Нижинский. Великий русский Гений. Книга I - Элина Фаритовна Гареева

Дару, дарованному Богом? Как можно бросать вызов Провидению, которое сделало Нижинского Гением? Поляк, не так ли? Какая разница, родился ли человек поляком, евреем или французом? Он всё равно ваш брат. Он имеет право на жизнь! Он должен жить в этой школе, этот Нижинский! Он может принести честь вашей школе и вам самим, потому что вы знали его!». После этой пламенной речи Михаила Обухова одноклассники стали более терпимо относится к Вацлаву.

Кроме обучения технике танца, Михаил Обухов придавал большое значение физической подготовке и они вместе с Вацлавом занимались в спортивном зале: поднимали тяжести, работали на параллельных брусьях. Нижинский обладал огромной физической силой. В 16 лет он с лёгкостью играл двухпудовыми гирями, мог раздавить в руке тяжёлый хрустальный бокал.

Павел Андреевич Гердт (1844–1917) — русский артист, педагог. С 1860 по 1916 годы работал в Мариинском театре. Один из лучших классических танцовщиков петербургской сцены. Обладал широким и свободным жестом, пластической выразительностью. В совершенстве владел условным языком жеста.

Павел Гердт, 1900-е годы

Павел Гердт был выдающимся мимистом и мастером пантомимы, а так же гениальным педагогом. Его уроки были невероятно интересными. Любовь, страдание, ревность, лицемерие, безграничная радость — всю гамму человеческих эмоций он разыгрывал с лёгкостью мастера. На одном уроке его ученики были дворянами, а на другом — нищими. Было захватывающе наблюдать, как пятнадцатилетняя девушка превращается в девяностолетнюю старуху.

Гердт готовил из танцовщиков настоящих драматических артистов. Целые уроки были посвящены одному единственному слову, например «да», «нет», «иди», «приходи». Он требовал от своих учеников 25 интонаций, оттенков и нюансов каждого из этих слов. А сам мог показать ещё 50!

Гердт обожал Нижинского, считал его самым талантливым из всех своих учеников. Вацлав играл с такой силой и убеждённостью в своих жестах, что у зрителей ползли мурашки и их охватывал ужас. Нижинский играл главные роли на уроках Гердта. Особенно Вацлаву удавались любовные сцены с девушками партнёршами. Он играл с нескрываемым пылом, Гердт зачарованно наблюдал за ним. Однажды бдительный Гердт, захваченный эмоциями Вацлава, успел лишь в последний момент предотвратить настоящий поцелуй на уроке. Вацлав был разочарован, что ему не дали поцеловать девушку.

Александр Викторович Ширяев (1867–1941) — русский артист, педагог, балетмейстер. Главная его заслуга в истории русского балета — создание класса характерного танца. Он был талантливым артистом, педагогом и прекрасным человеком. Александр Викторович относился к своим ученикам как к своим детям и они отвечали ему взаимностью. Все, кто работал с ним в театре и училище, всегда вспоминали о нём с восхищением.

Александр Ширяев, 1900-е годы

А. В. Ширяев — один из первых увлёкся фото и киносъёмкой. Он сам мастерил кукол, рисовал и снимал первые мультфильмы. Сохранившиеся фрагменты из фильмов Ширяева восхищают качеством и профессионализмом его работы.

На заре русского кинематографа Ширяев первый понял возможности киносъёмки для балета, и попросил Дирекцию Императорских Театров дать ему разрешение снимать танцы артистов и целые спектакли. Но инициатива не была поддержана театральными чиновниками, в первую очередь В. Теляковским. Сегодня мы понимаем, какая это непростительная ошибка!

А. В. Ширяев один из немногих из мира Императорского балета, кто остался в советской России и преданно служил своему искусству. С 1918 по 1941 год, до самой своей кончины, он преподавал, теперь уже, в Ленинградском хореографическом училище. В 1921 году ему было присвоено звание Заслуженного артиста Республики, а в 1940 году А. В. Ширяев был награждён Орденом Трудового Красного Знамени. Именем Ширяева назван школьный театр Академии русского балета имени А. Я. Вагановой.

История о том, как Вацлава Нижинского из Театрального Училища чуть не выгнали… (1901–1902 учебный год)

Начало 1901–1902 учебного года было наполнено тяжелыми испытаниями и страданиями для Вацлава. Он оказался в эпицентре серьёзного инцидента, связанного даже с вмешательством полиции, чего ранее в Императорском Театральном Училище никогда не случалось.

В своих воспоминаниях Бронислава Нижинская утверждает, что это случилось осенью 1903 года. Однако, когда в архиве (РГИА), в личном деле Вацлава Нижинского, я нашла оригинальные документы, касающиеся этого случая, то обнаружила, что они датированы сентябрём 1901 года.

Что же произошло 19 сентября 1901 года? После репетиции балета «Корсар» воспитанников Училища везли в нескольких каретах по Большой Морской улице. Как уже бывало не раз, балетные мальчики-подростки из окна карет стреляли бумажными шариками из рогаток по фонарям и прохожим. Рогатку делали из резинок, которые вытягивали из подвязок для балетных трико и натягивали между указательным и средним пальцами. Как только первая карета свернула на Исаакиевскую площадь, один из бумажных шариков попал в известного в городе доктора, проезжавшего мимо. Разгневанный врач остановил карету, в которой ближе всего к окну сидел бледный и немой от страха Нижинский. Врач потребовал у стоявшего рядом полицейского найти и наказать преступника. Воспитатель попытался уладить конфликт, но рассерженный доктор потребовал написать рапорт Директору Императорских Театров Теляковскому и исключить провинившегося мальчика из Училища.

Карета, в которой возили учащихся Императорских Театральных Училищ в Санкт-Петербурге и Москве. Литография, конец XIX века

Так как в происшествие была замешана полиция, замять дело не удалось. Доктор требовал выгнать преступника из Училища. Боясь исключения из школы, все ученики сразу забыли про свой кодекс чести (в соответствии с которым, ни при каких обстоятельствах, нельзя было выдавать администрации школы провинившихся товарищей) и дружно указали на Нижинского, как на виновного, так как все были уверены, что его не выгонят «потому что ты, Вацлав, лучше всех танцуешь». Тем не менее угроза отчисления из Училища нависла над Нижинским.

Вацлав пишет: «Я был зачинщиком во многих шалостях. Я шалил много. Я лучше всех стрелял из рогатки, ибо попал в глаз доктору, который был на извозчике. Я не уверен, что это я попал в доктора, но мне было совестно отказаться, когда мальчики показали пальцем на меня, испугавшись, что их выгонят. Я любил мою мать и заплакал. Меня обвинили в преступлении, и инспектор мне говорил нравоучения. Я боялся нравоучений, ибо чувствовал злость инспектора Писнячевского. Писнячевский был человек злой, но он не выбрасывал детей на улицу, ибо знал, что это дети бедных родителей».

Элеонора плакала два дня. Разбилась её прекрасная мечта. Рухнули её надежды. А необходимость кормить ещё один голодный рот была для неё катастрофой. Наконец, всё ещё плача, она пошла к инспектору Писнячевскому и умоляла его вступиться за её сына. Также учителя Вацлава — Сергей Легат и