Великий род Кун - Ван Цянь

Хотя формально школ ы были «государственными», они находились в частном владении дома Конфуция. Решением всех вопросов занимался Яньшэн-гун. Студентами в основном были потомки четырех родов: Кун, Мэн, Янь и Цзэн, – а также небольшое число представителей родственных им семей, В заведении действовали строгие правила: учащиеся были обязаны «соблюдать приличия, посвящать силы учебе» и «ни в коем случае не позволять себе распущенности»,

Поскольку в первом месяце 1908 года было мало студентов, педагогическое училище расширило набор, распространив его на округа Цаочжоу, Яньчжоу и Цзинин, и приняло не только представителей четырех родов, но и «даровитых представителей других семей». Абитуриентами становились мужчины от двадцати до тридцати лет, которые либо прошли курс обучения канонам и истории, либо освоили китайские традиционные науки. В каждом округе и уезде на экзаменах определялось четыре кандидата, которые затем проходили отбор в училище, и лучшие из них приступали к учебе. В зависимости от происхождения абитуриенты разделялись на «внутренние» классы, состоявшие из потомков «четырех родов», и «внешние» – из остальных семей. Студенты внутренних классов ежемесячно получали за казенный счет по два купинских ляна серебра[92] на питание. Другие учащиеся оплачивали питание самостоятельно.

Обучение по упрощенному курсу отменили в 1909 году – все педагогические училища первой ступени должны были вести обучение по полному курсу. Зимой 1912 года, вслед за сменой государственного строя училище переименовали в «Педагогическое училище Цюйфу провинции Шаньдун», должность смотрителя училища стала называться должностью директора; должность председателя формально отменили, однако реальная управленческая власть по-прежнему оставалась в руках Кун Линъи.

В Цюйфу говорили, что императрица Цыси очень любила Кун Линъи, – и небезосновательно: он с детства неоднократно удостаивался приглашения императрицы на аудиенцию в Пекине, и каждый раз его тепло принимали, Талантливый и эрудированный, Кун Линъи был единственным прямым потомком совершенномудрого Конфуция, что могло принести императрице пользу, к тому же его постоянно рекомендовали вл иятельные сановники, например Ван Ижун. В 1907 году вдовствующая императрица Цыси поручила Кун Линъи заняться инспекцией учебных заведений провинции с генерал-губернатором Ян Шисяном.

В пятом месяце Кун Линъи покинул столицу, в начале шестого прибыл в Цзинань. Все учебные заведения были закрыты на летние каникулы. С начала восьмого и до середины девятого месяца Яньшэн-гун проинспектировал школ ы провинциальной столицы и округа Цзинани. Кун Линъи остался доволен: «хотя школ не так много, как за границей, в большинстве из них силен академический дух», – но в то же время не забывал о выявленных в ходе проверки недочетах и требовал решить проблемы.

Смотрителем общественной школы Шаньцзо был Лю Гуаньсань. Некогда, будучи студентом педагогического училища, он представил доклад о неподобающем поведении смотрителя Фан Яньняня и был за это исключен, Лянь Цзя, шаньдунский начальник провинциального управления делами просвещения (тисюэши), отметив интерес Лю Гуаньсаня к проблемам образования, выделил ему средства на открытие общественной школы Шаньцзо. Впоследствии Лянь Цзя перевели на другую должность, и шаньдунским тисюэши назначили Фан Яньняня. Он не забыл старой обиды и приостановил работу школы Шаньцзо, а также подал рапорт на Лю Гуаньсаня как на представителя революционной партии. Кун Линъи, обнаружив, что Фан Яньнянь использует служебное положение для сведения личных счетов, немедленно занялся расследованием.

Каждый раз, когда Кун Линъи выявлял проблему, как в случае со смотрителем провинциальной школы высшей ступени Чжоу Сюэюа-нем, который был недостаточно компетентен и занял должность благодаря протекции; или с преподавателем педагогического училища высшей ступени Чэнь Гуансюем, не отличавшим Западную и Восточную Хань; или со студентами: один посещал публичные дома и не ночевал в училище, другой дрался пьяным, третий пристрастился к курению опиума, он составлял тайный доклад на имя императора.

Яньшэн-гун добросовестно выполнял свои обязанности, Так, обрадованный приему, по его словам, чрезвычайно культурных и вежливых учащихся средней школы в Тайане, Кун Линъи также осмотрел их спальни и, удостоверившись, что комнаты хорошо проветриваются и в них живут по двое, заключил, что гигиену поддерживают на должном уровне. Он отметил, что учебники подобраны должным образом и профессор Тань читает лекции по физике «сжато и по делу, отлично владея методологией преподавания», а «студентам посчастливилось иметь достойнейших преподавателей», Кун Линъи написал «Наставление учащимся тайаньской средней школы после инспекции», в котором поощрял студентов к изучению словесности: «Уроки родного языка – это основа учености <…> Образованные люди, как на Западе, так и на Востоке, распространяя знания, могут переводить [на разные языки] идеи друг друга, с тем чтобы в дальнейшем [эти идеи] изучать и совершенствоваться в новых науках, Благодаря силе родного языка они без труда пишут книги и составляют сборники». Он сокрушался из-за того, что в Китае, «величайшем государстве Азии, все прикладные науки имелись с глубокой древности, но последующие поколения уделяли внимание только словесности, а естественные науки, математику и технологии, напротив, оставили иностранцам». Он призывал преподавателей «пестовать цвет нации, разъяснять науки и помогать молодому поколению, чтобы подготовить талантливую и достойную смену», Яньшэн-гун воодушевлял и учащихся, ведь «родившись в Цзоу и Лу, студенты имеют соответствующие наставления в домашнем воспитании, и добиться успехов в самосовершенствовании здесь можно гораздо быстрее, нежели в других областях, – следует лишь почитать и любить родину, повиноваться наставлениям чиновников и учителей».

После Тайаня Кун Линъи отправился в соседний округ Яньчжоу. Результаты проверки и данные о преподавателях и профессорах учебных заведений он вносил в специальную ведомость, Инспекционная поездка заняла полгода: начиная с отъезда из Пекина в пятом месяце и вплоть до возвращения в Цюйфу в одиннадцатом месяце. Восьмого числа первого месяца 1908 года Кун Линъи представил двору доклад о проделанной работе.

Кун Линъи ждал раду шный прием не только у местных чиновников по вопросам просвещения, преподавателей и учащихся, но и у простого народа: им хотелось увидеть потомка совершенномудрого Конфуция, вероятно, в наши дни с такими же чувствами поклонники собираются вокруг кино- и телезвезд. Каждый отъезд Кун Линъи представлял величественное зрелище.

Место, где мать Мэн-цзы «переломила челнок»

В «Троесловии» говорится: «В древности мать Мэн-цзы трижды переезжала с места на место в поисках благоприятных условий для сына. Когда же Мэн-цзы сбежал с урока, она расстроилась до того, что разбила челнок своего ткацкого станка»[93]. После смерти мужа мать Мэн-цзы, госпожа Чжан, в одиночку воспитывала сына. Однажды Мэн-цзы вернулся домой с учебы, мать его ткала. Она спросила сына, до каких высот он дошел в учебе.