Пеле. Бразильская самба. Неспортивные заметки - Вадим Эмильевич Верник

– А как это возможно? Где? Когда?

Оказывается, в январе будущего года Пеле должен был прилететь в Москву в рамках рекламной кампании своего именного кофе, и его менеджер выбрал наш проект «Субботний вечер со звездой» для эксклюзива с великим футболистом.

Что ж, есть причина для гордости и ликования! И все же.

Когда в рамках «Субботнего вечера» я снимал фильмы о Майе Плисецкой, Галине Вишневской и Мстиславе Ростроповиче, об Инне Чуриковой и Олеге Табакове, об Андрее Вознесенском и Юрие Башмете, то попадал в понятную для меня среду обитания.

А Пеле!

Я только помнил с детских лет песню, которую бодро исполнял Эдуард Хиль: «Мы знакомы с Пеле и Гарринча, мы знакомы с Эйсебио лично…». Я и сейчас могу ее напеть. Но я никогда не задумывался о том, что стоит за этими фамилиями. Никаких знаний у меня не было, футбол я никогда не смотрел. И вообще, мне гораздо ближе позиция Старика Хоттабыча, который недоумевал, зачем такое количество людей бегают за одним мячом, – лучше каждому раздать по мячу, что он волшебным образом и сделал.

Так что моя предполагаемая встреча с Пеле – это «сильно комичный номер», как любила говорить в курьезных ситуациях мама. Но при этом я отлично понимал, что отказаться от такого заманчивого предложения никак не смогу. Это ведь и определенный вызов, вызов самому себе. И я с драйвом окунулся в совершенно незнакомую мне стихию.

О своей встрече с выдающимся футболистом всех времен и народов я расскажу в этой книге. Наш разговор не о забитых голах и спортивных достижениях, о которых искушенная публика знает наизусть, а о душевных переживаниях, внутренних метаниях, о жизненном пути, полном счастливых моментов и драматических ситуаций.

И еще. Встреча с Пеле, впечатления от нашего общения, – все это повлекло за собой более внимательный и более пристальный интерес к спорту. В дальнейшем на выдающихся спортсменов я стал смотреть сквозь призму Пеле, пытаясь уловить этот феномен успеха, когда ты поднимаешься на небывалую высоту. И в книге, помимо главной персоны, появятся самые яркие герои мирового спорта, с кем мне посчастливилось общаться. Каждый из них обладает особым даром, и ему нет равных. Это и есть синдром Пеле, объединяющий моих собеседников.

Итак, в путь!

Вадим Верник и Ирина Роднина. Лейк-Эйрохед, США. На съемках документального фильма о легендарной фигуристке.

1997 год.

Пеле и Вадим Верник на съемках документального фильма «Пеле».

1997 год.

Футбол, «Библиотека», Роберт де Ниро

К своей встрече с Пеле я, конечно, начал готовиться заранее. Главным проводником в незнакомый мир стал режиссер проекта «Субботний вечер…» Давид Ройтберг. Вот уж кто был яростным фанатом Пеле! Он мог часами увлеченно и подробно рассказывать о его триумфах, все время демонстрировал видео матчей со своими комментариями, и мне оставалось только одно – верить ему на слово. Ведь я сам был чистый лист, на котором можно было рисовать любые схемы и комбинации.

Кроме того, я пообщался с известным журналистом и телевизионным обозревателем Игорем Фесуненко, написавшим книгу «Пеле, Гарринча, футбол…». Фесуненко с 1966 по 1971 год работал в Бразилии корреспондентом Гостелерадио, часто посещал матчи с участием Пеле и тоже был его невероятным фанатом. Фесуненко рассказывал мне и про Гарринчу. Многие называют его лучшим правым крайним нападающим в истории футбола, а в бразильском национальном футболе он вечный второй – после Пеле, но это тоже выдающийся карьерный результат. Тем более, что от природы у Гарринчи одна нога на шесть сантиметров короче другой, и его родители были счастливы, что мальчик в принципе смог ходить…

Пеле и Вадим Верник на съемках документального фильма «Пеле».

1997 год.

Пеле и Гарринча.

1968 год.

И все же на вершине пьедестала был один только Пеле.

С какой трепетностью и любовью Игорь Фесуненко показывал мне сохранившийся билет на один из матчей с участием Пеле! Билет лежал у него дома на массивном письменном столе, на самом видном месте, под стеклом. Если бы в коллекции Фесуненко оказался оригинал «Джоконды» Леонардо да Винчи, неизвестно, какой объект был бы для него ценнее. Игорь Леонидович не менее увлеченно, чем режиссер Давид Ройтберг, рассказывал о том, как искусно Пеле забивал мячи в ворота противника. Я внимательно слушал его и все больше понимал, что мне самому интереснее совсем другое. Пеле как личность, его характер, взгляды, семейные ценности. Тем более, что обо всем этом мне предстояло узнать из первых уст.

Я чувствовал, как завидует мне, по-хорошему или нет, сам Игорь Фесуненко, – он наверняка хотел оказаться на моем месте. А в результате вынужден был довольствоваться отведенной ему ролью переводчика. Мизансцена на съемке была такая: мы с Пеле в кадре, а Фесуненко сидит за моей спиной и шепотом синхронно все переводит.

Впрочем, для нашего фильма я взял у Игоря Леонидовича небольшое интервью, и он поделился любопытными подробностями из жизни нашего героя.

Рядом с Пеле мне предстояло провести несколько дней. Сначала – съемка интервью, затем – презентация «Кофе Пеле», далее – прием в его честь в посольстве Бразилии, а еще посещение московской мэрии.

Пеле остановился в отеле «Балчуг Кемпински». Там же мы решили записать интервью. Тем более, что в отеле есть идеальное для этого место – просторный и уютный зал под названием «Библиотека».

Для меня зал «Библиотека» в «Балчуге Кемпински» – знаковое место. Так случилось, что именно там произошло несколько очень важных в моей журналистской судьбе встреч. Первая – для программы «Полнолуние», с выдающимся японским модельером и дизайнером, основателем бренда Kenzo Кендзо Тагада.

Именно в «Библиотеке» в начале 2000-х я снимал телевизионную беседу с Дмитрием Хворостовским. Впервые мы встретились в 1990 году: только что 28-летний солист Красноярского оперного театра победил на конкурсе в Кардиффе и получил титул «лучшего певца мира». Перед ним открывался весь мир в прямом смысле. Так возникло интервью для «Недели», где я тогда работал. Помню наше знакомство: навстречу мне быстрой походкой идет молодой человек модельной внешности с широкой открытой улыбкой и седой копной волос, отчего, как ни странно, он выглядел еще моложе. И вот новая встреча, 10 лет спустя. Теперь уже Хворостовский суперзвезда.

Вадим Верник и Кендзо Тагада на съемках программы «Полнолуние».

1994 год.