Россия XX века. Вехи и судьбы - Полина Ребенина

читал в театре имени Вахтангова пьесу «Егор Булычев и другие», а Ворошилову и Сталину – сказку «Девушка и Смерть», относительно которой Иосиф Виссарионович сказал, что «штука эта будет сильнее «Фауста».

Создаётся впечатление, что в октябре 1917 года у русской интеллигенции, в том числе у Горького, украли мечту сделать народ России счастливым. Ведь после большевистского переворота Троцкий и Ленин взяли решительный курс на искоренение всех классовых врагов, то есть полному уничтожению подвергались интеллигенция, духовенство, купечество. Сталин же стал проводить несколько иную политику, он вместо расстрелов стал помещать чуждые элементы в трудовые лагеря ГУЛАГа на перевоспитание.

Горький в этом поддерживал Сталина, считал трудовое перевоспитание действенным и гуманным методом, солидаризировался в этом вопросе с Макаренко. Все мы знаем о трудовой колонии Макаренко для перевоспитания асоциальных подростков- шпаны, воришек, беспризорных. Но не все знают, что этот эксперимент был настолько удачным, что на основе этой колонии даже была открыта советская разведшкола.

Осознав изменение внутриполитического курса, Горький решил окончательно вернуться в сталинский СССР в 1932 году. Он поверил, что советская власть может быть властью народа, что страной теперь управляют настоящие хозяева жизни – рабочие и крестьяне, ударники, заседающие в Верховном Совете. 29 января 1928 г. он писал Р. Роллану из Сорренто: «Советская власть по природе своей становится всё более действительной властью рабочих и крестьян». Говорили, что Ленин, несмотря на все старания, не смог приручить Горького, но это удалось Сталину.

Сразу по возвращении в СССР в 1931 г. Горький написал настоящий панегирик ОГПУ. «Никогда еще и нигде не проявилось с такой движущей силой и в таких героических формах большое значение труда, как это проявляется у нас. Мы недооцениваем самое глубокое значение трудколоний, организованных коллегией ОГПУ, да и немногие из нас знакомы с ними». В 1927 г. Ягода, Погребинский и Шанин организовывают первую трудколонию ОГПУ в Звенигороде, в прежнем Савинском монастыре; в следующем году начинается широкий «экономический эксперимент» ОГПУ под руководством Ягоды. Горький знакомится с «перековкой», трудовоспитательной деятельностью Ягоды и других чекистов, идея освободительного и воспитательного труда казалась Горькому правильной.

Говоря о Беломорканале, Горький объясняет «суть» советской пенитенциарной системы:».. это отлично удавшийся опыт массового превращения бывших врагов пролетариата.. в квалифицированных сотрудников рабочего класса и даже в энтузиастов государственно-необходимого труда.. Принятая Государственным политуправлением исправительно-трудовая политика.. еще раз блестяще оправдала себя».

Сталину удалось убедить Горького, что в партии большевиков происходят изменения в приемлемом для него направлении. Горького совсем не смущало устранение от власти старого революционного руководства, которое Горький не любил (в частности, Троцкого и Зиновьева, а с Каменевым он надеялся Сталина помирить).

По мнению писателя мировая революция, которая идет к победе по трупам интеллигентской элиты России, – такая мировая революция отходила в прошлое.

После 1933 г. Сталин предпринимает шаги, которые выглядели как либерализация режима. В частности, это нашло проявление в изменении правовой идеологии. В 1933 г. произошла важная полемика Вышинского с Крыленко, то есть сталинского генерального прокурора против главного обвинителя политических процессов 20-х годов. Вышинский возражал против взгляда на основы «социалистического права», который был принят с 1924 года, согласно которому назначение типичных наказаний за типичные преступления является возвращением к буржуазному принципу абстрактной виновности. Крыленко считал советский суд должен выносить приговор каждый раз в зависимости от личных качеств и классовой принадлежности обвиняемого! Вышинский же повернул юриспруденцию назад к нормальному принципу «преступление и наказание».

Конец 1935 г. был апогеем такой «либерализации». Отмена карточной системы, реабилитация казачества, ликвидация ограничений в связи с социальным происхождением и института «лишенцев» (лишения в правах), возобновление новогодней елки и тому подобное – вершиной этих сигналов, порождавших новые и новые надежды, стала работа над проектом новой Конституции, в которую был вовлечен Бухарин. «Блок коммунистов и беспартийных», ставший политическим флагом нового поворота, воспринимался как предвестник какого-то широкого общественного сотрудничества, олицетворяемого именами Сталина и Горького.

