Дневник великого князя Дмитрия Павловича, 1906–1907 гг. - Дмитрий Павлович Романов

Январь 17-го

Вот сегодня было утром мне страшно, у меня был первый урок истории с новым учителем (его зовут Галаван), он меня по всему спрашивал, и я не густо знал, ой, ой, не густо. Днём у меня был Б. Ион., кот[орый] теперь будет приезжать к нам на три дня в неделю. Анатомию я не забыл, сегодня было про глаза, очень интересно. Сегодня умер, т. е. вчера, бедный прадедушка[21], но он тихо, и хорошо, и безболезненно скончался, потому что он умер только от старости. В шесть часов была для него панихида, ужасно теперь я не люблю панихиды, потому что это так напоминает панихиды по дяде[22], которые я так страшно часто слыхал в Москве. Я иду спать, завтра трудный день, много уроков готовить, это вот неприятно, потому что я, пожалуй ещё, не успею, вот скандал будет, Г. М. будет ругать меня страшно. Я каждый день получаю новые инструменты от Прокофьева. Он немножко скучный становится со своими новыми инструментами.

Января 18

Сегодня я хорошо учился по географии и анатомии, потом по русскому ничего, а вот по арифметике это не особо хорошо. Сегодня умер старик Михаил Павлович Данилов[23]. Наверно, тёте в Москве очень жалко, что он умер. А ужасно нехорошо, с тех пор, как я собирался написать тёте письмо, все так и не собрался и не написал. Ужасно стыдно, я сам это сознаю, а все-таки никак не могу собраться с духом.

Я вдруг стал больше играть в солдаты с Борей[24], это довольно курьезно, потому что мне одно время солдаты надоели. Я все хочу после обеда поработать, стружку пустить, а все никак не могу. Я все думаю, что это, кажется, немножко стыдно, потому что уж мне 14 лет, а все люблю в солдатики играть. Сегодня был, что очень странно, маленький мороз, только 12 градусов, я гулял, конечно, в осеннем пальто. Завтра будет урок истории только второй, это очень страшно, потому что я не ахти как знаю историю. Напр[имер], последний раз я не знал, что такое феодализм, это довольно стыдно, но это неудивительно, потому что я почти два месяца не учил историю.

Январь 19 числа

Я так много сегодня гулял, что просто удивительно, кажется, три часа с лишним. Сегодня разговор был про 4-е, мне, по правде сказать, совсем не хочется ехать на этот день в Москву. Ну хорошо, это оставим предположение, что Тётя хочет провести этот день одна, мы вдруг явились, что выйдет, что с нашей стороны будет принуждение и со стороны Тёти, которая думает, что мы хочем туда приехать, будет жертвовать для нас. Нет, по-моему, лучше будет остаться здесь, потому что боюсь, что если мы туда поедем, то мы больше не вернёмся сюда, а останемся в Москве, что будет очень скучно, нам здесь так хорошо.

Января 20-го числа

Страшно хочу спать, положительно не могу писать. Обедали мы дома, я страшно шалил, было очень весело. Завтра будет новый учитель, ужасно страшно. Я, наверно, не буду знать ничего, вот скандал будет.

Января 23

Сегодня завтракал у дяди Ники, завтракал тоже деж[урный] флигель-адъют[ант] Нирод[25], он мне ужасно нравится, и такие интересные вещи он рассказывал про Константинополь. Мне также очень нравятся его глаза, они как-то светятся. Днём был м. Вельтер у меня, был урок, он остался очень доволен моим сочинением. Вечером в половине шестого мы пошли с Борей на санках кататься, было ужасно весело. Я сегодня первый раз слышал крик совы, довольно неприятный звук, как-то она особенно орёт, так жалобно, фу, как неприятно.

Января 24

Завтракал у д. Ники, завтракал Чакрабон, который завтра уезжает, и Воронцов.

У меня опять сделался ужасный фурирь[26], мне как-то везет на фуриры перед Воронцовым, вот уж второй раз, как я перед ним чуть-чуть не умираю. Вечером я готовил уроки и Г. М. заставил меня идти гулять, что я вовсе не хотел, так что была очень скучная (правда, маленькая) прогулка, я молчал как рыба. Завтра ужасно много уроков будет — арифметика, история <нрзб>. Дай-то Бог, чтобы я хорошо знал бы эти уроки, ну, авось, хорошо будет.

Января 28

Только что вернулся от Ольги[27], было не очень весело, хотя лучше, чем было две недели тому назад. Там я получил очень хороший подарок от дедушки[28] — часы. Очень хорошо, мне страшно нравятся они. Ксения[29] вернулась с дядей Сандро[30], она все такая же хорошая, она мне очень нравится. Сегодня приходил Прокофьев, но он не приносил инструменты, а наоборот, даже взял некоторые.

Января 31

Только что читали «Знак четырёх» про Шерлока Холмса, адски интересно, так просто нельзя кончить. Завтра мы едем в Москву в половине 10-го, и, надеюсь, только на три дня, не больше. Не знаю, что со мною, как много дней не писал.

Сегодня вечером гулял с Борей, кажется, вышло маленькое огорчение с мадмуазель, которая на что-то обиделась, и, кажется, я замешан в эту историю, ай, нехорошо. Я даже рад, что мы едем в Москву на несколько дней, это, кажется, очень стыдно, но там нам будут очень рады.

Февраля 1. Царское село

Тому три дня написал Тёте письмо, и вот сегодня получил ответ. Тётя предлагает причаститься, когда мы приедем, и я чувствую, что я не могу исповедоваться, совсем не настроен, и вдруг ни с того ни с сего, хлопс, извольте исповедоваться. Нет, я надеюсь, что Тётя откажется от этой несчастной мысли. Наверно, Тётя будет страшно нежна с Марией, потому что она такими нежными письмами ее угощала, а я, бедный, останусь в стороне, потому что я ещё маленький, слава Богу, 14 лет мне, а я ещё на положении маленького, фу, гадость. Только что я вернулся с катанья с дядей Ники и тётей Аликс. Мне не было особенно весело, потому что лошади страшно тянули и почти чуть-чуть не понесли, вот была бы история. Решено! Завтра мы едем в Москву, чтобы, слава Богу, на славу Тёте, вернуться через три дня. Или тётя приедет с нами, или останется до первой недели вел[икого] поста… Вот отрывок из Тётиного письма: «I have had morning and evening service and thought of taking the communion at 7½ in the blue church then taking coffee, and