Пробужденное воображение - Невилл Годдард

Хотя это учение поначалу шокировало и отталкивало меня – ведь я был убежденным и искренним христианином и не знал тогда, что христианство не может быть унаследовано по случайности рождения, но должно быть сознательно принято как образ жизни, – позднее, через видения, мистические откровения и практический опыт, оно проникло в мое понимание и нашло свое толкование в более глубоком настроении. Но я должен признаться, что это тяжелое время, когда расшатываются те вещи, которые человек всегда считал само собой разумеющимися.

"Видишь ли эти великие здания? Не останется камня на камне, который не будет разрушен.

Марка 13:2

Ни одного камня буквального понимания не останется после того, как человек выпьет воду психологического смысла.

Все, что было построено естественной религией, будет брошено в пламя ментального огня. И все же, что может быть лучше для понимания Христа Иисуса, чем отождествление центрального персонажа Евангелий с человеческим воображением – зная, что каждый раз, когда вы с любовью проявляете свое воображение по отношению к другому, вы буквально посредничаете между Богом и человеком и тем самым кормите и одеваете Христа Иисуса, и что каждый раз, когда вы воображаете зло против другого, вы буквально избиваете и распинаете Христа Иисуса?

Любое человеческое воображение – это либо чаша с холодной водой, либо губка с уксусом для иссохших уст Христа.

«Никто из вас да не мыслит в сердце своем зла против ближнего своего», – предупреждал пророк Захария [8:17].

Когда человек прислушается к этому совету, он пробудится от навязанного сна Адама в полном сознании Сына Божьего. Он в мире, и мир сотворен Им, и мир не знает Его [Прим. пер., Иоанна 1:10]: Человеческое воображение.

Я много раз спрашивал себя: «Если мое воображение – Христос Иисус и все возможно Христу Иисусу, то возможно ли все и мне?»

Через опыт я понял, что, когда я отождествляю себя с моей целью в жизни, тогда Христос пробуждается во мне.

«Христа достаточно для всего. [«Ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно, и вы имеете полноту в Нем, Который есть глава всякого начальства и власти», Колоссянам 2:9,10; «Довольно для тебя благодати Моей», 2Коринфянам 12:9]

Я отдаю жизнь Мою, чтобы опять принять ее. Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее.

Иоанна 10:17,18

Какое утешение знать, что все, что я испытываю, является результатом моих собственных стандартных убеждений; что я являюсь центром моей собственной паутины обстоятельств и что по мере того, как я меняюсь, должен меняться и мой внешний мир!

Мир выглядит по-разному в зависимости от того, насколько различаются наши состояния сознания.

То, что мы видим, когда отождествляем себя с каким-то состоянием, невозможно увидеть, когда мы уже не слиты с ним.

Под состоянием понимается все, во что человек верит и с чем соглашается как с истиной.

Ни одна идея, представленная уму, не может реализоваться, пока ум не примет ее.

Это зависит от принятия, состояния, с которым мы отождествляемся, как вещи представляют себя. В слиянии воображения и состояний можно найти формирование мира, каким он кажется. Мир есть откровение состояний, с которыми слито воображение. Именно состояние, из которого мы мыслим, определяет объективный мир, в котором мы живем. Богач, бедняк, хороший человек, вор являются тем, чем они являются, в силу состояний, из которых они смотрят на мир. От различия между этими состояниями зависит различие между мирами этих людей. Индивидуально настолько различен этот один и тот же мир. Не действия и поведение хорошего человека должны соответствовать, а его точка зрения.

Внешние реформы бесполезны, если не изменено внутреннее состояние.

Успех достигается не подражанием внешним действиям успешных людей, а правильными внутренними действиями и внутренним разговором.

Если мы отделяемся от состояния, а это может произойти в любой момент, то исчезают условия и обстоятельства, которые породили этот союз.

Осенью 1933 года в Нью-Йорке я обратился к Абдулле с проблемой. Он задал мне один простой вопрос: «Чего ты хочешь?».

Я сказал ему, что хотел бы провести зиму на Барбадосе, но я на мели. У меня буквально не было ни цента.

«Если вы представите себя на Барбадосе, – сказал он, – будете думать и смотреть на мир из этого состояния сознания, а не думать о Барбадосе, вы проведете там зиму.

Вы не должны беспокоиться о путях и средствах, чтобы добраться туда, потому что состояние сознания, что вы уже находитесь на Барбадосе, если оно занято вашим воображением, разработает средства, наиболее подходящие для реализации себя».

Человек живет, посвящая себя невидимым состояниям, слиянием своего воображения с тем, что он знает как нечто иное, чем он сам, и в этом союзе он переживает результаты этого слияния. Никто не может потерять то, что у него есть, кроме как отрешившись от состояния, в котором переживаемые вещи имеют свою естественную жизнь.

«Ты должен представить себя в состоянии исполненного желания», – сказал мне Абдулла, – „и заснуть, наблюдая мир с Барбадоса“.

Мир, который мы описываем с помощью наблюдений, должен быть таким, каким мы его описываем относительно себя.

Наше воображение связывает нас с желаемым состоянием.

Но мы должны умело использовать воображение, не как сторонний наблюдатель, думающий о конце, а как участник, думающий с точки зрения конца.

В воображении мы должны действительно быть там.

Если мы сделаем это, наш субъективный опыт будет реализован объективно.

«Это не просто фантазия», – говорил он, – „а истина, которую можно доказать на опыте“.

В его призыве войти в исполненное желание заключался секрет мышления от конца. Каждое состояние уже существует как «простая возможность», пока вы думаете о нем, но оно становится всепоглощающе реальным, когда вы думаете от него. Мыслить от конца – это путь Христа.

Я начал прямо там и тогда, направляя свои мысли за пределы чувств, за пределы того аспекта, которому соответствует мое нынешнее состояние, к ощущению того, что я уже нахожусь на Барбадосе и смотрю на мир