Прости, если сможешь - Юлия Гойгель

всего волновал собственный наряд. Так как платье было из тонкого материала, а на улице всего лишь ранняя весна, поверх плеч я набросила кружевной, ручной вязки, палантин. Это удачно дополнило образ.

Пока Андрей высматривал удобное место для парковки, я задумалась, как мне правильно поступить. На заднем сиденье автомобиля у меня лежал подарок для бабы Мани — очень качественно сделанная настоящая пуховая шаль. Теперь старушке будет в чём сидеть с подружками на деревенской лавочке.

Так как мы приехали раньше назначенного времени, я планировала поздравить бабку, а затем идти в дом. К тому же меня не подпустят к готовящемуся столу, и я буду неловко чувствовать себя ещё битый час среди Лениных подруг. Как раз это время я могу уделить бабуле. Но рядом с ней сейчас Ярослав. Может, он уйдёт, если я подойду?

— Ты к бабе Мане? — Андрей уже вышел из машины и держал мой подарок в руках. По дороге мы остановились, чтобы купить цветы для его мамы. Я вспомнила о старушке. Дарил ли ей в её жизни кто-нибудь цветы? Моё внимание привлёк букет очень красивых жёлтых тюльпанов, таких по-весеннему ярких и нежных. Поддавшись порыву, я купила букет.

— Да, зайду.

Не оставлять же цветы в машине. Их век и так короток. Взяв букет и перевязанную ленточкой шаль, я медленно пошла к скамейке, обходя грязь. Выцветшие глаза старой женщины наполнились синевой.

— Какая красота! Ты только посмотри, Ярослав. Алиса, девочка моя, угодила бабушке, ой, угодила. Пошли в дом. Без чая не отпущу!

— Алиса?! — удивился Ярослав. Вместо приветствия и парочки банальных слов в честь сегодняшнего дня лишь хмуро переспросил: — Я думал, тебя зовут Алеся.

— А ты меньше думай, — посоветовала ему баба Маня. — Идём в дом.

Я никогда не была в её с виду неказистом, местами облупившимся доме. И стоял он как-то совсем непонятно, боком к улице. Вход оказался со двора, и уже там я поняла, что дом гораздо больше, чем кажется с дороги.

Обычные деревенские сени, где баба Маня сбросила свою всесезонную тужурку, оставшись в аккуратном цветастом платье и тапочках. Ярослав также повесил свою кожаную куртку и снял тяжёлые, явно от какого-то известного бренда дорогие кроссовки с белыми вставками.

На нём были тёмные брюки спортивного стиля и рубашка с воротником-стойкой, не требующая галстука. Смотрелось весьма просто и потрясающе. А ещё он носил белоснежные носки, не серые, как Андрей, а именно белые, что мне очень нравилось в сериалах по телевизору, но я никогда не видела у своих знакомых парней. В довершение ко всему меня обдало чуть горьковатым терпким запахом его туалетной воды. Дыхание перехватило, а рот наполнился слюной. Интересно, этот запах создавали именно под него?

— Проходи! — Ярослав удивлённо смотрел на меня уже не одну минуту, держа приоткрытую дверь.

Я поспешно переступила порог и окончательно перестала дышать. Сени сменились просторной гостиной с полом из настоящего тёмного дерева, сверкающим чистотой. Посреди лежал красивый светлый ковёр круглой формы, на котором стоял такой же круглый стол, застланный современной, тщательно подобранной к интерьеру скатертью. И посреди стола располагалась широкая ваза с огромным букетом жёлтых тюльпанов. Почти таких, которые привезла я.

— Алисочка, заходи, — баба Маня поставила в вазу и мой букет. — Какая красота!

Я сделала шаг назад, забыв о существовании старшего Градова и, естественно, упёрлась прямо в него.

Глава 2. Подарок

Глава 2. Подарок

Почувствовав себя ещё более неловко, быстро извинилась.

— Мне нужно разуться.

— Нет-нет, иди сюда, — запротестовала старушка. — Дай на тебя посмотреть. Ты сегодня прямо настоящая невеста.

— У неё ноги короче, чем каблуки, — усмехнулся Ярослав. — Пусть пока отдохнёт.

Присев, он расстегнул мне сапоги, придержав рукой ступню, чтобы я могла вынуть ногу из обуви. Так как ногу мне пришлось немного приподнять, он, вероятнее всего, успел заметить, что на мне не колготки, а чулки. Впрочем, вряд ли ему это интересно.

Не спрашивая дальше, он сам снял моё пальто.

— Стань сюда, на солнце, — попросила баба Маня, осторожно касаясь рукой моего палантина. — Настоящая невеста. В моё время такую красоту надевали только на свадьбу. Посмотри, Ярослав!

Заметила, что мужчина раздраженно закатил глаза вверх.

Сняла накидку, чтобы бабка смогла рассмотреть её ближе.

— На что посмотреть? — руки мужчины легли на мои обнажившееся плечи, поворачивая к себе. — Платье как платье, даже с претензией на вкус. Грудь не вываливается, как у подружек Лены, а ноги достаточно стройны для этой длины. Тётя Нина будет довольна.

— Я про шаль, — пояснила баба Маня, пока я пыталась обрести дар речи.

— Это платье требует украшения. Сойдёт даже элементарная золотая подвеска, — между тем продолжил высказывать собственное мнение старший внук. — Ты же невеста Андрея. Золотая цепочка не должна его разорить.

— Угодила, так угодила, — оставив в покое мою накидку, бабка открыла мой подарок и накинула себе не плечи. — Алиса, у меня тоже есть что тебе подарить.

В комнате находился самый настоящий камин в окружении уютной мягкой мебели. И много других невероятно красивых и тщательно подобранных мелочей.

— Это лишнее, — рука Ярослава легла на изящную коробочку, которую откуда-то достала старушка, а в его голосе послышались резкие нотки. — Алиса не моя невеста! И ещё не жена Андрея.

— Когда я хочу знать твоё мнение, Ярослав, тогда я его спрашиваю, — негромким, но непривычным твёрдым тоном ответила баба Маня. — Застегни. Моим пальцам так не согнуться.

— Иди сюда! — довольно бесцеремонно мужчина потянул меня в самую светлую часть комнаты, где находилось зеркало. — Наклони голову.

Это было очень старое золото, в тон моим волосам. На изящной цепочке сверкала небольшая подвеска с камушком зелёного цвета. Я не поверила своим глазам.

— Фианит, — прокомментировал Ярослав.

— Изумруд, как глаза Алисы, — перебила баба Маня. — Не снимай, внучка. Это не подарок, от которого можно отказаться. Это память, её нельзя не принять. Теперь давайте пить чай.

Когда скрипнули двери в сенях, старушка первой подошла к ним.

— Баб Маня, где там моя невеста?! Яр, идём, ждём только вас, — раздался громкий голос Андрея.

— Идут, идут, подожди на улице, вон сколько грязи принёс, — добродушно проворчала та.

Андрей послушно вышел. Ярослав набросил мне на плечи мой палантин, несколькими точными движениями