Плебс. Народная история Рима - Николя Тран

веков. Теперь Семь Холмов окружала одиннадцатикилометровая стена. Таким образом, в III веке нашей эры юристы отличали Urbs, собственно Город, расположенный intra muros – внутри стен, от Рима в целом. На самом деле уже в начале I века до нашей эры поселения простирались далеко за пределами крепостной стены. Кроме того, стена утратила свою оборонительную роль и в некоторых местах была едва заметна, потому что вплотную к ней были построены дома. Тем не менее, проходя через городские ворота, римляне чувствовали, что, в зависимости от направления, они оказываются в сердце своего города или покидают его.

Республиканский Рим и победы на Средиземном море

Последний царь Рима, Тарквиний Гордый, был свергнут в 509 году до нашей эры. Заговорщики решили упразднить царский титул и разделить власть. Римляне I века до нашей эры считали, что в результате этого переворота родилась «свободная республика», по сути же тогда был создан политический режим, при котором государственными делами управлял узкий круг избранных. «Свобода», о которой шла речь, принадлежала прежде всего сильным мира сего. Установления Республики закрепляли главенство аристократии. Таким образом, магистратами – чиновниками, выполнявшими политические обязанности, возлагаемые на них гражданами-выборщиками сроком на один год, – могли стать лишь самые богатые. Верховными магистратами были два консула, которые ежегодно переизбирались. В зависимости от года представители правящего класса занимали магистратуры (разной важности) или заседали в сенате среди своих коллег. Это собрание аристократов обсуждало все важные вопросы и принимало решения, которые магистраты почти всегда выполняли.

Кроме того, радикально изменилось отношение молодой республики к пространству. На протяжении двух с половиной столетий Рим постепенно начал доминировать на всем итальянском полуострове, особенно после победы над городом Тарент (современный Таранто) в 272 году до нашей эры. Рим аннексировал большую часть центральной и южной Италии и, кроме того, навязал побежденным общинам союзные договоры на кабальных условиях. В начале III века до нашей эры Рим был крупным по средиземноморским меркам городом: его население, вероятно, составляло около 100 тысяч человек.

Установив свою власть на итальянском полуострове, Рим естественным образом стал конкурировать с Карфагеном, а позднее между ними завязалось открытое соперничество. Древний город, основанный финикийцами в IX веке до нашей эры на северном побережье Африки, доминировал в западном Средиземноморье. Первая Пуническая война (римляне называли финикийцев Карфагена пунами, отсюда название войн) велась с 264 по 241 год до нашей эры. Ее главной целью был контроль над Сицилией и Сардинией. После поражения Карфагена эти крупные острова стали первыми провинциями Рима – территориями, которые считались иностранными, но подлежали прямому управлению римского магистрата. Что касается Второй Пунической войны, она бушевала между 218 и 201 годами до нашей эры. Основной причиной военного конфликта была тревога римлян: они опасались, что Карфаген вернет себе влияние путем экспансии на Пиренейский полуостров. Театры военных действий таким образом умножались: Испания, Италия (которую Ганнибал и карфагенская армия топтали почти пятнадцать лет) и Африка (где Рим в конце концов победил). Победа вызвала реакцию, пропорциональную тревоге, испытываемой во время войны. Римская власть опасно пошатнулась. Аристократия почувствовала себя как никогда сильной, что привело к ненасытной жажде военной славы. Во II веке до нашей эры римские армии завоевывают Средиземноморье. Военные успехи и эксплуатация покоренных территорий принесли Риму значительное богатство, что серьезно изменило его.

