Застенчивый монстр - Натали Рик

— Пожалуйста, ваш кофе, — аккуратно ставлю перед ним дымящийся напиток.

— Спасибо, — дежурно кивает, отлепляя взгляд от окна, и поворачивает голову, вскидывая на меня большие выразительные глаза.

Серые. Но не просто серые, а с россыпью золотистых крапинок, словно в них спрятаны крошечные звёздочки. Сначала они кажутся светлыми, почти прозрачными, но вдруг темнеют, когда он сталкивается глазами с моими.

Ой. Ой — ой.

Будто маленький электрический разряд пробегает от кончиков пальцев до затылка.

— Пожалуйста, — глупо улыбаюсь, впервые в жизни ощущая себя неловко.

Чуть ли не путаюсь в ногах, спешно ретируясь с места происшествия, и прячусь в своей «конуре» за барной стойкой. А что… А как это у него вообще получилось, я не поняла? Милка не любит чувствовать себя неловко. Милке не нравится…

Снова бросаю внимательный взор на столик у окна и вижу, как парень берет в правую руку с широким кожаным плетеным браслетом бумажный стакан. Опускает взор. Бли — и — и — и — н…! Нафига я оставила это дебильное сердечко?

Губы парня легонько дрожат, а уголки дергаются в сдержанной скромной улыбке. Чуть заметно усмехается и застенчиво опускает взгляд…

Боже, ну что за лапа…? Опустив подбородок на, сложенные на барной стойке, руки понимаю, что растекаюсь сладкой розовой лужей.

Начинаю за ним нагло следить. Он же не видит — значит, можно.

Невольно улыбаюсь. В нём всё такое… настоящее. Нет ни пафоса, ни нарочитой позы, ни желания произвести впечатление. Просто парень с кофе, погружённый в свои мысли. И от этого он становится ещё симпатичнее.

Я замечаю, как он достаёт из кармана телефон, что-то набирает, потом откладывает его в сторону. Пальцы у него длинные, с чуть заметными мозолями — наверное, играет на гитаре или много пишет. Мысль об этом почему-то кажется невероятно милой.

Савелий снова берёт стакан, делает ещё один глоток, и на секунду его взгляд встречается с моим. Я быстро отворачиваюсь, делая вид, что проверяю кофемашину, но сердце колотится так, будто я только что пробежала стометровку.

— А че происходит-то, Мила…? — полным серьезности голосом задаю сама себе полушепотом вопрос. — Ну и что ты разволновалась, как девственница перед первым свиданием? — мысленно одёргиваю себя. Но взгляд снова невольно скользит к его столику.

Он улыбается — не мне, конечно, просто чему-то своему. А почему не мне? М? Мог бы и мне поулыбаться!

Дверь в кофейню с грохотом открывается, и на порог заваливается гурьба девчонок.

Пока выслушиваю все пожелания и нюансы, готовлю два капучино на безлактозном и сырный раф, мой милый мальчик уже успевает смыться.

На сердце ложится неприятное разочарование. Ну, и дурак. Я вообще-то ждала, что кто-то захочет со мной познакомиться. Даже немного злюсь. В таком настроении и шагаю к столу, чтобы забрать пустой стакан. В воздухе витает едва уловимый аромат его парфюма — что-то свежее, с лёгкой, но пикантной травянистой ноткой. Я глубоко вдыхаю, пытаясь удержать это ощущение.

Конечно, он ещё и пахнет вкусно. А вонял бы какими-нибудь козьими какашками — было бы не так обидно.

Оставшаяся смена протекает в обычном русле. До восьми утра дожидаюсь сменщицу и сонная плетусь домой. Мысли об очаровательном Савелии иногда проскакивают в голове и ехидно хихикают. Я не люблю, когда мои желания не совпадают с моими возможностями. Он должен был подойти. Возможно, после этого я и думать бы про него забыла, даже скорее всего, у меня так часто бывает… Но сам факт.

Бесшумно скольжу по коридору, чтобы не разбудить Яську, и просачиваюсь в свою комнату. Избавляюсь от одежды и обессиленно падаю на кровать. Взгляд упирается в лежащий рядом ноутбук. Чёрт, ты же ещё выделываешься, надо что-то решать… Тяжело пыхтя, открываю крышку, намереваясь очистить систему и опробовать новый антивирусник, но замираю с застывшим воздухе пальцем.

На заставке рабочего стола, вместо любимого мрачного туманного леса, обычный черный квадрат, а на нём неровным почерком красуется белая надпись, начирканная в самом простом графическом редакторе:

«Красивая девочка…) я нашел твою тайную папку».

— 4 —

Я в бешенстве. В смятении. Сердце лупит за ребрами с такой силой, что стучит в висках.

Пальцы летают по клавишам, пока я суматошно листаю папки в поисках нужной, что спрятана в ворохе других под невинным названием «рабочие файлы» и с паролем, состоящим из девяти разных символов. Там пусто. Пусто!

С досадой ударяю кулаком в подушку, начиная нервно раскачиваться.

Кто-то спёр мои личные фотографии из ноутбука. И ладно бы дебильные селфи, которые легко можно найти и в социальных сетях… Там были фотки откровенного характера. В нижнем белье. В прошлом я как-то замутила такую фотосессию для своего бывшего и единственного парня. Парня со временем пришлось удалить из жизни, а на фотки рука не поднялась, слишком хорошо я уж там получилась. Красиво же, жалко…

Я убью этого хренова шутника. Выцарапаю глаза.

Торопливо перекидываю все важные файлы в облако и сношу к чертям собачьим систему. Ставлю новую. Проверяю все «внутренности» на наличие вредоносных программ. Ближе к часу дня мой компьютер становится девственно чист. Только тогда я позволяю себе хоть немного расслабиться и позволить лечь спать, несмотря на то, что с содроганием жду, когда же в каком-нибудь мессенджере всплывет сообщение от этого урода с моими фотками и требованием перевести бабки.

Хрен тебе на воротник, говнюк, я заставлю тебя подтереться своим шантажом. Пусть хоть папе римскому их отправляет, мне нечего стыдиться. Всё, что принято цензурить, там и так прикрыто, а остальное… Мне стесняться нечего, пускай увидит весь мир.

Мозг оказывается высосан настолько, что я провожу в царстве Морфея практически до вечера. А завтра первый учебный день…

— Милка, подъем! — болезненно морщусь от бодрого вопля подруги, что врывается ко мне в комнату. — Мне скучно, я и так весь день ждала, пока ты выспишься!

Недовольная стекаю с кровати и плетусь в душ. Украдкой проверяю сообщения в телефоне, но несостоявшийся хитрожопый шантажист так и не дал о себе знать.

Через пару часов мне даже удается о нём забыть, мы с Яськой так заняты выбором нарядов на завтра, поеданием пиццы и просмотров нового сезона психологического триллера, что отлепляюсь от экрана телека уже глубокой ночью.

— Эй, ты спишь что ли? — пихаю сопящую подругу в бок.

— Я, в отличие от некоторых, не пускала слюни в подушку весь день, — недовольно бубнит, с уютом кутаясь в плед.

— Я, в отличие от некоторых, работаю! —