Бывшие. Тайный сын для Сибиряка - Лия Малинина

– Родственники?! – выпучил глаза Стасик и дернул меня за руку. – Мам, а это как?

– Что? – я вышла из ступора и повернула голову к сыну.

– Ну родственники, это кто? – допытывался сын.

– Можно мы войдем? – подала голос Наташа и улыбнулась.

– Да-да, конечно, – я сделала неуверенный шаг назад, позволяя семье Градских войти в свою квартиру.

Игорь несколько секунд стоял у порога. Он был мрачнее тучи, на его щеках яростно ходили желваки.

– Игорь, – повернулся к нему старший брат, – заходи.

Он тряхнул головой и уверенным шагом переступил порог. Скинул ботинки и прошел в гостиную, оглядывая пространство.

– Цветы, – шепнула ему Ната и легонько ткнула локтем в бок.

Игорь полоснул по мне своим ледяным стальным взглядом и положил цветы на журнальный столик, который стоял у дивана.

– Идем-ка со мной, – Наташка передала малыша мужу, подхватила меня под локоть, увлекла за собой в кухню и плотно прикрыла за собой дверь.

– Верка! – громким шепотом прокричала Ната, не выпуская мой локоть из своих цепких пальчиков. – Так вот почему ты перестала с нами общаться! Как ты могла?

– Что могла, Нат? – устало проговорила и выдернув свою руку из ее захвата шлепнулась на стул. – Так было лучше, спокойнее.

– Для кого? – она отодвинула второй стул и села сбоку от меня.

– Для меня… Для всех, – тихо ответила я и прикрыла глаза ладонью.

– Мы же подруги, – покачала головой Ната, – мы всегда все знали друг о друге! – сокрушалась она. – Зачем ты так со мной?

– Как так? – взвилась я, и подскочив со стула подлетела к окну и приоткрыла его.

Я задыхалась, я сходила с ума, я не понимала, что мне делать дальше. Одно было предельно ясно: Градский не отступит, это не в его характере. Во время нашего мимолетного романа он несколько раз говорил мне, что мечтает о сыне, наследнике. Представлял, как будет брать его с собой в горы, учить выживать в тайге.

Я тогда только смеялась, не придавая значения его словам. И теперь эти фразы, словно каленое железо, выжигали меня изнутри.

– Что я должна была тебе сказать? – сказала, перейдя на шепот, чтобы меня не было слышно из комнаты. – Что я влюбилась в младшего брата твоего Арсения, как кошка в марте? – я взмахнула рукой. – Или что через месяц я поняла, что беременна, а он, едва мой самолет оторвал шасси от взлетной полосы, он пошел окучивать очередную туристку? – я от напряжения сжала кулак так, что ногти больно врезались в ладонь.

– Никого он не окучивал, – Наташка облокотилась о спинку стула и посмотрела на меня долгим пронзительным взглядом.

– А ты свечку держала? – резко парировала я, подошла к холодильнику, достала из него бутылку с водой и сделала несколько больших глотков.

– Вер, разбирайтесь сами, – продолжила давить Ната, – но вы должны поговорить.

– Я не буду с ним ни о чем разговаривать! – категорично ответила я и вернув бутылку на место так жахнула дверцей, что в нем зазвенели все стеклянные баночки, что там были.

– Я прям поймала дежавю, – вдруг звонко рассмеялась Ната, моментально разрядив обстановку. – Помнишь, как там, в Шерегеше, пять лет назад ты уговаривала меня дать шанс Арсению и поговорить, а я вела себя ровно так же, как ты сейчас.

– Помню, – я вновь села на стул и закрыла лицо ладонями, – я не знаю, что делать Наташ, – подняла голову и посмотрела ей в глаза, – я не хочу его видеть, не хочу с ним общаться.

– Но у вас теперь есть сын, – назидательно подняла палец вверх подруга, – и ради него вы должны будете прийти к какому-то компромиссу.

Дверь тихо отворилась и в проеме показалась голова Арсения.

– Натусь, там мелкий капризничает, – он кивнул головой в комнату, – может, есть хочет?

– Может есть, а может просто по маме соскучился, – Наташа поднялась и вышла из кухни.

Я последовала за ней. В гостиной, на диване, на застеленной пеленке лежал и похныкивал, обложенный подушками, карапуз.

– Где Стас? – в панике воскликнула я, видя, что в гостиной нет ни его, ни Игоря.

– Не кипи, Вер, – Градский старший приобнял меня за плечо, – пацан ему свою комнату показывает.

Наташа достала из большой сумки детский сок, и взяв на руки сына, начала его поить. Малыш обхватил двумя ручками картонную упаковку и зажмурился от удовольствия. Надо же, Наташка – мама.

–Аннушка такая же была, – проворковала Ната с любовью глядя на сына, – упаковку сока выпивала за минуту.

– Аннушка? – я сначала не поняла о чем она, но Ната тут же продолжила:

– Наша старшая, – она кивнула Арсению, – Арс, покажи Вере фотки.

Градский открыл галерею с фото и начал мне показывать. Я не смогла сдержать улыбку. Как же я все-таки по ним соскучилась. И тут, впервые в мою голову, пришла мысль: а может я не должна была так поступать? Обида и разочарование тогда во мне затмили здравый смысл.

– Пойду гляну, как они там, – я прошла по коридору и заглянула в приоткрытую дверь детской.

Игорь со Стасом сидели на полу и строили парковку для его машин. Сын, у которого был недостаток мужского внимания, смотрел на Игоря, как на бога и с жадностью ловил каждое его слово. Они решали, с какой стороны въезд, с какой выезд и где ставить терминал оплаты.

Почувствовав мое присутствие, они синхронно подняли головы и посмотрели на меня абсолютно одинаковыми глазами. Эти двое действительно были невероятно похожи.

Игорь медленно встал, не сводя с меня глаз и подошел ко мне:

– Как ты могла, Вера? – у него был взгляд раненого волка. – Как ты могла лишить меня сына?

– Если тебе оказалась не нужна я, то и мой сын тебе был не к чему, – холодно ответила я, смело глядя в его лицо.

– Ты это сама придумала или тебе кто подсказал? – он сдвинул брови на переносице и заложил руки в задние карманы джинсов.

– Не важно, Игорь! – жестко отрезала я. – Мы со Стасом прекрасно справляемся, не переживай.

– Ты должна мне все объяснить! – не сдавался Игорь. Он говорил жестко, отрывисто.

За эти пять лет он возмужал, повзрослел и перестал быть смешливым весельчаком, в которого я когда-то влюбилась.

– Я никому ничего не должна, – отчеканила каждое слово, развернулась на пятках и