Бастард Императора. Том 23 - Андрей Юрьевич Орлов

что Дубровский верен империи. И даже если он готов на многое ради своей дочери — империю мужчина вряд ли предаст. То есть если император захочет у него что-то узнать, Владимир Сергеевич всё ему расскажет. Значит нужно действовать чуть иначе. Поставить его в тупик. Заодно и пойму, могу ли я доверять Дубровскому на все сто процентов.

Конечно же тайны стоит открывать не тому, в ком хочешь убедиться, а тому, в ком уже уверен, но в этой ситуации двоякий момент.

— Я с вами полностью согласен, — ответил я. — Это действительно хорошее решение. Ведь я уже помолвлен с Анастасией. Но в этой ситуации есть маленькая загвоздочка.

— Какая? — он слегка подался вперёд.

— Мне нравится другая принцесса, — спокойно пожал я плечами. — Не Анастасия.

Владимир Сергеевич смотрел на меня удивлённым взглядом, а потом вздохнул и медленно встал. Он пошёл по комнате, о чём-то раздумывая. Наконец остановившись и оперевшись руками о стол, мужчина выдохнул.

— Сергей… С вами не бывает просто, да?

Я пожал плечами, а отец Яны вновь задал вопрос:

— И как давно? Это взаимная симпатия?

— Ещё до помолвки с Анастасией. И да — симпатия взаимная. С Анастасией помолвка мне навязана.

— Так вот почему… — пробормотал мужчина. — Вот почему вы летали в Японию и не только…

Владимир Сергеевич вновь начал бродить по кабинету. Глядя на него, я понял, что он действительно озадачен, но совсем не в плохом смысле. А значит я не ошибся в нём.

— Скажите, Владимир Сергеевич, — обратился я к нему.

Нужно его дожать, пока есть возможность.

Отец Яны остановился и посмотрел на меня.

— Вы любите свою жену?

— Конечно, — уверенно ответил он.

— Именно поэтому вы не женились снова? — пристально посмотрел ему в глаза. — Потому что ни в кого больше не были влюблены?

Мужчина на пару мгновений задумался, а потом кивнул, поэтому я подытожил:

— Вот и я не хочу жениться не по любви. Мне совсем не улыбается, чтобы рядом со мной была девушка, к которой я ничего не испытываю. И пословица: стерпится — слюбится, не несёт в себе никакого смысла. Зачем двум людям страдать? Да и, — я усмехнулся, — не стоит забывать, что мой Род и я сейчас — слишком лакомый кусочек для императорского Рода. А все лакомые куски нужно контролировать.

Я решил быть откровенным с ним всё по той же причине — Яна. Я люблю её и не хочу, чтобы она теряла связь со своей семьёй из-за меня. Даже если сама решится на такой шаг, мой долг сохранить эту связь несмотря ни на что.

— Это… Надо обдумать, — наконец заговорил Владимир Сергеевич.

— Конечно. Всего доброго, — я встал и пошёл к выходу.

— Сергей, — окликнул меня мужчина. Я остановился и обернулся. — Ты не подумай, что я как-то говорю или намекаю, что ты плохо влияешь на мою дочь. Как раз наоборот, она стала больше тренироваться, но моя позиция в этом вопросе всё также не поменялась. Скорее даже наоборот, укрепилась.

Последние его слова весьма неформальны, но не стал акцентировать на этом внимания.

Я задумался, а потом всё же спросил:

— Владимир Сергеевич, с Яной что-то произошло в детстве?

— О чём ты? — удивился мужчина.

— Она… Словно сдерживает свою силу. Я не могу быть в этом уверен точно, но как человек, чей рост стремителен, могу сказать, что это, скорее всего, так.

Отец Яны молча смотрел на меня, поэтому я кивнул и просто вышел.

* * *

Разговор вышел… Весьма неожиданным. Кто бы мог подумать, что к этому вообще всё придёт. Ситуация с родственниками ставит палки в колёса ситуации с Яной.

Остановившись уже за воротами, задумался о том, сколько же ещё поворотов судьбы нас ждёт с девушкой. Ведь выверты всё никак не заканчиваются… Мне уже даже начинает казаться, словно мы две однополярные половинки, которые постоянно отталкиваются друг от друга.

Но одно я знаю точно: никакие препятствия нас не остановят. Я знаю, что наши чувства взаимны, и это главное. Дальше уже только работать и ещё раз работать.

Позвонив Грише, узнал, что у Вяземских пока всё спокойно, а значит можно наведаться в столицу.

* * *

Как мне сказали заранее — император на месте. В своём кабинете. Поэтому добравшись до столицы, хотел сперва заскочить к нему, но одна ушлая девушка узнала, что я собираюсь к нему, поэтому попросила заглянуть к себе.

Конечно же первым делом направился к «начальству». Вдруг ещё обидится, и потом придётся не раз в два дня на границе быть, а через день.

Разговор с императором не был долгим. В основном поговорили о передовой.

— Анастасия сказала, что у нас были попытки умышленного предательства на фронте, — произнёс он, когда мы сидели в креслах напротив друг друга.

Вообще, у нас с императором отношения давно скакнули на новый уровень. По крайней мере после войны он стал воспринимать меня куда серьёзнее. Но даже несмотря на этот скакнувший уровень, я всё равно жду от него подлянки.

— Соколовы оставили Вяземских, — ответил я, попивая сок.

Сок не был отравлен, я проверил. Так что убивать меня пока, видимо, не собираются.

— Понятно, — император отпил какой-то алкоголь. — Анастасия уже занялась этим вопросом. Думаю, что в ближайшее время у графа Соколова будет достаточно проблем. Пожалуй, оставлю это на неё. У моей дочери хорошо получается заниматься такими делами.

Император махнул своей половинкой руки и завис, смотря на неё. Судя по лицу, всё ещё не привык к тому, что её нет. Ещё некоторое время поразглядывав половину руки, продолжил:

— В скором времени у нас будет новая операция в китайские земли. Так что никуда не пропадай.

Я с удивлением посмотрел на него, но промолчал.

Никуда не пропадать? Сложно… Мне сейчас надо космос осваивать.

Мы ещё какое-то время обсуждали ситуацию на передовой, а потом я покинул кабинет со странным ощущением и пониманием, что император словно изменился… Он как будто пришёл к какому-то решению и теперь, зная, что делать дальше, сделал для себя и определённые выводы.

Сразу после этого отправился к Тане, однако девушки уже не было во дворце. Я ещё ранее почувствовал, что она куда-то ушла, но подумал, что вернётся. Однако оставленное сообщение сообщило мне, что у Тани появились срочные дела. Так что увидеться с ней я не смог.

Поэтому я покинул дворец и направился в своё имение, где убедился, что всё хорошо и отправился на аэродром.

* * *

При подлёте к землям Вяземских и сам убедился, что тут всё в порядке. Вечно