Ветеринар-попаданка. Приговор драконьего принца - Лилия Тимолаева

Тысячи людей я не видела целиком. Площадка была отделена от главной площади дворца высокой стеной, но верхние галереи заполнили советники, знать, послы и представители старших домов.

За ними теснились остальные.

Эрвейн появился последним.

На нем был церемониальный плащ.

Тот самый тяжелый, темный, с серебряным знаком дома Корд.

Я сразу вспомнила слова Эстрана о первом старом обряде, где ферр напал на плащ одного из претендентов.

— Вы уверены насчет одежды? — спросила я.

— Нет.

— Тогда зачем?

— Совет настоял хотя бы на этом.

— Снимете, если животные начнут реагировать.

— Тайрена, половина знати уже считает вас человеком, который управляет мной хуже старого механизма.

— Очень обидно для механизма.

Он почти улыбнулся.

Но за воротами прозвучал официальный голос распорядителя.

Пора.

— Готовы? — спросил Эрвейн.

Я посмотрела на площадку.

На семь отдельных выходов.

На смотрителей.

На Варгиса, которого временно вернули в наружный двор и сейчас должны были выпустить последним.

— Нет.

— Отлично.

— Почему?

— Значит, сегодня никто не собирается обещать чудес.

Он ушел в центр площадки.

Не на возвышение.

Его не было.

По моему настоянию.

Эрвейн остановился возле широких каменных ступеней, ведущих к галерее.

Совет находился выше, я — сбоку, рядом со смотрителями, Маэна — возле первого выхода.

Распорядитель поднял руку, и я дала знак открывать.

Первым вышел Сейр. Белый зверь остановился у ворот, повернул уши к толпе и долго смотрел вперед. По галереям прошел шепот.

Потом Сейр заметил дерево, направился к нему, нашел знакомый участок травы и занялся своим делом.

Кто-то среди зрителей кашлянул.

Другой засмеялся.

Смех быстро оборвался.

Эрвейн не двигался.

Второй выход открыли для Тарсы.

Ферра вышла значительно увереннее.

Осмотрела людей.

Потом площадку.

Серебряных стоек не было.

Разочарование, которое я совершенно необоснованно приписала ее выражению, длилось недолго.

Она нашла ступень.

Легла.

Прямо боком к Эрвейну.

По галереям снова прошел шум.

Третий зверь вообще не захотел выходить сразу.

Медноперая птица стояла за воротами и смотрела наружу.

Маэна не торопила.

Прошла почти минута.

Наконец птица вышла, сделала несколько шагов и повернулась к солнцу.

Четвертой появилась Лира.

Она поднялась на невысокий каменный выступ.

Села.

Пятый, темно-синий крылатый зверь, сразу отправился в дальний угол.

Шестой тяжелый ящер прошел три шага и сделал именно то, чего мы ожидали.

Улегся поперек прохода.

Кто-то в галерее громко произнес:

— Это и есть выбор?

Я посмотрела вверх.

Не видела, кто сказал.

Эрвейн слышал.

Не ответил.

Пока.

На площадке находились шесть существ.

Ни одно не подошло к нему.

Шум становился громче.

Я видела лица советников.

Одни были растеряны.

Другие явно довольны.

Представители старших домов переговаривались между собой.

Они уже получали именно ту картину, которую хотели.

Наследник стоит один.

Королевские звери занимаются собственными делами.

Я посмотрела на Эрвейна.

Он не искал меня глазами.

Не требовал сигнала.

Не пытался подозвать ни одного.

Ждал.

Последними открылись ворота Варгиса.

Грифон не вышел.

По толпе прошла новая волна шепота.

Маэна стояла у стены.

Я не двигалась.

Минуту.

Вторую.

Потом показалась серебряная голова.

Варгис посмотрел на площадку.

На животных.

На толпу.

На Эрвейна.

И остался в воротах.

Распорядитель подошел ко мне.

— Нужно его вывести.

— Нет.

— Все ждут.

— Пусть.

— Госпожа Восс, это государственная церемония.

— Именно поэтому никто к нему не пойдет.

Мужчина сжал губы, но отступил.

Варгис сделал шаг.

Потом второй.

Вышел.

Я ожидала, что он направится к любимой террасе.

Он действительно посмотрел туда.

Потом снова на Эрвейна.

Не подошел.

Остановился посреди площадки.

Шум наверху стал почти непрерывным.

Эрвейн поднял голову к галереям.

И вдруг расстегнул плащ.

Я сразу поняла, что он делает.

Тяжелая ткань упала на ступень.

Следом он снял серебряную цепь с королевским знаком.

Положил сверху.

Советники зашевелились.

— Ваше Высочество! — донеслось сверху.

Эрвейн не ответил.

Спустился с последней ступени.

Потом сел.

Просто на камень.

Я едва не улыбнулась.

Неделю назад человек, который не позволял себе ни одного неправильного движения перед двором, сидел на ступени перед всем королевством.

И ничего не требовал.

Сейр продолжал есть траву.

Тарса лениво повернула голову.

Медноперая птица переступила с ноги на ногу.

Варгис смотрел.

Эрвейн положил руки на колени и ничего не сделал: не позвал его, не протянул ладонь.

Прошла минута, возможно, больше. Я перестала считать.

Варгис пошел медленно, не по прямой. Сначала приблизился к Сейру, потом обошел ящера и остановился.

Эрвейн оставался на месте.

Еще несколько шагов — и грифон остановился перед ним.

В галереях стихли голоса.

Я видела, как принц медленно поднял ладонь.

Остановил ее, не дотянувшись до Варгиса.

Точно так же, как мы делали несколько дней назад.

Грифон сам приблизил голову.

Коснулся пальцев клювом.

Эрвейн закрыл ладонь на серебряных перьях.

Всего на мгновение.

Потом отпустил.

Варгис не ушел.

Остался рядом.

Никто из остальных зверей не последовал за ним.

Сейр даже не посмотрел.

Тарса по-прежнему лежала на ступени.

И именно поэтому происходящее было настоящим.

Не семь одинаковых движений.

Не идеально выученная последовательность.

Один грифон подошел к человеку, которому уже доверял.

Остальные выбрали другое.

Я смотрела на Эрвейна и знала, что никогда не забуду эту сцену.

Он мог встать.

Позволить распорядителю объявить, что старейший грифон признал наследника.

Можно было использовать даже этот случай.

Люди сами бы придумали удобный смысл.

Эрвейн поднялся.

Варгис отошел на шаг.

Принц повернулся к галереям.

— Остановите церемонию.

Распорядитель побледнел.

— Ваше Высочество?

— Я сказал: остановите.

Верхние ряды загудели.

Один из советников поднялся.

— Наследник Корд, обряд еще не завершен.

— Завершен.

— Не все хранители…

— Они не хранители моей короны.

Шум оборвался так резко, что я услышала, как Тарса скребет когтем по камню.

Эрвейн поднялся на первую ступень.

Не на возвышение.

Туда, где его могли видеть все.

— Несколько дней назад семь королевских зверей подошли не ко мне, а к госпоже Тайрене Восс. Многие из вас посчитали это отказом признать мое право на трон.

Он говорил спокойно.

Без заранее приготовленной речи.

— Сегодня я могу сказать, почему это произошло. В церемониальном зале и зверином дворе существует система сигналов, созданная много поколений назад. Животных с раннего возраста приучали реагировать на них. Во время первого обряда механизм дал сбой и направил их к резервной точке, где находилась наблюдатель.

По галереям прокатился гул.

Кто-то выкрикнул вопрос.

Эрвейн поднял руку.

— Я закончу.

Стало тише.

— Короли дома Корд