Горький любил повторять: «Превосходная должность – быть на земле человеком». Ни один отечественный писатель не имел при жизни такой завораживающей славы, какой судьба одарила Алексея Максимовича. В 1932 Сталин предложил переименовать в Горький Нижний Новгород, после чего почти в каждом городе стали появляться улицы Горького, а театрам, лайнерам, теплоходам, пароходам, паркам культуры и отдыха, заводам и предприятиям стали присваивать имя легендарного писателя.

Сам Горький к лавине увековечений относился иронически, в 1933 он сказал писательнице Лидии Сейфуллиной: «Теперь меня всюду приглашают и окружают почетом. Был у колхозников – стал почетным колхозником, у пионеров – почетным пионером. Давеча посетил душевнобольных. Очевидно, стану почетным сумасшедшим».

Однако писатель проникся к Сталину доверием и относился к нему с неподдельной симпатией. Он писал Сталину теплые, интимные письма, обстоятельно рассказывал о своем здоровье, беспокоился о его здоровье и жизни. «А Вы, дорогой т, – как я слышал, да и видел – ведете себя не очень осторожно, – ездите, например, по ночам на Никитскую, 6», – шутил писатель, упоминая свою московскую резиденцию на Никитской в доме 6 – место неформальных встреч Сталина с литераторами. Он, кажется, был искренен: «Я совершенно убежден, что так вести себя Вы не имеете права. Кто встанет на Ваше место в случае, если мерзавцы вышибут Вас из жизни? Не сердитесь, я имею право беспокоиться и советовать» (1931).

***

Известно, что Сталин редко принимал решения без учета чужого мнения. А по литературной части Горький был безусловным авторитетом. «И. В. Сталин постоянно советовался с А. М. Горьким по всем вопросам литературы и искусства. Прислушивался к нему. Часто уступал Горькому, даже тогда, когда не был с ним согласен», – вспоминал критик Иван Гронский.

Сталин считал, что Горький – единственный человек, который может возглавить объединение писателей и прекратить ожесточённые споры литературных групп. Неслучайно именно в горьковском доме на Малой Никитской (д. 6) проходили наиболее важные встречи вождя с деятелями культуры, именно здесь Сталин произнёс знаменитую фразу, назвав писателей «инженерами человеческих душ». Здесь заговорили о необходимости выработать единый творческий метод советской литературы, названный впоследствии социалистическим реализмом. В «Литературной газете» 23 мая 1932 года впервые появилась формулировка принципов социалистического реализма, впоследствии закреплённая в уставе Союза советских писателей.

Горький поддерживал идею создания союза писателей, т.к. не раз жаловался Сталину на раздоры в писательской среде. 24 марта 1932 г. он писал ему: «Бесконечные групповые споры и склоки в среде РАППа, на мой взгляд, крайне вредны, тем более, что мне кажется: в основе их лежат не идеологические, а, главным образом, личные мотивы».

Горький долго отказывался возглавить Союз писателей и делать на его съезде основной доклад. Он писал Сталину: «С радостью увидел в „Правде“ статью Л. Каменева. Если бы съезд отложить – докладчиком по основному вопросу, может быть, назначили бы его. Я для этой роли не гожусь —„беспартийный“ и косноязычен, да и к тому же – всех писателей обидел, и они на меня сердятся». Однако Каменев у вождя доверия не вызывал, и по его настоянию Горький согласился сделать главный доклад на съезде.

Первый съезд советских проходил в Москве с 17 августа по 1 сентября 1934 года. На мероприятии присутствовали делегаты с решающим и совещательным правом голоса, а также более 40 иностранных гостей. Атмосфера съезда была очень праздничной: кругом музыка, портреты. С докладами выступили: Горький, Маршак, Шкловский, Пастернак, Бабель, Олеша. Выступил также Николай Бухарин.

Решили, что социалистический реализм должен быть главным художественным методом советского литератора. Был образован оргкомитет Союза писателей, почётным председателем которого был избран Максим Горький, председателем – Гронский, секретарём – Кирпотин, членами – Фадеев, Леонов, Павленко, Панфёров, Билль-Белоцерковский, Малышкин и др.

В 1933 году по инициативе Алексея Максимовича был создан Вечерний рабочий литературный университет. Вышедший из низов писатель желал облегчить путь молодежи в «большую» литературу. В 1936 Вечерний рабочий литературный университет превратился в Литературный институт им. Горького.

В мае 1934 внезапно скончался единственный сын писателя. Смерть его была во многом загадочной, очень уж быстро сгорел крепкий молодой человек. Согласно официальной версии умер Максим Алексеевич от воспаления легких. Горький писал Роллану: «Удар