Без обмана 9 - Seva Soth

Окане Акума: Да! И давай ты просто согласишься, потому что у меня нет нормальных аргументов, зачем нам с тобой смотреть на искусство безумцев. Это всё женские развлечения. Ответь «да», пока я не попросил ТУ ЖЕНЩИНУ тебя уговорить.

Ниида Макото: Скажу честно, я боюсь летать. И мы можем не успеть за выходные.

Окане Акума: Выпей снотворное перед полетом. И не заметишь, как уже приземлились. Считай, что это не выходные, а командировка для нас всех! Дни зачтутся, как рабочие. Перелет в бизнес-классе за счет компании.

Ниида Макото: Только потому, что ты попросил.

Окане Акума: Ура! Хоть будет с кем поговорить во время полета.

Ниида Макото: С человеком, принявшим снотворное? Надеюсь, я буду очень содержательно храпеть.

Окане Акума: Подловил! Могу с Кагуей-самой о тачках поболтать. Но тоже не стоит. Разговаривать с другой девушкой в присутствии невесты на интересные темы — верный путь к обидам и ревности, как дед советует.

Ниида Макото: Окане-сама мудрый человек.

— Ануша, мы с тобой все же летим в Германию любоваться скульптурами, — сообщил подруге, пользуясь отсутствием Юасы. — Это будет командировка. Мияби ведь уже поделилась с тобой, что это за статуи?

— Да. Меня в дрожь бросает от того, как жалко ни в чем не виноватых девушек, — призналась Анушалакшми. — Хорошо, полетели. Сомневаюсь, что будет какой-то толк, но у Тики-тян и ее друзей ведь получилось. Пусть они снимут еще один выпуск своего шоу с участием статуи, если получится ее купить. Прости, это не тема для шуток.

— Что угодно тема для шуток, если они никого не обижают. Всё нормально.

В голове у меня при этом сформировался странный образ — оратор, выступающий перед армией в десятки тысяч статуй кицунэ, убеждая их принять человеческий облик. Хидео-сан, он же Фудзита Макото, он же Цукино Тенкай. Не для той ли цели семья Акияма пополняла «крупнейшую в Японии коллекцию»?

На то, чтобы организовать перелет, понадобилось куча суеты и несколько значительных компромиссов. Места в первом классе отсутствовали, например, и мне пришлось лишь кивнуть, когда счастливо сияющая от того, что всё вышло, как она хочет, Юаса бронировала билеты на вечер ближайшей пятницы. Вот на обратный рейс, аж во вторник, Мари-тян нам всем приобрела бизнес-класс.

По итогу в европейскую поездку, кроме меня и супруги, отправлялись Акияма Момо, Юаса Мари, Гупта Ануша и Окане Акума.

Глава 14

Я заранее настраивался на худшее в этом путешествии и не сказать, чтобы я прямо сильно ошибся. Эконом класс — отстой! Особенно для многочасовых перелетов. Пятнадцать часов в тесном, по сравнению с первым классом, кресле. Буду справедливым, у лоукостера, с каковым летал на Хоккайдо, дела в салоне обстояли хуже. Тут же Юаса, заказывая билеты, проявила неожиданную мудрость и выбрала места у аварийного выхода, за что я ей благодарен.

Впрочем, совету Акумы я тоже последовал — принял снотворное. Да еще не обычную фармакологию, а смешанное по рецепту наставницы из редких травок, какие имелись у Ёрико.

— Я тоже хочу поглядеть на Европу, — ворчала рыжая, выдавая мне ингредиенты, — в следующий раз бери и меня. Повеселитесь там как следует! Оставишь мне ключи от машины?

— Обязательно. В следующий раз, — почти не соврал я, так как больше в Европу летать не планировал. И вообще летать. Это исключительная ситуация, и я иду на риск только лишь из-за трех несчастных девушек, обиженных нацистами.

Перетерпел взлет, попросил у стюардессы горячей воды, высыпал содержимое пакетика с травами в кипяток и блаженно убежал из реальности, в какой все гудит, шумит и трясется. Этот рецепт предыдущий Макото уже испытывал на себе и получал здоровый сон на десять-пятнадцать часов, в зависимости от дозы.

Снилось мне что-то странное. Бессвязный калейдоскоп туманных образов, выцепить из которого нечто конкретное никак не получалось. Всё, что я запомнил — мелькание множества рук. Тысячерукая Каннон почтила меня своим вниманием? Или не меня, а прошлую мою личность, а сон лишь принес воспоминание о процессе перерождения? Если бы я понял и увидел больше, сказал бы точнее.

Пришел в себя от того, что Мияби крепко сжала мне руку.

— Ммм? — вопросительно промычал.

— Макото, мы уже почти прилетели! Очень скучный был полёт, но я тоже хорошо выспалась, — похвасталась моя красавица.

Из динамиков под потолком зазвучала речь командира экипажа. На трех языках — японском, английском и немецком. Стандартное извещение о том, что надо пристегнуть ремни, а погода во Франкфурте хорошая. Немного странным было то, что я почти нормально понял немецкую часть обращения.

Немецкий аэропорт выглядел донельзя обыкновенным. И тут продолжились лингвистические странности. Я, к своему удивлению, открыл, что большая часть указателей и вывесок на немецком для меня почти понятна, более знакома, чем для аналогичных английских, сделанных на языке, изучаемом мной в университете. Некоторые слова выглядят непривычно, другие от меня ускользают, но не ожидал от себя того, что пойму так много.

«Willkommen» — это совершенно точно «добро пожаловать», «Ausgang и Notausgang » — «выход» и «запасной выход», «Einreise» — въезд, «Gepäckausgabe» — выдача багажа, «Zoll» — таможня. Я, конечно, много времени провел с журналами Аненербе и даже пытался читать их с онлайн-словарем, но не настолько, чтобы выучить язык.

— Guten Tag. Ihren Reisepass, bitte. (Добрый день. Ваш паспорт, пожалуйста), — обратился ко мне смуглый мужчина в форме таможенника. Должно быть, турецкого или арабского происхождения. И мне показалось, что говорит он с акцентом… Я ЕГО ПОНЯЛ! Арабу не пришлось переходить на английский или японский, какой он должен хотя бы немного знать, раз сидит на приеме рейса из Токио. И совсем уж неожиданным стал мой ответ, интуитивный.

— Gott zum Gruße, edler Herr Wachtmeister. Seht, hier ist mein Geleitbrief, aus dem fernen Lande Nihon (Бог в помощь, благородный господин стражник. Смотрите, вот моя сопроводительная грамота, из далекой земли Нихон), — откуда это во мне?

Кажется, араб-таможенник тоже удивился! Это читалось по его мимике и языку тела. С гайдзинами я не так хорошо вижу всех насквозь, но тут слишком очевидно, и ребенок бы догадался.

— Цель вашей поездки? — прозвучал вопрос на немецком и у меня интуитивно — а как же еще — нашлось, что ответить.

— Я пилигрим. Намереваюсь узреть древние крепости, соборы и шпили!

Видимо, мужчине не все мои слова показались правильными, так как он тихонько