Любовница - Елена Рай

разговоры о Покровских. Мне не хочется о них разговаривать. Хочется верить лишь в одно, что отец Беллы выйдет из комы после очередного перенесённого сердечного приступа на фоне прогрессирующей болезни. О нём есть небольшая сноска после разгромной статьи.

Эти люди сделали мне столько ужасного, а я сижу и думаю о том, чтобы на них снизошло что-то светлое с небес и облегчило их муки. В последнее время меня всё чаще посещает мысль сходить в православную церковь и поставить свечку за этих людей. Отпустить плохое о них и дать им напутствие, чтобы никогда не совершали схожих ошибок. Все мои мысли сказочные. В действительности же всё закончится плохо, если не сделать один единственный верный шаг от настоящего.

— Фу, чем это воняет так? — Лиля брезгливо морщит нос.

— Травяным чаем, — делаю очередной глоток душистого напитка.

— Такой моя бабушка пьёт по вечерам. Правда, к этому она добавляет немного коньячка, но сути не меняет.

— Так не тошнит, — вымученно улыбаюсь ей.

Она понимающе кивает.

От лимонной воды у меня появилась изжога. Надо встать на учёт в женской консультации. Денег на частные клиники у меня нет. Рассчитывать на финансовую поддержку Леонида я пока не могу – его нет в городе. Также не могу предугадать возможную реакцию на мою беременность.

Стеша удивляется, как я ещё держусь от эмоциональных качелей, что обрушились на мою голову. Сама не знаю. Из последних сил, потому что ещё во что-то верю. Во мне ещё теплится уголёк надежды.

Допив травяной чай, ополаскиваю его под проточной водой. Через пару часов Лиля меня отпускает домой.

— Варвара, я хочу с тобой поговорить, — мама стоит на пороге комнаты.

Переглянувшись со Стешей, утвердительно киваю. Сестра боится меня оставлять с ней наедине, чтобы она не наговорила мне гадостей.

Мы вернулись домой, потому что возвращаться нам было не куда. Стеше до совершеннолетия всего месяц, а значит под моей опекой она быть не может. Жить в хостеле или в гостинице я категорически ей отказала. По всем законам она ещё ребёнок.

Не торопясь, прохожу на кухню. Присаживаюсь напротив родителей. Они выглядят вполне миролюбиво, за исключением колкого взгляда матери. К нему я уже привыкла как к родному.

— Варвара, когда твой… Отец твоего ребёнка соизволит прийти к нам как честный и порядочный человек, чтобы просить твоей руки? — начинает отец.

— Его нет в городе, — тихо произношу я. — Леонид в длительной командировке.

— Когда он вернётся? — с металлическими нотками в голосе задаёт вопрос мама.

— Я не могу до него дозвониться. Связь, наверное, плохая.

Мама прикрывает глаза всего лишь на миг, но мне уже и этого достаточно, чтобы уловить её гнев. Он вырывается наружу через взгляд и мимику лицу. Она никогда не верит в хорошее, обзывая сентиментальные порывы чрезмерной дуростью.

— Живот не тянет? — говорит не о том, что думает. Я чувствую, когда она лжёт. С Леонидом только ошибалась во всём. Интуиция моя молчала.

— Немного, — прислушиваюсь к своему состоянию. — А тошнота пропала.

— Это хорошо, — цокая, смотрит на побледневшего отца. — Очень хорошо.

— Варь… — папа хочет что-то сказать, но его бесцеремонно перебивает мама.

— Завтра к нам Антип зайдёт. Хочет с тобой поговорить. Мы согласились.

— Зачем? — напрягаюсь сразу. — Вы же знаете, что он хотел со мной сделать, — мну подол платья под столом.

— Настоятельно просил о встрече. Мы не в выгодном финансовом положении, чтобы отказываться от любой помощи, — опускает взгляд на мой живот, словно он сейчас эпицентр всех бед. Накрываю ладонями, пряча от колкого и недружелюбного взгляда. — Потерпишь.

В нашем семье всё «через не могу». Когда мы до такого дошли?.. Почему папа постоянно молчит?! Боится её?..

— Мне поработать ещё нужно, — поднимаюсь на ноги. — Я подготовлю одежду для Ариши и Костика в церковь.

— Стеша едет с нами, — сужает мама глаза.

— Она мне помогает. Лиля обещала поговорить с главным редактором и оформить её в штат курьером на полставки.

— Не пойдёт!

— Ей решать, — выдержано отвечаю.

Когда я и Стеша готовили ужин, к нам позвонили в дверь. Сестра первая побежала смотреть, кто там пришёл.

— Тятя Рия? А почему вы не пошли в церковь? — звонко интересуется она у нашей травницы.

— Дочка неудачно упала с самоката. Пришлось в травмпункт везти, — негодует женщины. — Стешенька, передай маме травки. Она очень просила.

— Что за травки? — в голосе любопытство. — По запаху те, что Варька пьёт.

— Хм… — удивляется она. — Стеш, а точно Варя пьёт этот отвар?

— Да, — не менее ярко удивляется она. — У неё токсикоз прошёл.

Выхожу в коридор. Женщина смотрит на меня так, что внутри всё холодеет от предчувствия нехорошего.

— Что за травки, тётя Рия? — спрашиваю строго.

— Анис, алоэ, барбарис, душица, — не моргая, отвечает. — Стандартный набор для… — качаю отрицательно головой, чтобы она остановилась. Стеша сейчас себе накрутит страшного и убежит из дома, поддавшись эмоциям.

— Спасибо, — забираю мешочек. — Ксении здоровья и скорейшего выздоровления.

Глава 31

— Варька, не ври мне! Я же по глазам вижу, что ты мне врёшь! — Стеша не даёт мне и шагу сделать, преграждая путь к отступлению.

— Чего ты от меня хочешь услышать? — моё терпение идёт трещинами.

— Мама хочет убить нашу бусинку?

Последние крохи моего самообладания превращаются в пепел и развеиваются с лёгким дуновением ветерка из открытого окна.

Быть старшим ребёнком не так легко, как может показаться на первый взгляд. Постоянный контроль над младшими. Постоянные недосыпы, потому что лично участвуешь в воспитании «нового члена семьи». Постоянный стресс, испытываемый день ото дня из-за непонимания среди близких.

Стеша хочет от меня активных действий, а мне хочется убежать от проблем и закрыться наглухо в своей скорлупе. Не выходить и не чувствовать ту боль, что стала хронической.

Выключив конфорку, мою руки. Сестра идёт за мной следом. Начинает жутко раздражать её гиперопека, когда мне люто хочется одиночества.

Мама перегнула палку. Сломалась. Уже не починить, чтобы она не говорила в своё оправдание. Папа же слово не может поперек ей вставить. От Стеши не нужно ждать той помощи, которая мне уже фактически жизненно необходима.

Остаётся