Конд Корви. Его Невозможное Величество - Татьяна Геннадьевна Абалова

– Я не понимаю, что вы говорите, – сумела выдавить я из себя. Во рту пересохло, и язык отказывался подчиняться.

– Вегозе? – мой собеседник был высок, и мне приходилось задирать голову.

– Вегозе, – подтвердила я, догадавшись по его удивленному лицу, что он недоумевает, почему я не говорю на их тарабарском языке. В этом гараже явно орудует какая–то сицилийская мафия.

Здоровяк внезапно взял обе мои руки в свои лапищи и повертел ими так, будто осматривал, достаточно ли они чистые.

– А, вы ищете кольцо? – догадалась я и, вытянув свои пальцы из его ладони, поспешила открыть карман куртки. – Я не хотела брать, ваш друг сам сунул его. Насильно.

Я, наконец, расстегнула молнию и вытащила перстень. Тут же протянула его мужчине.

– Забирайте, мне чужого не нужно.

Но здоровяк поступил иначе. Повертев перстень в руках и печально вздохнув, поскольку заметил на нем следы крови, вдруг снова сунул мне его в руки.

Да что же здесь происходит?

– Меня зовут Лоури. Я личный слуга Его Величества, – я изумилась, когда он заговорил на понятном мне языке. Никакого акцента. К чему весь цирк? Почему сразу не пообщаться со мной на русском, мы же не в какой–то там Европе? – Я хотел поговорить с вами о моем хозяине и узнать, почему он оказался в таком состоянии?

– Меня зовут Полина, – представилась я, едва совладая с голосом. – Но мне нечего сказать о… Его Величестве.

Только сейчас до меня дошло, что люди с пиками тоже опознали найденыша как «Величество».

– Я нашла его на скамейке и помогла добраться до гаража. Это ведь гараж? – мое лицо само по себе скривилось в плаксивой гримасе. Я уже ничего не понимала и находилась на грани истерики. – И мне не нужно его кольцо. Мне ничего от вас не нужно, просто выведите меня на улицу.

Последние слова я произнесла, настойчиво возвращая кольцо здоровяку.

– Стерце тори, – он опять перешел на тарабарский. Лоури повторил фразу еще раз, с силой надевая перстень мне на палец. – Стерце тори фаше.

Как только кольцо село на место, я снова начала понимать здоровяка. Последняя фраза переводилась как: «Не снимай это кольцо».

– Так вот почему я понимаю вас! Все дело в кольце! – дошло до меня наконец. Лоури сдержанно кивнул, а у меня подкосились ноги.

Глава 2

В моих руках находилось нечто, не свойственное пониманию обыкновенного обывателя. Выходило, что кольцо, то есть фаше, как его назвал верзила – шпионский переводчик? Тогда получается, что пострадавший, раз уж его кличут Величеством – это местный дон Карлеоне?

Меня вновь посетили мысли о мафии. Тогда все складывалось логично: и франтоватая одежда, и длина волос, и начищенные до блеска дорогущие туфли – их я тоже заметила. А все это гротескное окружение: мечи, пики, шкуры убитого медведя – дурной вкус любящих все яркое южан. Что вообще у этих сицилийцев в голове?

Лоури, прислонив мое тело к стене, похлопал меня по щекам.

– Я не теряла сознание! – толкнула я мужчину в грудь. – Всего лишь подкосились ноги. И не смейте больше прикасаться ко мне.

Лоури сразу же убрал руки, но я так и не отлипла от стенки. Я находилась в смятении. Мою бедную голову распирали мысли и догадки. Начиная с того, что я заснула в кафе и вижу странный сон о мафии, завершая идеей, что я ударилась головой о лед и теперь нахожусь в реанимации. Ну просто не может быть все это явью!

– Но почему кольцо так странно действует? – я попыталась рассуждать логически. – Где наушники, чтобы перевод слышался синхронно? – я залезла пальцами в уши. – Да и у вас я ничего не вижу. Я что, сейчас говорю на сицилийском?! На самом деле? Раз, два, три! Алло–алло! На дворе трава, на траве дрова….

Я осеклась, споткнувшись о пристальный взгляд. Словно Лоури осуждал мою чрезмерную болтливость и жалел о напрасно потраченном времени.

– Да, Паулина, перстень – артефакт, – косматые брови и седина в волосах личного слуги Его Величества настраивали на серьезный лад, но вот слово «артефакт» как–то не вязалось с умудренным возрастом моего оппонента. Если он не шутит, то издевается. – Давайте пройдем в более удобное место. Я хотел бы кое–что выяснить про своего хозяина.

– Хорошо, – кивнула я, не став исправлять свое имя. Еще немного и я навсегда забуду всю эту шайку–лейку. Конечно, при условии, что я здорова и все происходящее – не сон. – Только далеко я не пойду. И еще: поклянитесь, что после нашей беседы вы сразу же выведете меня наружу.

– Будьте спокойны, все ваши желания выполнятся. Я сам не смогу, но вот Его Величество вполне, – поняв, что я пошла на контакт, Лоури воспрянул духом. – Нужно только понять, что с ним произошло.

Мы вернулись в голубую комнату, где мне предложили сесть на диване, что я и сделала – ноги просто не слушались, тогда как Лоури поднял опрокинутый стул и устроился напротив меня.

– Лекарь не берется привести короля в чувство, – продолжал увещевать меня слуга дона Карлеоне, – пока не выяснит, чем на него воздействовали: физической силой или магией. От ваших слов зависит способ лечения.

– Силой или магией? – мой рот опять пересох. Это не мафия. Это дурдом. Боже, во что я вляпалась?

– Простите, но я был вынужден похлопать вас по щекам.

Я нашла себя полулежащей на куцем диванчике, а надо мной стоял смущенный Лоури.

– Все в порядке! – я, еще плохо соображая, быстро поднялась.

– Как–то не складывается у нас разговор, – личный слуга дона Карлеоне сел на стул. – Может быть, стоит объяснить, куда вы попали?

– Будьте любезны, – я повертела на пальце кольцо просто потому, что не знала, куда деть руки. Неловкость, сюрреализм происходящего и растущая тревога – вот предвестники истерики, которая готова была накрыть меня.

– Вы прошли к нам через портал, соединяющий наши миры. Сейчас вы находитесь в Рогуверде – древнем королевстве, которым правит спасенный вами человек.

– Но он такой молодой!

– Двадцать два года – вполне приемлемый возраст. История знавала более юных правителей. Конду пришлось занять место короля после убийства его дяди и отца.

Я кивнула. В этой части беседы Лоуренс не произнес ничего странного. Подобное случалось и у нас.

– Вы что–то говорили о магии. Что, на самом деле в Рогуверде бытует волшебство?

– Бытует, – улыбнулся Лоуренс. – Мы с вами сейчас находимся в самом большом артефакте из всех возможных. Наш замок сам по себе один