Компаньон - Garret Hawke Amell

А ещё была у этих значков милейшая особенность: если на них нажать, надпись становилась ядовито зелёного цвета и менялась на «Поттер — смердяк!». Надо ли говорить, что теперь каждый, кто носил этот значок, считал своим долгом нажать на него именно тогда, когда Поттер проходил мимо? Но действовать меня вынудило отнюдь не эта глупость. Я как раз шел по внутреннему двору в библиотеку, когда услышал спор. Источником шума оказался Уизли в окружении хаффлпафцев.

— А знаешь, что еще я думаю? — повысил голос Уизли, приблизившись, я заметил что прямо перед ним стоит Поттер.

— Просвети меня. — скрестил руки на груди Поттер.

— Что ты полный идиот. — оскалился Уизли.

— Ты так считаешь? — переспросил Поттер. Дождавшись кивка, он добавил — Тогда держись от меня подальше.

— С радостью. — с вызовом сказал Уизли и оттолкнул Поттера плечом, проходя мимо. Я отступил за постамент с доспехами, Поттер пробежал прочь, даже не заметив меня. Несмотря на внешнюю невозмутимость, он расстроен. И сильно. Уизли… Что ж, каким бы он ни был, Поттер доверял ему. До этого момента.

Когда напряженная фигура гриффиндорца исчезла за дверью одного из классов, я задумался. И направился туда же. В конце-то концов, что мешает мне всего лишь попробовать?

Черный том. 2. По тонкому льду

Перед дверью класса я остановился, вдохнул и коротко трижды постучал. Ответа не последовало. Для приличия я подождал несколько минут, прежде чем постучать снова.

— Поттер, ты там? Я догадываюсь, что ты сейчас не в самом лучшем расположении духа. Но всё равно хочу поговорить.

— Пошел вон. — бесцветно отозвался Поттер. И судя по звуку, сел прямо у входа и привалился спиной к двери. Видимо, чтобы мне даже не вздумалось её открыть.

— Как скажешь. — вздохнул я. — Но если передумаешь, то я каждый вечер в библиотеке. И Поттер...

— Что? — огрызнулся гриффиндорец.

— На полу не сиди. Заболеешь. — констатировал я и ушел. К счастью, все ученики разбрелись по своим делам, так что подслушивать наш диалог через дверь было некому. Да и я навел соответствующие чары. Привычка. Впрочем, да даже если бы и подслушали, то ничего компрометирующего бы не узнали… После этого короткого разговора я действительно пошел в библиотеку. Удастся моя попытка или нет, а эссе сами себя не напишут.

***Прошло уже две с половиной недели с момента объявления Поттера чемпионом. Градус идиотизма и градус агрессии потихоньку стихал, его место занимает ажиотаж перед первым испытанием. Я слышал, что Уизли устроили подпольный тотализатор, но меня это совершенно не трогает. На Поттера, кстати, ставят меньше всех. Большинство предпочитают ему Седрика или Крама. На крайний случай — полувейлу Делакур.

Почему полу? Я видел настоящих вейл. И не только на чемпионате. Их дар гораздо мощнее, а одно только нахождение в паре шагов от них превращается в пытку для самоконтроля. Всё-таки хорошо, что в основном они обитают вне Британии, иначе у нашего сообщества были бы большие проблемы. Ну кому, скажите мне, приятно было бы рядом со своей женой превращаться в слюнявого идиота? Правда, все остальные ощущения тоже усиливаются и обостряются, но какой в этом толк, если ты этого не запомнишь?

Однако, я отвлекся. Прошло две недели с небольшим, и Поттер теперь меньше реагирует на нападки окружающих. И часто подолгу наблюдает за мной. А мой факультет наблюдает за нами обоими. Им я, кстати, ничего не стал объяснять. Ограничился тем, что отношения с моим родственником — мое личное дело. Отстали. Практически тут же.

Друзья с Поттером так и не разговаривали, а я его не задирал. Вообще я переосмыслил свое поведение, и с прискорбием констатировал, какой я осел. Да, Поттер выбрал Уизли, а не меня. Но и я в той ситуации повел себя не совсем правильно. Признаю, мне было до жути обидно, что мой кузен и по совместительству национальный герой не пожал мне руку. Более того, он предпочел общаться с магглорожденной и Уизли. Именно обида и подстегнула меня побольнее задевать Поттера каждый раз, чтобы он обратил на меня внимание. Я узнавал его. В спорах, конфликтах, противостоянии в квиддиче. Я узнавал о нем многое. Анализировал. И поражался, как в нём порой уживаются решимость, благородство и полное отсутствие инстинкта самосохранения.

Вот взять, например, квиддич. Так уж мне нужна была эта позиция ловца! Да ещё чего! Мне всегда нравилось играть охотником, пусть ловец в итоге и вносит в матч решающую лепту. Но я знал, что Поттера зацепит то, что я стал именно ловцом. Поэтому решил освоить игру на этой позиции. Получалось, откровенно говоря, хреново. Но я не отступил. И таких примеров много.

Сейчас, когда против Поттера ополчилась вся школа, я будто оценил и увидел свои действия со стороны. Никогда в жизни мне так не было за себя стыдно. Теперь я принял решение стать Поттеру надежным компаньоном. Хотя бы на фоне остальных. А там, может, когда-нибудь он и назовет меня другом. Мерлин в помощь.

Как бы то ни было, я не задирал Поттера. И старался помочь ему в мелочах. Подброшенный нужный компонент для зелья ему на стол, короткие записки на трансфигурации или чарах, когда у него что-то не выходило. Поттер был удивлен. И изрядно колебался. Я это отлично видел. Не знаю, может это стало причиной, может что-то ещё. Но в какой-то момент он начал со мной негромко здороваться. В коридорах, библиотеке, мимоходом в классах… Благодарил меня кивком за записки и рисовал весьма забавные карикатуры на декана. Довольно умело, кстати.

Это напоминало хождение по очень тонкому льду. И мы медленно приближались друг к другу, что меня радовало. Может, я не могу исправить прошлое. Но признать свои ошибки и действовать в будущем правильно — это мне вполне по силам. И я готов на многое, чтобы добиться своих целей. Прошло ещё несколько дней, я сидел в библиотеке и дописывал эссе по зельям, когда у меня за спиной раздался знакомый голос:

— Малфой. Так о чем ты хотел поговорить?

Я улыбнулся и отложил