памяти.

Черт возьми!

Что он делает здесь⁈ В Институте? Он же работал на военное министерство. У него даже своя лаборатория когда-то была. И он возглавлял экспериментальный отдел в спецлаборатории при особом отделе, в недрах которой некогда зародился в том числе и уникальный проект «Импульс».

— … Это никуда не годится! — тем временем всплеснул руками лэн Дэсхэ, продолжая расхаживать туда-сюда перед аудиторией. — Сроки почти по трети проектов не соблюдаются! Выполнение поставленных задач регулярно задерживается! Как при таком отношении к работе вас вообще еще не разогнали к дайновой матери, я не понимаю!

— Новый глава экспериментального отдела, — наклонившись, шепнул мне лэн Корхо. — Говорят, он в военном министерстве много лет до этого проработал. Всего неделю назад к нам перевелся и сразу же армейские порядки начал устанавливать.

Я мысленно присвистнул.

Это что же, лэну Дэсхэ в особом отделе неуютно стало? Или он на старости лет решил поискать работу поспокойнее?

— Как же его из министерства-то отпустили? — так же тихо поинтересовался вслух я. — С такими знаниями, как у него, оттуда просто так не уходят.

— А он вроде как две должности сейчас совмещает, — пояснил куратор, осторожно косясь на обсуждаемое лицо. — В нашем экспериментальном отделе в том месяце старый глава уволился, а этого вроде как на замену прислали. Говорят, что временно.

Ах вот оно что…

Тем временем аудитория благоговейно притихла, пока профессор продолжал одно за другим вспоминать чужие прегрешения. То ему было не так, это не этак…

Впрочем, когда я прислушался, то понял, что повод для раздражения у лэна Дэсхэ действительно имелся: оказывается, с безопасностью в институте дело обстояло хорошо, а вот с дисциплиной как-то не очень. Местный народ, походу, привык работать в расслабленном режиме, когда требуют мало, а платят прилично, когда можно опоздать с утречка в одэ-рэ, а в паро-рэ и вовсе на работу не выйти. Понятно, что при таком подходе ждать хороших результатов от отдела не стоило. И лэн Дэсхэ от души прошелся по выявленным нарушениям, не пожалев для этого ни эмоций, ни выражений. Причем некоторые сотрудники после такой отповеди откровенно морщились, особо совестливые даже отводили глаза. А вот кому-то, напротив, все было по фигу — я заметил, как одна дама на последнем ряду во время разноса деликатно зевнула в кулачок, а другая и вовсе потихоньку что-то начала читать в своем браслете.

К слову, лэн Дэсхэ заметил обеих и обеих же отчитал в присутствии всего коллектива. После чего первая дамочка отчаянно покраснела и опустила голову, пытаясь спрятаться за спиной стоящего рядом мужчины, тогда как вторая и вовсе схлопотала полноценный выговор и, оторвав взгляд от идентификатора, удивленно захлопала глазами, словно не понимая, за что.

— Все, — жестко закончил свою эмоциональную речь профессор. — Отныне вы или начинаете работать по-новому, или покидаете отдел. Никого жалеть не буду. Лучше я уволю вас всех к дайновой бабушке и наберу тех, кто хочет и готов работать, чем продолжу отношения с коллективом, которому на все начхать. С этого дня у нас вводится жесткий распорядок. Перерывы, которые вы себе устраивали по полтора рэйна и больше, будут сокращены и строго регламентированы. Изменится система отчетов. Для некоторых подразделений отчеты станут еженедельными, а для кого-то и ежедневными. Плюс в отделе будет внедрена система штрафных баллов, которая начнет учитывать все ваши проступки: опоздания, отсутствие на рабочем месте без уважительных причин, нарушение сроков по сдаче материалов… По итогам месяца баллы будут суммироваться и напрямую влиять на размеры ваших премий. Соответствующий приказ и уведомление каждый из вас сегодня же получит на внутреннюю почту. Вопросы есть?

Он обвел притихший, внезапно осознавший неотвратимость перемен коллектив строгим взором. Но вопросов, как и ожидалось, не поступило, так что пожилой