Римские легионеры и их союзники одерживали победу за победой, а Город неуклонно рос. Если бы мы не рассуждали в масштабах целых столетий, его рост можно было бы назвать экспоненциальным. Ученые вполне допускают, что население Рима выросло со 100 тысяч жителей в начале III века до нашей эры до 200 тысяч к началу II века до нашей эры и до 400 тысяч – к его концу. Поскольку армия Ганнибала много лет воевала на территории Италии, в Город, стремясь под защиту Сервиевой стены, переселились многие жители полуострова. Приток населения не прекратился и после войны. Иностранные завоевания обогатили римскую знать. Деньги вкладывались в землю, обширные владения обрабатывались рабами, недостатка в которых не было. От этих бурных перемен пострадали мелкие и средние землевладельцы. Таким образом, исход из сельской местности продолжался. Кроме того, Италия в целом пережила сильный экономический рост во II веке до нашей эры. С одной стороны, завоевательные войны вызвали приток богатств и рабов, с другой же стала интенсивнее торговля между Апеннинским полуостровом и остальной частью Средиземноморья. Бурное экономическое развитие благоприятствовало росту городов по всему полуострову.

Облик Рима в то время изменился. Помимо огромного количества монументальных общественных зданий, возведенных аристократией, появились многоэтажные дома, где селились плебеи. Если верить Титу Ливию, такие сооружения существовали уже в 218 году до нашей эры: в том году, рассказывает историк, сбежавший бык поднялся по внутренним лестницам на третий этаж2. Внешний вид берегов Тибра также изменился, поскольку потребности растущего населения – особенно продовольственные – требовали новой инфраструктуры. Порт на Тибре (portus Tiberinus) располагался на Бычьем форуме – в изгибе реки судам удобно было причаливать. Основные работы по обустройству берега проводились там в первые десятилетия II века до нашей эры, когда пропускной способности этого старого порта уже не хватало. В 193 году до нашей эры вниз по течению за Авентином власти Республики основали Эмпориум – большой речной порт. Portus Tiberinus, таким образом, потерял свое былое значение.

Столица великой империи

Популяры и изменения в структуре институций

В I веке до нашей эры средиземноморские завоевания были завершены: все территории, граничащие с внутренним (Средиземным) морем, постепенно перешли под власть римлян. Более того, благодаря победам великих полководцев (таких, как Помпей или Юлий Цезарь) и несмотря на неудачи других (например, Красса на Востоке и Вара в Германии) империя вышла далеко за пределы средиземноморского горизонта. Ее границы в конечном счете достигли Рейна, Дуная, Евфрата, Сахары и Океана, дальше которого, по античным представлениям, жизни не было. Вот почему римляне претендовали на власть над всем миром. Завоевательные походы продолжались до начала II века нашей эры, но гораздо менее интенсивными темпами. Территориальные приобретения (в частности, до Шотландии, за Дунаем и до границ Аравии) были более скромными, даже если их удаленность подкрепляла идею господства над всем миром.

Первый век до нашей эры также был решающим в истории политических институтов. Город пережил особенно длительный кризис правления, начавшийся в последней трети II века и разрешившийся лишь сто лет спустя. Прежде всего, в аристократической среде появилось новое политическое сознание, и это ее раскололо. Братья Гракхи (Тиберий Семпроний и Гай Семпроний) посвятили себя защите интересов простых граждан. Именно такой смысл они вкладывали в свои обязанности народных трибунов, которые в 133 году до нашей эры исполнял Тиберий, а затем, в 123 и 122 годах, – Гай. Защита народа означала для них улучшение условий жизни плебеев. Так, в 123 году до нашей эры Гай Гракх снизил цены на пшеницу для граждан, проживающих в Риме. На институциональном уровне Гракхи и популяры – их сторонники – хотели предоставить суверенитет народным собраниям. Эти стремления встретили яростное сопротивление аристократов, приверженцев главенства сената над народными собраниями и, в более широком смысле, «правления лучших». Другими словами, они защищали принцип учреждений, контролируемых элитой. Оптиматы (буквально «лучшие») обвиняли противников в демагогии и желании посредством манипулирования простыми гражданами навязать себя в качестве тиранов. По этой причине братья Гракхи были убиты с разницей примерно в десять лет, в 132 и 121 годах до нашей эры. Мятежи привели к гибели сотен людей. Однако народные идеалы устояли.