Принцесса двух миров - Виктор Постоенко

— А что это за власти такие? И чем эти монастыри так могущественны, что власти боятся их тронуть? Чем занимаются? На головах часами стоят? Какую пользу эти три монастыря приносят королевству, кроме головной боли?

— Они могут наслать болезни или даже мор.

— Что, и такое бывало? И где — на севере или там, где стоят два монастыря у столицы?

— На севере я не слышал, а тут было. Лет сто пятьдесят назад король потребовал открыть ворота этих монастырей, но они отказали, даже когда он явился туда с войском. В итоге сам он заболел и умер через неделю, и почти все солдаты погибли от какого-то мора, часть вообще осталась в том ущелье, и люди боялись их забрать, чтобы похоронить.

— А ты сам что думаешь?

Принц замолчал, потом положил ложку, вытер руки, сказал, что он уже поел, и встал из-за стола.

— Не ответишь мне?

— Я был в одном из этих монастырей, говорил с его настоятелем. Они сами толком ничего не знают, но настоятель говорит, что он видел, как король вошел в запретную пещеру, после чего вышел оттуда и упал. А некоторые его чиновники так оттуда и не вышли. Потом массово стали умирать воины, а остальные побежали прочь. Короля в столицу доставили сами монахи.

— Погоди, но ты же сказал, что это было сто пятьдесят лет назад, как так?

— Настоятелю в то время было двадцать два года, а сейчас ему сто семьдесят восемь лет, можешь посчитать точно, когда это было. Все, я пошел, потом поговорим, а то опоздаю, неудобно будет.

Когда принц ушел, принцесса сказала мне:

— Тяжелая для него тема, что-то он там узнал такое, что гложет его с тех пор, хотя прошло уже почти сорок лет. Захочет — сам расскажет. Поспеши к воротам.

К воротам мы пришли быстро, одна из служанок поставила мне раскладной стул, который нес один из воинов, и я уселась в тенечке. Начинало жарить солнце, и одна из служанок принялась махать надо мной опахалом. Как мини-вентилятор сойдет.

Прохожие быстро кланялись мне, рассмотрев золотого феникса на моей голове. Я же не отводила глаз от ворот, через которые в столицу непрерывным потоком входили люди, въезжали повозки.

Вика появилась в воротах почти ровно в восемь, шла согнувшись, оглядываясь по сторонам, замотанная в какую-то тряпку наподобие берберской. Ничего себе они ее приодели, только что лохмотья не болтались. Я встала и пошла ей навстречу.

Заметив меня и мою свиту, она склонилась в поклоне, все как учили. Не говоря ни слова, я показала ей знаком, чтобы шла за мной. И мы двинулись в усадьбу быстрым шагом, так как ее надо было срочно помыть и переодеть.

Вода была уже нагрета, ее притащили ко мне в предбанник, где поставили бочку. Вика разделась до исподнего у меня, все чужое я быстро спрятала в уже оборудованный тайник. Одежду, которую я попросила, служанки уже принесли и разложили на кровати у двери, где положено спать служанке принцессы.

Волосы ее оказались длиной до плеч, а когда мы первый раз встретились, у нее была совсем короткая прическа. По моему приказу принесли поднос с рисом, курицей, лепешкой и чаем.

— Ешь, одеваемся, и нас ждет королева — говорила я только на местном языке. Вика его уже хорошо знала, но специально делала небольшой, но заметный акцент.

— И не забудь, с этого момента ты моя служанка, а звать тебя Ви Ка, ударение на «А», понятно? Мы решили не менять тебе имя, все равно никто не сможет проверить.

Она кивнула головой, не имея возможности ответить с набитым ртом.

— И еще — королева ведунья, она и тебя может прорентгенить, но думаю, что у нее только ко мне будут вопросы.

— Как идем?

— С полной выкладкой, сейчас унесут тарелки, закроемся и оденемся. Заодно оценим, насколько удобно во всем этом ходить.

— Ты же ходила.

— Нет, я как сюда попала, сразу все сняла и спрятала. Тут как проходной двор был. Все, одеваемся.

Вика помогла мне надеть майку через все мои украшения, не потревожив прическу. Потом она оделась сама, прицепили кобуры прямо на сокчогори (тонкое нижнее белье под чогори), последний марафет — и мы готовы.

Я отдала ей свои старые кожаные туфельки, те, которые мне когда-то подарила госпожа. Вика смотрелась очень хорошо — стройная, ладная и со строгим выражением лица.

— Повернись, — и я вставила ей в закрученные сзади волосы красивую зубчатую заколку из своих запасов. После чего мы пошли к принцессе, где я представила ей свою служанку. Вика понравилась принцессе, она заставила ее несколько раз повернуться, потом сказала, что она никоим образом не тянет на ту дикарку, о которой я им поведала. А манерам она научит ее лично.

После чего принцесса подошла ко мне и лично закрепила на моем темени украшение в виде серебряной лягушки, говорящей, что к ее владелице надлежит обращаться «Ваше Высочество».

Путь во дворец в паланкине занял минут сорок. Вика шла рядом с левой стороны и слушала мои наставления. Док молчал, видимо, и ему тоже было интересно меня послушать. Как только мы приблизились к воротам, стража, видя направляющийся к ним украшенный паланкин с шестью носильщиками, сразу открыла их. Вика бодро подошла к гвардейцам и объявила:

— Ее Высочество принцесса Юн Ма Ри к Великой королеве по ее приглашению, — и протянула им пёчжи (письменный приказ королевы), выданный мне принцессой вчера после ужина.

Носильщики опустили паланкин, гвардейцы склонили головы в почтительном поклоне, и мы с Викой и двумя служанками вошли под своды ворот. Остальные будут ждать нас в таверне на Дворцовой площад

Глава двенадцатая

Дворец

— Ма Ри, — послышался голос Дока, — вы с Викой и со мной сейчас на общей связи. Она слышит то же самое, что и ты, и вы можете общаться между собой. Мы проверили зону покрытия — километр с погрешностями. Попробуй первоначально версию, которую ты озвучила Олегу, — о том, что тебя в детстве для всех закрыла шаманка по указанию принца Юна.

— А Вика? — шепнула я.

— Про нее ты вообще ничего не знаешь, она с дальних гор, и какие там шаманы — никому не известно.

— А если она