Чужая игрушка: Дневник Персефоны - Jill Greymalk

мог ответить Дориан Горн, владелец крупнейшей строительной корпорации. Может, нанять какого-нибудь частного детектива? Это сильное отклонение от курса, но меня заворожила сама идея такого большого таинственного места, о котором нельзя сразу найти информацию.

Забила «Частные детективы города» в поисковик.

О, один офис в районе моей редакции. С фото на меня смотрел суровый крупный мужчина, не лишенный привлекательности. Эх, Пенелопа, может тебе всё-таки пора завести кого-нибудь? Нельзя же каждого увиденного мужчину судить по «я бы с ним… да/нет». Получив от меня честную отметку «да», частный детектив Логан Стил отправился в папку закладок на всякий случай.

Сделав скриншот местности, где приблизительно располагался Le Mystere, я задумалась.

Что бы сказал на это психолог? Я отдалилась от отцовской фигуры, но так привыкла к ней, что ищу себе замену? Но Кристофер Хоук — идеальный родитель, задравший мне планку того, как ко мне должен относиться мужчина. И я очень не хотела расстраивать его, но любая сепарация делает больно — этого нельзя избежать. Пыталась ли я на бессознательном уровне оставаться хорошей девочкой из приличной семьи? Но это не мешало мне заводить отношения и я любила секс. Правда, когда ты поглощаешь криминальный контент, то уровень твоего доверия к мужскому полу стремится к нулю. И что делать, когда хочется ласки?

Малкольм Торн подарил мне ощущение безопасности чёткими правилами, возможно, легитимизировал мои желания. И всё это на закрытой территории, с которой точно ничего не просочится. Парадоксально, что БДСМ создало иллюзию, что категоричное слово женщины «нет» — это именно стоп, а не мужское «её «нет» значит «да», поэтому доведу всё до конца», следовательно она могла со спокойной душой остановиться в любой момент акта.

Отлично, это уже не позиция жертвы в поиске приключений на свою пятую точку. Я хотела оргазма и сильных объятий — я их получила. Не только же мужчинам использовать женщин для разрядки. Вот так Рой Винтер и Малкольм Торн превратились в два человеческих фаллоимитатора.

Я настолько закопалась в поиске информации о Малкольме Торне и в мыслях о глубинном, что не заметила, как пролетело время до доставки моего завтрака-обеда.

От упоительного поглощения лапши меня отвлёк телефонный звонок. Неожиданно это оказался Рой, мой золотой дилдо.

— Флушаю, — с набитым ртом ответила я, чуть не подавившись от своей же мысленной шутки.

— Приятного аппетита, котёнок, как утро после спуска в подземный мир?

Непривычное проявление заботы и участия от Винтера. Наверное, он подумал, что терзаюсь от сожалений по поводу вчерашнего, но единственное о чём я жалела, что заказала не самую большую порцию удона — он оказался великолепным.

— Футро полное фопрософ, — я шумно втянула лапшу.

— Например? — из голоса Роя исчезла аккуратная нотка и появилась улыбка от услышанных звуков.

— Ты и Малкольм Торн. Ты и клуб.

Ты сабмиссив. Но это уже не имело отношения к моим раскопкам. И, как ни странно, я даже могла объяснить это открытие: Рой любил азарт, экстрим и чтобы его развлекали, а быть Верхним значит придумывать забавы самому, что скучнее. Да я сегодня просто гениальный знаток человеческих душ!

— Мы друзья.

Прозвучало так, будто Винтер хвастался этим фактом. Непривычно слышать такое от человека, привыкшего на всех смотреть свысока.

Это был мой шанс выудить у него чуть побольше информации.

— Друзья? Прости, Рой, но тебе 29 лет, а ему… Сколько? 40?

Предположи я, что лет 50, то Рой не станет меня поправлять. А дав ему меньше 45, на которые сама и ставила… Винтер точно скорректирует меня, зная, что возрастные мужчины — это точно не мой вариант.

— Ему 46.

Персефона без граната

Naked sister right beside me, can we say what's wrong or right?

Let us consummate completion, let us play, tonight

There's a naked man beside you, what is tolerance for you?

We create our own illusions, every dream cum true

Naked sister all around me, can I watch you when you play?

If there's abstinence in Heaven, let's raise hell, today

«Let us play» said the rose to the goat

I will give myself away, today

Let me take you far away, far away from fields of shame

Far away from love and far away from hate

Ordo Rosarius Equilibrio «Let's Play Said The Rose To The Goat»

15 сентября 2024 г.

— Стоп-слово — мой якорь. Я должна помнить, что бывают игры, когда я просто не смогу его сказать, а значит сделаю обговорённые жесты. Мои лимиты: не оставлять следы на видных местах, исключать действия, оставляющие шрамы длительного заживления, никакого мочеиспускания, дефекации, посторонних предметов во мне, контрацепция, — как прилежная ученица повторяла я материал, пока Малкольм степенно снимал галстук, часы и браслеты с руки, аккуратно раскладывая их на комоде. Пока не очень понимала, почему нельзя всё изложить на бумаге, тем более я уже успела накидать подобный список.

«Наконец-то увижу его обнажённым!» — попутно ликовала я в душе. Но потом волнение всё равно напомнило о себе:

— А если я забуду, то не остановишься?

— А ты как думаешь? — я уже знала его манеру. Это вопрос преподавателя, который хочет знать от ученицы, как она поняла материал. Малкольм сложил мощные руки на груди и ждал ответа.

— Остановишься.

— Ты так считаешь, потому что уповаешь на моё особое к тебе отношение?

— На твоё самомнение суперпрофессионального дома, — я хмыкнула, но потом всё-таки продолжила серьёзно. — Потому я всё ещё новичок, а тебе нет смысла ломать меня сразу. Ты не садист и тебе не выгодно, чтобы я сразу испугалась и сбежала.

— А не выгодно мне, потому что ты особенная или журналистка, которая может «ославить» меня в невыгодном свете в своей статье?

— Потому что тебе нравится играть наставника-проводника, — я боролась с искушением показать ему язык. Он улыбнулся широкой волчьей улыбкой, а моё любопытство всё-таки взыграло. — А что будет, если таки решу «ославить»?

— Данные вопросы обсудишь с моими юристами. Собери волосы. И впредь всегда убирай их. Одно из базовых правил безопасности. В «50 оттенках серого», если помнишь, была сцена, когда Грей заплетает Анастейше косу.

— Я не смотрела, — честно ответила я, начав плести косу.

Впервые за то время, как мы оказались в приватной комнате, Малкольм посмотрел прямо на меня, словно усомнившись в моём откровении.

— И не читала.

Да, Малкольм Торн, я здесь не потому, что фанатка одной популярной франшизы.

— Раз ты всё понимаешь, то раздевайся и вставай на колени. И если когда-нибудь решишь поиграть