Развод. Без права выбора - Гала Григ

Мы с Климовым — успешная и дружная семейная пара. Вместе более семи лет. Наш бизнес процветает. Поэтому позавидовать есть чему.

А ведь не всегда все было так благополучно.

Мы практически с нуля поднимали бизнес. И тоже вместе. Правда, небольшой начальный капитал и почти развалившееся производство средств бытовой химии я унаследовала от своих родителей. Их, к сожалению, не стало еще до моего замужества.

После трагической гибели родителей, которые погибли в жуткой автомобильной катастрофе, я была в полной растерянности. Одна. Едва успевшая закончить университет. Практически ничего не понимающая в отцовском бизнесе.

Для молодой одинокой девушки все оказалось достаточно сложно. Точнее, просто не по силам.

Но тут очень кстати у меня случился роман, который плавно перерос в замужество. И я с удовольствием переложила тяжелый управленческий груз на сильные плечи моего любимого мужа. Он обладал удивительным умением вращаться в деловых сферах, решать все производственные вопросы.

Но главное, что нас делало счастливыми, — это любовь. Мы влюбились друг в друга, что называется, с первого взгляда. И, как казалось, на всю жизнь.

Поэтому обвинение Кости — полнейшая чушь. Глупая и обидная шутка, которую я ему не прощу!

Мне бы выбраться отсюда, не вызывая у окружающих недоумения за появление в вечернем наряде. Скорей бы Жанна принесла что-нибудь из одежды. А уж дома я отыграюсь на муже. Надо придумать что-нибудь такое, чтоб у него голову снесло.

Кстати, о Жанне.

Мы с ней дружим уже больше трех лет. Точнее с тех пор, как она устроилась в нашу компанию, а я к тому времени практически отошла от дел. Она — не только грамотный юрист, но и надежный человек, к которому я могу обратиться в любой ситуации. Ну хотя бы поболтать об обстановке в офисе, да и попросту посплетничать.

Мне нравится ее открытость и искренность. А отсутствие шкурного интереса ставит ее на голову выше всех других сотрудников компании. И особенно сотрудниц, которые из кожи вон лезут, чтобы показать свою преданность. В основном они проявляют ее по отношению к Константину. У меня это всегда вызывало откровенное неприятие. Поэтому и подруг у меня среди сотрудниц нашей компании, кроме Жанны, нет.

Вот и сегодня только с ней я могла поделиться подробностями о щекотливой ситуации, в которой оказалась. Правда, не знаю, как отнесется к этому муж. Он почему-то не очень одобряет мою дружбу с Жанной. Хотя признает ее деловые качества. Поэтому, по большому счету, открыто не препятствует нашему общению.

Как бы там ни было, сегодня он мне не оставил другого выхода. И вообще, его возмутительная выходка вызывает во мне шквал эмоций. Это и шок, и недоумение, и гнев.

Да, гнев!

И он вполне объясним. Нельзя же так поступить с женщиной, даже если она…

Ой, не знаю!

Я даже не знаю, виновата в чем-то перед Костей или нет.

И все-таки — НЕТ!

Даже в мыслях не допускаю, что совершила нечто непотребное.

Это все он сам придумал, чтоб проверить меня. Ну конечно же!

Только как-то все грубо, жёстко…

Мои размышления прерывает звук проворачиваемого ключа. Наконец-то! Это Жанна. Быстро же она все устроила.

Но когда дверь открывается, я вижу не Жанну, А Костю!

— Ну наконец-то ты одумался! — я радостно бросаюсь ему навстречу.

Глава 3

Костя резко обрывает мою радость:

— А вот это лишнее! — он останавливает мой импульсивный порыв предупреждающе выставив руку вперед. Голос Кости по-прежнему злой и не предвещает ничего хорошего. Он в сердцах швыряет мне пальто. И вместо извинений за доставленный дискомфорт и перенесенные переживания обрушивается с незаслуженными обвинениями.

— Адвоката подослала?! Мало того, что опозорила меня, так еще и подружке успела похвастаться своими подвигами.

Смотрю на него во все глаза. И не узнаю своего любящего и нежного Костю.

Это не он!

В нем проснулся какой-то злобный и жестокий двойник.

Оторопев от его преображения, молчу, словно язык проглотила. Я не знаю, как себя вести с этим новым человеком.

А мой, ставший вдруг чужим, муж между тем глухим металлическим голосом продолжает:

— Одевайся! Отвезу тебя домой. Но не смей оправдываться. Не желаю выслушивать твои лживые сказки!

— Но Костя!..

— Заткнись, я сказал! А то так и останешься здесь до вечера.

На автомате поднимаю брошенное на пол пальто. Кое-как впихиваю ватные руки в рукава. И, словно зомбированная, безропотно следую за мужем.

Думаю только об одном: скорее бы оказаться дома, в привычной обстановке.

В салоне автомобиля, на секунду расслабляюсь, почувствовав себя почти дома. Но тут же вздрагиваю от злобного окрика мужа:

— Пристегнись! Мне еще штрафа из-за тебя не хватало.

Дальше едем молча. Мое недоумение зашкаливает. Что же все-таки могло произойти, раз Костя из милого любящего мужа превратился в свирепого вепря, которому нельзя и слова сказать.

Рассматриваю отражение его лица в зеркале. Никогда не видела его таким. Плотно сомкнутые губы превратились в тонкую злобную нить. Широкие брови сдвинуты к переносице. Между ними пролегла глубокая борозда. На скулах то и дело перекатываются желваки, свидетельствующие о высшей степени его злости. Изредка мне кажется, что я даже слышу устрашающий скрип зубов.

Да что это с ним? Неужели я и правда изменила ему? Вот только с кем? И в каком состоянии? В здравом уме я не совершила бы подобного!

Опять возвращается мысль, что меня то ли опоили чем-то до беспамятства, то ли… подсыпали что-нибудь. В тот самый злосчастный коктейль? Бред!

В голове полнейшая неразбериха. Не рискуя быть высаженной посреди дороги, стараюсь не задавать мужу вопросов, пока не приедем домой.

Увы, мои надежды на откровенный прямой разговор не оправдываются. Притормозив, он только бросает мне через плечо:

— Выходи! Вечером поговорим.

И, не давая мне опомниться, резко дает задний ход, оставив меня посреди двора.

Я не успеваю дойти до подъезда, как он выскакивает из машины и подбегает ко мне. Резко разворачивает меня, больно сжав локоть. Ошалело смотрю на мужа. Он точно сошел с ума, — проносится молнией.

— Телефон! — рявкает Костя.

Не успеваю ничего сообразить, как он выхватывает из рук сумочку. Забирает из нее телефон и, не сказав больше ни слова, уезжает.

Глубокий вздох — единственное, что я могу себе позволить. Глаза кипят слезами. Но стараюсь не выдавать своего отчаяния, чтобы не дать соседям повод для злословия. Эти бдительные скучающие пенсионерки и без того увидели предостаточно.

События