Аллей-уп. Том 2 - Владислав Викторович Порошин

в чемпионате СССР, а так же на чемпионатах мира, Европы и Олимпийских играх. Везде есть сильные и достойные соперники. Так в последние годы значительно прибавила в мастерстве сборная Югославии. Поэтому не в одной НБА играют в хороший баскетбол.

— То есть вы признаёте, что у вас нет свободы передвижения? — ляпнул кто-то из толпы журналистов.

— В данную секунду только вы нам не даёте пройти в раздевалку, — усмехнулся я. — И лучше вы мне ответьте — почему ваши баскетболисты НБА не едут на чемпионаты мира и Олимпийские игры? Они у вас что — заключённые какие-то? Попали в рабство к акулам спортивного бизнеса? У нас, между прочим, рабство отменили в 1861 году. Поэтому давайте будем заниматься каждый своими проблемами, а не искать соринки в чужом глазу. Спасибо за внимание.

Закончив свою эмоциональную речь я всё же распихал журналистов и буквально вместе с парнями прорвался в раздевалку.

Конечно ничего хорошо в этом нет, что все советские люди сидят в Союзе, как за «железным занавесом». Даже на бюджетные курорты Турции никто не летает. Венгры и югославы, к примеру, спокойно ездят по этим заграницам. И строить им нормальный социализм с человеческим лицом это не мешает. Государственная машина не должна, и не имеет права трепать мозги и унижать своих граждан. Чиновники, обличенные самой высокой властью, просто обязаны между желаниями простых людей и государственными интересами искать золотую середину. Иначе страна, как автомашина, которой вовремя не сделали плановый профилактический ремонт, неумолимо развалится либо превратиться в территорию беззакония, где по-человечески жить будет нельзя.

Примерно такие мысли роились в моей голове, когда Толя Мышкин пихнул меня в бок и спросил:

— Чё они от тебя хотели?

— Спрашивали про НБА, — проворчал я.

— И чё ты им ответил? — пробасил Иван Едешко.

— Если Спорткомитет сочтёт нужным, то поедем играть и туда, — признался я. — Партия сказала: надо! Комсомол ответил: есть! — улыбнулся я.

— Правильно, — кивнул Иван Иванович. — Наше дело маленькое. Прикажут ехать в НБА, поедем в НБА.

— А что ты сказал про нас? — спросил Серёжа Тараканов. — Я слышал как ты называл наши фамилии.

— Сказал, чтоб запомнили ваши имена, — весело ответил я. — Скоро о вас заговорит весь баскетбольный мир!

— А я б поехал к профессионалам, — шепнул Гена Капустин.

— Через десять лет, Капустик, многое поменяется, — так же шёпотом ответил я. — Если будешь так же прогрессировать, то всё может быть. Хотя я бы на твоём месте ближе к тридцати годам поберёг здоровье и подумал о спокойном европейском чемпионате.

— Ну хватит шептаться, — прогудел как труба Владимир Ткаченко. — Пошлите жрать, пожалуйста.

— Кто о чём, а Тканя о жратве, — захохотал Саша Белостенный. — Кстати, в самом деле, пошли уже гостиницу. Пора бы и подкрепиться. Ха-ха-ха.

* * *

Куратор матчевой серии между лучшими университетскими командами и сборной СССР, Чак Найнас, ещё вчера утром перед вылетом самолёта в Индианаполис созвонился с несколькими своими коллегами, и предложил им прилететь на сегодняшний баскетбольный поединок. К сожалению откликнулись не все руководители студенческого баскетбола США. Но президент NCAA — 52-летний Уолтер Байерс, деятельный и шустрый невысокий мужчина, которого американские газеты называли: «помешенным на власти мелким тираном», прилетел. А так же посетил это матч один из самых авторитетных баскетбольный специалистов Америки — 65-летний Джон Вуден. Вуден ещё в прошлом сезоне возглавлял команду Калифорнийского университета, а в этом он официально вышел на пенсию и занялся мемуарами. Однако всё ещё принимал активное участие в управлении студенческим баскетболом. К слову сказать многие игроки, прошедшие школу Вудена, затем сделали успешную карьеру в НБА. И среди его учеников были такие баскетболисты, как Карим Абдул-Джаббар, Билл Уолтон и Гейл Гудрич.

— Что тебя беспокоит, Чак? — прохрипел Вуден, когда мужчины уютно расположились в ложе для почетных гостей, а на площадке 17-тысячного «Эссембли-холла» баскетболисты сборной СССР и университетской команды «Индиана Хузерс» завершали предматчевую разминку.

— Меня озадачила вчерашняя игра, — признался Чак Найнас. — Вы меня знаете ни один год. Я просто так языком трепать не буду.

— Не тяни резину, Найнас! — прикрикнул на него президент студенческого баскетбола Уолтер Байерс. — Давай ближе к делу.

— В общем так: вчера по ходу матча Советы обыгрывали команду Маркеттского университета на 29 очков, — произнёс Найнас, вложив в свой голос нотки озадаченности и тревоги. — А эта команда одна из сильнейших в лиге. У них вся первая пятёрка уйдет в 1-ом и во 2-ом раунде драфта НБА. В какой-то момент мне показалось, что против наших парней действуют не советские любители, а «Бостон Селтикс». Настолько легко они побеждали.

— Ну и что? — как ребёнок закапризничал пенсионер Джон Вуден. — Сначала побеждали, а потом чуть не проиграли. Значит не так сильны твои Советы. Я ещё раз повторяю свой вопрос: «Что тебя беспокоит, Чак?».

— Меня беспокоит, что Советы могут выиграть серию против наших университетских команд с сухим счётом — 14:0, — ответил Найнас. — И как мы потом будем заключать телевизионные контракты на «мартовское безумие», когда пресса поднимет вой, что студенческий баскетбол уже не тот? Что студенты теперь не способны взять даже один матч у советских любителей?

— Н-да, это проблема, — согласился Уолтер Байерс. — Ты что-то уже предпринял?

— Так, сделал кое-что, — кивнул Чак. — Я отменил матч со слабой университетской командой из города Сент-Луиса и перенёс третью игру в Калифорнию.

— Против моих «Брюинз»? — обрадовался Джон Вуден. — Правильное решение. Хотя я бы спешить не стал. Вот увидите сегодня Индиана преподаст хорошего урок баскетбола этим Советам. В этом сезоне «Индианские хулиганы» — это команда номер один. У них вся стартовая пятёрка хоть сейчас может заиграть в НБА. Скотт Мей, Куинн Бакнер и Кент Бенсон сегодня сделают из русских отбивную. Кстати, неплохо бы этих парней взять в олимпийскую сборную.

— До Олимпиады ещё далеко, а что будет сегодня — посмотрим, — пробурчал себе под нос Чак Найнас и обратил внимание на баскетбольное поле, где команды выстроились, чтобы послушать гимны СССР и США.

Глава 2

Как это ни странно, но матч против «Индианских хулиганов» я начал на скамейке запасных. Хоть убей, но мои отношения с главным тренером Владимиром Кондрашиным упорно не складывались. По его мнению я играл не так строго, как требовалось, вёл себя развязно, был себе на уме, да и просто как человек не нравился. Кстати, Владимир Петрович мне тоже был не симпатичен.