Невозможно забыть - Юлия Витальевна Кажанова

– Мы так не договаривались. Это…

– Это только начало! Не противься, Кристина, ты ведь тоже хочешь меня. Смотри, какая влажная. – И специально проникаю двумя пальцами глубже, чувствуя, как там всё сжимается. Чёрт, какая же она узкая! Сергей вообще с ней не спал?

– Я не хочу! Вернее, не знаю! Стой, так нельзя! – Пытается перевернуться, но я ложусь сверху и прижимаю её. Она упирается руками, но потом падает на подушки.

– Тихо, Хрустальная. Я только помогу тебе расслабиться, а заодно покажу, что со мной не так и плохо. Ты боишься брака со мной? Не стоит. Обещаю, я буду преданным мужем. Никаких любовниц!

– Вы все так говорите, а потом, пока не видят, грешите.

– Нет, я даю слово Страхова, а оно значит куда больше, чем слово твоего мужа-неудачника. Прости, но о его похождениях знали многие, и он даже не скрывал этого. А пока он развлекался, ты томилась дома одна, в холодной постели, такая голодная, – говорю, прикусывая плечико и проникая одной рукой под грудь, а потом сжимаю полушарие, а второй рукой проникаю глубже в трусики.

Молчит, дрожит, сжимает всё так, что я, даже не снимая штанов, готов кончить. Нам однозначно будет хорошо в постели.

– Со мной всё будет не так, Кристина! Ты никогда не будешь одна! Моё сокровище всегда будет рядом, в тепле и удовлетворённая! Только скажи, где хочешь? На полу у камина, в гостиной в кресле? А может, разложить тебя в столовой на обеденном столе? Обещаю трахнуть тебя и в машине, пока будем ехать домой. Чёрт, да я тобой не смогу насытиться, и ночи мне будет мало. Приезжай ко мне в офис, и я прижму тебя к окну на сороковом этаже, чтобы войти так глубоко, что ты звёзды увидишь!

– Господи, Ник, а ты можешь думать не о сексе? – стонет и выгибается мне навстречу.

– Когда ты рядом, это трудно. Кончи для меня, маленькая. Хочу увидеть твой взгляд, полный наслаждения. – Ловко переворачиваю Кристину и вижу, как она недовольна, когда моя рука покидает её мокрые трусики.

Теперь девушка лежит на спине, и я, замерев, смотрю на её румяное личико и распахнутые губки. Она дышит так тяжело, что грудь часто поднимается вверх и манит меня. Накрываю её рукой и начинаю мять, вызывая стон хозяйки.

– Ник, стой, так нельзя. Я же совсем тебя не знаю!

– Так мы сейчас и познакомимся.

И опять накрываю её губки поцелуем и скольжу рукой по животику. Кристина сжимает ножки, но это для меня не преграда. Даже её ручки, которые вцепились в меня, не помогут, ведь я уже в трусиках и опять ласкаю нежные складочки, вызываю очередную волну дрожи.

Усиливаю давление и глубже проникаю пальцами, а одновременно вторгаюсь в сладкий ротик языком. Как же мне хочется взять её! Но малышка достойна больше, чем просто траха в самолёте. Да и я хочу, чтобы она сама пришла ко мне, а значит, продолжу соблазнять.

А вот это, кстати, звучит как план. Зачем пугать, когда можно приблизить её через страсть! Точно, я доведу её до такой грани, что она сама заставить меня жениться на ней!

Зря я не слушал Глеба, а то начал бы ещё дома. А так столько часов потеряно!

– Кончи, Кристина! Давай, покажи, как тебе хорошо! – шепчу в её губки и чуть отстраняюсь, чтобы видеть наслаждение на её лице.

– Ты невыносим!

– Это только начало! Обещаю, у нас всё будет хорошо! А теперь кончай! – приказываю и вторгаюсь во всю длину, теребя её особую точку.

– Я-я-я… О боже, Ник! – кричит, а потом, распахнув глаза, сотрясается всем телом.

Чтобы не перепугать всех (а то подумают, что я и правда её тут мучаю), глушу крик поцелуем.

Вкусная! Какая же она сладкая и отзывчивая!

– Я не Бог, но мне приятно.

– Ты невыносим! – смеётся, и вот она, знакомая нежная улыбка, по которой я так соскучился.

Верно говорят: «Довольная женщина – удовлетворённая женщина».

Её тело дрожит от удовольствия, и мне тоже хорошо, ведь я знаю, что всё это именно из-за моих ласк.

Ложусь рядом и, обняв своё сокровище, притягиваю её к себе на грудь, чтобы, нежно поглаживая по спине и волосам, дать ей время успокоиться.

– Подумай над моими словами, Кристина. Я не обману.

– Ты о том, чтобы я вышла за тебя?

– Ты и так сделаешь это. Но я хочу, чтобы это было добровольно. Мы отдохнём вместе, и я дам тебе время, чтобы у тебя сложилось хорошее мнение обо мне, – говорю, поглаживая белокурую головку.

– А если я вообще не хочу замуж? – спрашивает и приподнимается, чтобы заглянуть в мои глаза.

– Прости, но брак – единственный способ сохранить твою жизнь! Один раз я отступил, больше я такую ошибку не совершу! – Касаюсь щёчки, а потом заправляю одну прядь, которая мешает мне любоваться её глазами. В них опять играет море чувств и эмоций.

– Почему ты говоришь так, словно… – И замирает. Но я понимаю, о чём она.

– Словно я люблю тебя?

– Не смеши. Разве можно влюбиться в человека, не зная его?

– А если я скажу, что мы знакомы? – Думаю, пора рискнуть.

– Мы?

– Да! Давай, Хрусталик, напряги память, и, возможно, мы избежим многих ненужных вопросов, а ты наконец-то поверишь, что я твой единственный защитник.

Малышка задумывается и, больше ничего не говоря, опять ложится мне на грудь.

Правильно, вспоминай. Ведь именно ты однажды взяла с меня обещание, которое я хочу выполнить.

Глава 21

Кристина

Как заснула, не помню, а вот просыпаюсь от нежного поглаживания по волосам. Нехотя приоткрываю глаза, так как в теле чувствуется усталость, а ещё – лёгкий огонёк желания. Да, я всё помню, и, смотря сейчас на Николая, который разлёгся рядом и с интересом наблюдает за мной, я понимаю, что хочу ещё!

Вопрос только в том, хочу ли я продолжения или лучше найти другого мужчину? Может, моё тело за целый год так изголодалось, что любого подавай?

– По глазам вижу, опять ушла в свои мысли. Тебя что-то беспокоит? – спрашивает и нежно заправляет прядь моих волос.

И как к нему относиться? То он рычит, то соблазняет, то опять рычит. А теперь улыбается. Я-то считала, что это девушки непостоянны, но нет, Страхов обошёл всех!

– О тебе размышляю, – сознаюсь и, присев, кутаюсь в одеяло, так как, оказывается, я практически голая.

– Мне нравится ход твоих мыслей! А о чём конкретно?

– О том, через сколько ты начнёшь рычать.

Николай замирает, даже голову