Утопающий во лжи 16 - Лев Жуковский

Хотя я знал, как это можно было исправить. Правда самой Алатеи это уже никак помочь не могло.

По крайней мере в первые мгновения, изменить конструкцию потоков энергии пси она не сумела, с ее-то жалкими параметрами. А что произошло бы дальше, сумела бы Алатея перенастроить частоту псионического удара, изменить ритм вибрации ритуальных эмиттеров, подобрать ключ к моей иллюзорной броне, этого уже никто никогда не узнает. Эта возможность, эта призрачная развилка судьбы, навсегда осталась в чертогах не произошедшего. И сам вопрос, удалось ли бы мне, используя энергию Бездны, вырваться из этой ловушки, лишь имитируя работу навыка Рывок сквозь багровый туман, теперь был не более чем праздным любопытством.

Ведь даже в теле ложного аватара, с помощью навыка Рывок сквозь кровавый пепел, мне энергии Силы души затратить пришлось всего 57,3 единицы (3828,4). Что выглядело почти смешно, ведь вырваться из ловушки оказалось слишком просто. Особенно когда я считывал мысли этой хитрой твари, эти суетливые, лихорадочные, копошащиеся в её разуме нити надежд и расчётов. На что она надеялась? Уж не на то ли, что сможет захватить тело титана, готовящегося стать Богом? Тело, которое я взращивал в крови и пламени, в боли и отречении, рискуя всем?

Может, ей стоило развить интеллект хоть немного выше первого божественного предела, прежде чем разевать пасть на такие куски? Дилетанты. Одно слово, дилетанты, нахватавшиеся обрывков древнего знания и возомнившие себя пауками, способными опутать своими нитями самих повелителей миров. Ей бы с лордом Асхоком встретиться, вот он-то и был воплощённой её мечтой, истинным титаном на пороге божественности. Это было бы любопытно понаблюдать, отстранённо, со стороны, как наблюдают за схваткой двух пауков, посаженных в одну банку. Учитывая, что параметры Асхока однозначно превосходили третий божественный предел, тогда как я и второй-то ещё не сумел преодолеть. Наивные ничтожества, жаждущие могущества без риска для собственной души. Вот их кредо. Вот их позорная, мелкая, дрожащая суть.

Но стоит, конечно, отдать ведьме должное. Даже настолько превосходя её по параметрам, проникнуть в её глубинные слои памяти мне так и не удалось. Они были спрятаны где-то очень глубоко, качественно укрыты слоями псионической паутины, замурованы в чертогах её паразитического сознания. Правда, дело было скорее в том, что времени копаться там у меня было не так уж много, даже остановившееся время имеет свои пределы, свои незримые границы, в которых неумолимо проходят. Но определённые выводы я успел сделать. И, основываясь на них, ударил.

Атаковал максимально агрессивно, не оставляя ни щелей, ни зазоров, в этом ударе, в потоке моей губительной энергии. Уничтожая тех шаманов, что давно потеряли свой разум, чьи души уже сгнили заживо под гнётом паразитической воли, и теперь управлялись непосредственно тварью Алатеей, словно жалкие марионетки на гнилых нитях. Не древль. Не духовный симбионт. А псионическая сущность Мирайт, тварь, сродни Ваироши, но куда менее могущественная, куда более примитивная на его фоне, не имеющая даже материальной основы, одна из разновидностей старших духов D ранга.

Да и под прямым контролем она не могла удерживать тысячи подчинённых. Лишь затуманивала их разум, сродни иллюзорному червю или Анораку, тем низшим, псевдоразумным сущностям, что бродят по мирам, отыскивая всё новых жертв. Те, правда, тела свои поменять не могли, просто сжирали несчастных, питаясь таким образом их душами, их памятью и силой. Но что с них взять, с этих жалких отродий.

Мирайты же были иными существами. Не имея собственного тела, обладая лишь тонкой, дрожащей псионической проекцией, они странствовали, словно голодные нурглы во время зимовья, по телам своих жертв. Перебирались, словно из шатра в шатёр, оставляя за собой лишь обглоданные оболочки бывших разумных существ. И, в отличие от древлей, они не стремились расплодиться в бесчисленное воинство. В этом Мирайты были более разумны, более скрытны, более хитры. И оттого, куда опаснее, что и доказала Алатея.

Считав даже поверхностный слой памяти этой ведьмы, я принял решение даже не пытаться вести переговоров. В этом не было ни малейшего смысла, хотя бы потому, что она уже успела протянуть множество ментальных щупалец к моим драгоценным подчинённым, к тем немногим, кто ещё оставался у меня после долгих, изматывающих сражений и потерь. Я ощущал эти щупальца самой душой, холодные, влажные, мерзкие, словно слизкие языки глубинных тварей Бездны, ищущих добычу в кромешной тьме и первородном хаосе.

Правда, учитывая разветвлённость сущности Алатеи по десяткам тел шаманов гноллов, тех самых, что пользовались псионическими эмиттерами, появлялась определённая проблема. Тонкая, паутинная, требующая особой деликатности проблема, разрешать которую следовало с невероятной точностью.

Ведь пробив мечом света её душу, ту её часть, что обитала в теле хрупкой девушки хумана Е ранга, там, где она пульсировала ярче других, я не ощутил её гибели. Притянув затем все остальные тела гнолов, окутанные и пробитые ледяной паутиной, насыщенной моим истинным светом, изломанные, дрожащие, в каждом из которых ещё чувствовалась её малая часть сознания и души, и насытив уже их тела истинным светом, я по-прежнему не получил того окончательного, удовлетворяющего мою душу ощущения, что сущность мирайта Алатеи уничтожена окончательно.

Ведь пусть тварь и ошиблась, в одном, в крохотном, в роковом для неё расчёте, покусившись на слишком могучую для нее цель, но о собственной жизни она, успела позаботиться заблаговременно. И это несмотря на тот факт, что всё происходящее заняло у меня хорошо если десятую часть одного-единственного удара сердца. Мгновение, в которое уместилось больше сотни действий.

Но даже атака клинком света не принесла мне той абсолютной уверенности, какую дарит распыление тел проклятым божественным копьём, то самое окончательное, всеобъемлющее уничтожение, после которого даже пыли не остаётся, чтобы отметить место гибели существа. К сожалению, и отследить, куда ускользнула душа этой твари, я так и не сумел. Всё же с мирайтами мне сталкиваться ещё не доводилось, моя коллекция знаний о них была скудна, и абсолютной уверенности, что защитный барьер из чистой стихиальной энергии света сможет остановить душу ведьмы Алатеи, у меня не было. Однако, большая часть души все же сгорела в пламени моего меча света, как это было с жнецами смерти. Вот только ведьма оказалась куда хитрее, бессмертных созданий плана смерти, изворотливее.

Впрочем, с теми же глубинными разведчиками лорда Асхока была очень схожая ситуация. Мне банально не хватало знаний кровавой магии высших порядков или специализированных навыков Системы. Точнее, из памяти павшего бога Вариш'Дааш мне были доступны несколько ритуалов, но их и разворачивать не так чтобы можно