Лариса научись жить заново - Людмила Вовченко

«Существует закрытая планета. Мужские питомники. Туда отправляют тех, кто не нужен своим матерям. Тех, кого продают, как мясо. Тебе туда нельзя… если ты не готова к правде.»

Ла Риса вжалась в кресло.

На экране — не более двух строк координат. И значок: красный треугольник с каплей крови.

— Юля! — крикнула она. — Подготовка. Мы летим. Но сначала — одна остановка…

Она оглянулась на рассвет над пустыней.

— … и пусть это будет наш последний день спокойствия.

Продолжение следует…

Глава 44

Тусклая, будто застывшая во времени звезда висела над планетой. Атмосфера была плотной, тревожной, с привкусом металла и соли. Здесь не было городов — только купола, фабрики, и молчаливые бастионы, в которых не воспитывали, а ломали.

Планета называлась Элит-Мар, но в записях её значили как Зона D7-Безликих.

Крейсер Ла Рисы скользил в молчании, окутанный бронёй. Кара осталась на борту — охранять.

Вниз, под купол, шагнули двое: Ла Риса и Юля. Их паранджи были тёмно-синими, с вытканными рунами защиты. Под тканью вибрировала броня, уже активная, уже напряжённая.

Юля шепнула: — Меня трясёт… будто я снова в той лаборатории.

— Я тоже это чувствую, — Ла Риса чуть сжала её руку. — Но мы идём не ради себя.

Они вошли в купол.

* * *

Внутри царила зловещая тишина. Магия не текла — её подавляли тяжёлыми пластинами антиматерии, встроенными в стены. Женщины, что управляли этим местом, были хищно-красивы, холодны и молчаливы. Глаза — не глаза, а линзы, в которых отражались только прибыли.

— Вас пустят только в зону выбора, — предупредила одна из надзирательниц. — Приобретение мужчин не подлежит возврату. И никаких разговоров.

— Мы знаем, — кивнула Ла Риса. Голос её был чужим, ровным, но внутри бурлило. Она почувствовала крик — не голосовой, а ментальный, волной прошедший через сердце.

Они вошли в зал.

Мальчики. Подростки. Молодые мужчины. Светлокожие, синие, чёрные, прозрачные, даже полуживые формы существ, которые ещё можно было назвать людьми. У всех — одинаково пустые глаза.

И вдруг — движение.

Он был слабо связан цепью, весь в рваных тканях, но выпрямился, когда увидел её.

Высокий. Бледный. Лицо — отточенное, как клинок, но покрытое шрамами. А за спиной — пепельно-белые крылья.

Он не моргнул, когда Ла Риса приблизилась.

Она подошла — шаг за шагом. И сняла перчатку.

— Ты… мой, — прошептала она.

Он упал на одно колено, не говоря ни слова, а его крылья закрыли её от остального зала.

За её спиной Юля зашлась в слезах.

— Ла… Риса… ты… —

Но та только молча обернулась к надзирательнице: — Я покупаю всех.

— Что⁈

— Всех. До последнего. А потом я взорву этот ад к демонам.

Именно так и случилось.

* * *

Позже. Грузовые порталы работали в спешке. Юля помогала перевозить освобождённых. Кара, не выдержав, лично спустилась с крейсера и организовала медотсек. Артефакт под сердцем Ла Рисы пульсировал, словно сжимал всю боль этих детей, мужчин, душ в себе.

— Мы уходим, — сказала она коротко, установив на месте артефакт-взрыватель. — Без следа. Без шанса на восстановление.

* * *

Крейсер отлетел. Купол уменьшался вдали.

— Сейчас, — прошептала она.

Кнопка. Свет.

Планета вспыхнула, как сердце, выплеснутое на холод космоса.

А в руке Ла Рисы дрожало яйцо фамильяра, найденное прямо на планете, у цепей новообретённого мужа. Оно било по пальцам жаром, а внутри — живая сила.

* * *

Ночью Ла Риса лежала между тремя мужьями. Их руки переплетались на её животе. У Юли за стеной — начались схватки. Мужья выбежали, не разбудив её. Гриф остался рядом, прикрыв её крылом.

— Род… растёт, — прошептал он. — Но ты всё ещё в начале.

И Ла Риса улыбнулась сквозь слёзы.

Она была готова.

Глава 45

Рождение нового рода

Ветер был мягким, прохладным, и пах магией — только что проснувшейся, как младенец, жаждущий света. Над покрытым изумрудом лесом поднималось солнце, скользя по куполам домов, встроенных в живые деревья. Ла Риса стояла на балконе своей комнаты, в полупрозрачном халате, пила пряный травяной настой из чернильной чашки и смотрела вниз, где уже шумела жизнь.

К поселению доставили ещё партию стройматериалов: лёгкий аромагнезит, плетёные из металлизированной лозы конструкции, и панели с вживлённой техномагией. Всё это складывалось почти беззвучно под управлением бригадиров-магов, специально нанятых для расширения.

Появился первый коттедж на границе с пустыней. Необычный — с гравитационным навесом и зеркальным куполом. Он стал первым домом для спасённых мужчин. Их лечили, обучали, и помогали вернуться к себе.

А на соседнем холме, у водопада, рос новый корпус. Маленький госпиталь и здание для будущей школы фамильяров.

У пруда паслись двое: Гриф и новый супруг Ла Рисы, тот самый крылатый с планеты питомников. Сейчас его звали Сар’эн, что означало «изнутри вырвавшийся». Его крылья были расправлены, волосы рассыпались по обнажённой спине. Он ухаживал за гнездом фамильяров, а рядом с ним — сияли три яйца, уже покрытые светящимися рунами.

Ла Риса подошла к нему. Сар’эн не оглянулся, но тихо заговорил:

— Ты чувствуешь? Они шевелятся. Эти существа… не просто фамильяры. Они — призванные духом рода.

Она кивнула и, не раздумывая, опустилась рядом. Её пальцы скользнули по скорлупе самого большого яйца. Тёплая, почти живая. Сердце внутри билось в унисон с её собственным.

— Мне кажется, — прошептала она, — что всё только начинается.

* * *

Юля родила ночью.

Схватки были тихими, но в какой-то момент небо разверзлось — свет ударил через стеклянный потолок, и послушница в ужасе упала на колени. А в следующее мгновение родился мальчик.

Чёрные волосы, глаза цвета лазурного неба, и необычная метка на левой лопатке: символ рода Ла Рисы, хоть её никто не наносил.

— Его зовут Ли’Йор, — сказала Юля, и брат Ла Рисы сжал её руку.

Гриф стоял у входа и не проронил ни слова. Он знал — в этот момент род вырос.

* * *

После родов жизнь пошла стремительнее. В течение недели установили 18 коттеджей, и ещё 14 готовились к сборке. Контракты с магическими архитекторами были заключены через браслет Реал, и теперь Ла Риса могла следить за всем в реальном времени, включая трату средств, поступление материалов, и запросы на